Госпожа Дозабелда (СИ)

— А почему тогда в штанах? — продолжила расспрос всё та же малявка.
— Знаешь, девочка, — настроение матушки Ираиды начало стремительно портится, но она помня о христианском смирении пыталась держать себя в руках — в далёкой стране есть народ, мужчины которого вообще ходят в юбках. У них так принято! Понимаешь!?
— Ну, наш сосед перед тем как помереть, на пару месяцев запил, — маленькая, но злобная няшка сморщила своё прекрасное личико, задумываясь, — так вот, когда он пропил штаны, то тоже ходил в юбке своей покойной жены.
От такого аналитического вывода Дозабелда даже лишилась дара речи, а малявка тем временем продолжила:
— Тётя, а почему у Вас вся одежда таких странных цветов? — «ангелочек» снова задумался над формулировкой, а затем спросил: — Вы что, её из мешков сшили?
— И почему на ней нет заплат? Мешки всегда бывают с заплатами! — перебил не по годам развитого «ангелочка» хулиганистого вида мальчишка.
Тут сердце матушки Ираиды не выдержало и она, подхватив хворостину, вскочила на ноги, но усилия её были напрасны, так как ребятня с визгом в мгновение ока разбежалась в разные стороны…
* * *
Постепенно жизнь в лесном лагере налаживалась. Каждый день к маленькому поселению в лесу прибивались всё новые и новые беженцы. К сожалению, большинство вновь прибывших были женщинами и детьми. Несмотря на то что матушка Ираида отказалась участвовать в авантюрах дорогого супруга, она ежедневно клала на одиноко стоящий пенёк всученный зачем-то Рауфом перед поездкой смартфон, оснащённый солнечной батареей, для того чтобы вечером прочитать ещё одну главу книги: "Молниеносная война эльфов зеленого леса против орков великой степи" за авторством некого Красного Скорпиона. Сей труд был интересен тем, что сам текст романа читать было практически невозможно из-за его унылости, но описание тактики и стратегии, а также многочисленные приложения с описанием и эскизами вооружений были выше всяких похвал...
Тем временем принц Аэриос развил незаметную, но весьма бурную деятельность. Для постороннего наблюдателя в лагере время от времени появлялись и исчезали различные люди. Мелкие купцы, охранники караванов, был даже один старик-сказитель, знаток старинных легенд. Всех этих людей объединяло одно – раньше они были тайными стражниками, а теперь – заговорщиками...
* * *
—...Ну и погодка, — сказал человек, войдя в трактир. — В такую погоду хороший хозяин и собаку на улицу не выпустит.
Коробейник опустил свою ношу возле стойки и, бросив трактирщику мелкую монету, гаркнул: — Хозяин, подогретого вина!
— А в столице дела не очень, — продолжил свой прерванный приходом очередного постояльца разговор один из посетителей, судя по одежде – вольный каменщик, — Говорят, за голову нечестивого принца Аэриоса назначена награда в тысячу золотых. Проходимец Ветер отрёкся от старых богов, заключил завет с демоном и теперь хочет перебить всё благородное дворянство. Установить во всех городах самоуправление, а землю у древних родов отнять и раздать купцам и крестьянам.
— Ты говоришь это таким тоном, как будто сам заключил завет с этим демоном, — чуть подвыпивший наёмник, отсалютовал кубком и отхлебнув из него, продолжил: — Я слышал, демон, с которым заключил завет Аэриос, не любит крови и грозит через своих жрецов запретить любые жертвоприношение. Особо ему не нравится, когда людей режут на алтарях. Всех жрецов приносящих в жертву людей его служители собираются заживо жечь на костре.
- Ты же сам сказал что демон крови не любит!?
- Ну так, это служители демона называют казнью без пролития крови.
- Без пролития говоришь? Ну, ну.
— Прошу Вас, леди, — дверь трактира снова распахнулась, и несколько дюжих охранников отделили чёрную публику от входа, в который вошла молодая дворянка в сопровождении капитана охраны.
— А Вы слышали, что принц Аэриос уже собрал стотысячное войско и готов двинуться на столицу?
