Снова и снова (СИ)

— Вспомни его… — кто-то ляпнул из ребят.
— Дёмин, пошли, поговорить надо, — подает голос брат.
— Дим, — я встаю, чтобы он обратил на меня внимание.
Парень оценивающим взглядом пробегает по моему платью, и на его лице появляется злая ухмылка.
— Что, Ковальчук, и ты попала все-таки на Дёминский крючок? А я тебя предупреждал, — я никогда не видела его таким злым.
— Метлицкий, ты думай, что говоришь, — подает голос Кир, усаживая меня обратно. А сам выходит из-за стола.
Ребята притихли, наблюдая за происходящим.
— Пошли, сказал, — зло рычит Дима.
— Ну, пойдем, — соглашается Кир и, оглянувшись в мою сторону, подмигнул, словно успокаивая.
Не нравится мне настрой Димы. И ребята перешептываются, явно понимая, что дело разговором не закончится.
— Вы как хотите, — поднимаюсь я. — Но мне кажется, что Дима что-то задумал, — выхожу из-за стола и следую за уже скрывшимися из виду парнями.
Еще несколько ребят последовали моему примеру.
— …Дим, столько лет прошло, ты никак не успокоишься? — слышится голос Кира по мере моего приближения к гардеробной.
— Да мне уже плевать на то, что произошло тогда. Я тебе сказал, Жеку не трогать, — рычит брат. — Не успел появиться, как тут же капитана впаяли, и самая лучшая девочка перед ним расстелилась. Везучий ты, Дёмин, да?
От слов Димы руки начинают зудеть, как еще Кир не съездил по его физиономии! Я выглядываю из-за дверей. Кто-то из команды стоит рядом, явно наблюдая за происходящим, готовясь помочь, в случае чего.
— А тебя зависть заела, что ли? — по голосу понимаю, что терпение Кира на пределе.
Дима налетает на Кира, замахнувшись правой рукой, но Кир перехватывает выпад и отталкивает его. Я понимаю, что он не хочет ввязываться в драку.
— Ты пьян, что ли? Дим, ты команду подвел, не появившись на игре! Ты как ребятам в глаза смотреть собираешься? — продолжает воспитательную работу Дёмин.
— Срать я хотел на команду. Это теперь твои проблемы, — Дима снова предпринимает попытку ударить Кирилла, но снова попытка пролетает.
— Если я не хочу с тобой махаться, это не значит, что я не умею, — зло рычит Кир, снова отпихивая Диму.
— Как баба бьешь, — подначивает брат.
Он явно настроен на драку, и терпение Дёмина заканчивается тем, что кулак впечатывается в нос разбуянившегося парня.
Я невольно взвизгиваю, и ребята вваливаются в помещение, разнимая сцепившихся парней.
Драка была не более и пары минут, но лицо Метлицкого все в крови. Но мне не жаль брата, сам напросился.
— Кир, — подхватываю его под руку и тяну в сторону туалетов. — Надо смыть кровь с рук.
Дёмин идет молча, позволяя им управлять, что меня, безусловно, радует.
* * *
После стычки мы уезжаем домой. Мне абсолютно не хочется знать, что у них случилось. Даже Джек не крутится под ногами, а молча поглядывает в нашу сторону. Видимо, понимает, что его хозяин расстроен.
— Где у тебя аптечка? Надо ссадины обработать, — раздевшись, спрашиваю его.
— На кухне в шкафу. Да не страшно все это, — оглядывает сбитые костяшки. — Сам напросился этот индюк.
Найдя перекись и вату, иду на поиски Кира. Тот уже в своей спальне.
— Вот, давай руку, — присаживаюсь рядом. Смачиваю тампон и прикладываю к ссадинам.
Проделывая нехитрые манипуляции, чувствую взгляд парня, отчего бросает в жар.
Обработав раны, случайно задеваю локтем его в бок, и он выдает стон.
— Что там у тебя, показывай, — оборачиваюсь в его сторону. — Снимай футболку.
— Вау, потише. А ты, я смотрю, и командовать умеешь, — но поймав мой взгляд, говорит, — слушаюсь, — и стягивает футболку, показывая свое идеальное тело. У меня перехватывает дыхание. И снова знакомое покалывание на кончиках пальцев, так хочется прикоснуться к идеальной коже!
Взгляд привлекает пару синяков, которые явно причиняют парню дискомфорт.
— У меня есть мазь, я сейчас, — ухожу, чтобы вернуться уже с нужным тюбиком средства, что мне хорошо помогает избавляться от синяков после неудачных исполнений фигур.
Кир молча поворачивается нужной стороной, и я принимаюсь за обработку последствий игры. Он сидит, буквально не шевелясь. Замер, и только губы сжаты в упрямую линию, а желваки ходят от натуги. Я мажу чудодейственным средством место ушиба и неожиданно понимаю, что тоже практически не дышу. Я уже не могу отрываться от его кожи. Руки сами тянутся к его груди, слегка оцарапывая ноготками, пробегая вдоль рельефного пресса с четкими и соблазнительными «кубиками». Чувствую, как дыхание парня становится рваным, от чего саму бросает в дрожь. А где то внизу собирается тугой пружиной, закручиваясь, желание, заставляя плотнее сжать бедра.
 
Сама еще не понимаю, что делаю и каково парню в этот момент, как Кир подхватывает меня и одним легким движением подминает под себя. Я даже не успеваю вскрикнуть и теперь оказываюсь прижатой им к постели. Его руки жадно ощупывают каждый миллиметр моего тела. Блуждают по оголенным бедрам, задирая платье и вызывая болезненно ноющее чувство пустоты внутри. Его взгляд затуманен, а темный зрачок «перекрывает» всю синеву его глаз. Кир жадно целует меня, впиваясь в губы почти что грубым и жестким поцелуем. Нащупывает мою ладошку и переплетает наши пальцы.
Со мной происходит странное, новое и волнующее. Чувство, что внутри пробуждается так долго спящее естественное желание. Но вместе с ним и дикий страх. Он вытесняет все возбуждение, оставляя только одну мысль в голове: «Я боюсь». Краем сознания я понимаю, к чему эти смелые ласки могут привести. И то, что Кир сейчас явно возбужден, еще немного и его будет сложно остановить, вмиг отрезвляет.
— Кир, — упираюсь ладонями в его грудь, прерывая очередной поцелуй. Отворачиваюсь и пытаюсь оттолкнуть парня, тихо ненавидя себя за несмелость. Но в первое мгновение он словно не слышит и не понимает, что я говорю. Оно и понятно, Дёмин заведен до предела, и об этом говорит явно упирающаяся мне в живот эрекция парня.
— Кир, не надо, — словно сама сомневаюсь в своем решении, устраивая внутреннюю борьбу с самой собой. Однако что-то меня все равно останавливает.
— Жень? — вопросительно смотрит он на меня, явно не понимая причину моей заминки. Кир медленно приходит в себя и ослабляет хватку.
— Я не хочу, — выбираюсь из-под него и пячусь от кровати, сгорая от проснувшихся внутри новых ощущений: вожделения вперемешку с паникой.
— Я что-то не так делаю? — подскакивает парень с кровать и убирает руки от меня, пряча в карманы. Взгляд растерянный, но ближе ко мне он не подходит.
— Просто… нет, все так, — выдыхаю, обхватывая себя руками. — Это