— Вряд ли, леди, — капитан подставил руку, чтобы помочь охраняемой подняться по лестнице на второй этаж, где располагались гостевые комнаты. — Даже десяти тысяч он не соберёт; тысячи три - не более.
— Но вся королевская гвардия была тысяча, — с некоторым изумлением проговорила дворянка. — У всех старых родов все их дружины насчитывают тысяч десять. А набранная из простолюдинов пехота, как Вы мне неоднократно говорили, скорее поддержит принца, а не старое дворянство.
— Ходили слухи, что принц договаривался с остроухими, но о чём - никто точно не знает, — капитан придержал дверь на второй этаж, пропуская леди, и, заходя за ней, проговорил: — мне кажется, он собрал всех бандитов из ничейных земель...
Дверь за дворянами захлопнулась. Охрана тоже покинула залу. Спустя минуту наёмник, залпом допив свой кубок и швырнув трактирщику монету с криком: «Повторить!», обернулся к своему собеседнику.
— Слыхал? Знатная заваривается каша!
— А тебе то всё радость – кровь лить, — пробухтел в ответ каменщик.
— Не, кровь я лить не люблю, но с наймами и деньгами у меня теперь проблем не будет.
— Зато у меня будут проблемы, — мрачно заметил коробейник, получив наконец своё подогретое вино. — И так лихих людей развелось - пройти спокойно нельзя, так теперь и господа друг с другом сцепятся.
— А ты бросай свой короб, купи меч и им зарабатывай на жизнь, — смеясь произнёс наёмник.
— Если все будут зарабатывать на жизнь мечами, что жрать-то будем? — спросил старый крестьянин, который пришёл в трактир со своими соседями пропустить кружку-другую.
* * *
Карета въехала по подвесному мосту во внутренний двор замка. Пара гвардейцев спешилась, один из них открыл дверцу, а другой помог даме выбраться наружу.
— Здравствуйте, дорогая кузина, — голосом сладчайшим до тошноты произнесла хозяйка замка, однако с крыльца донжона не сошла.
— Ну что Вы, милочка, — «сахарного сиропа» в голосе приезжей хватило бы, наверно, чтобы в нём увязли все мухи в округе, — я и сама не рада, что меня временно сослали в Вашу глушь. И учитывая, как мы друг к другу относимся, предлагаю не притворяться.
— И что же послужило причиной Вашего отбытия сюда из нашей блистательной столицы?
— Всего лишь слухи, в которые поверил брат Вашего мужа.
— И во что же поверил Ваш супруг?
— Говорят, пропавший принц Аэриос собрал в ничейных землях армию наёмников, не меньше пяти тысяч.
— Пять тысяч, — хозяйка всем своим видом выражала глубокий скепсис, — интересно, откуда у него такие деньги?
— Говорят, что он связался с жрецами заморского бога, и теперь в нашем славном Керате грядёт война богов.
— Вот как, — с некоторым интересом, удивлённо произнесла собеседница столичной жительницы, — если верить жрецам, наши боги сильны как никогда.
— Да, в блистательной Келелле боги сильны, но у них почему-то сейчас слишком мало искренних приверженцев. Жрецы так усердно стремились их накормить, что распугали всех жителей, — незваная гостья мило, но подло улыбнулась и продолжила, — так, что на ополчение старые рода могут не рассчитывать.
— У нас тоже один из жрецов решил накормить богов. Он даже нашёл трёх подходящих женщин, но... — тут провинциалка улыбнулась своей незваной гостье улыбкой в которой смешалось напускное сочувствие и не слишком сильно скрываемое злорадство, — Его дом сгорел, и жрец со всем семейством сам стал пищей для богов.
— Народ, который отказывается кормить своих богов, — сказала банальную истину приезжая, — будет кормить чужих…
- Пока чужие боги не превратятся в своих! - не удержалась от колкости хозяйка.
* * *
— Приветствую тебя, о верный жены моего бога, — жрец бога виноделия почтительно склонил голову.
— Приветствую, верного мужа моей богини, — ответил ему жрец богини, помогающей матерям, влюблённым и проституткам. — Что привело тебя в храм Лайры?
— Плохие новости с юга.
— И что там на юге?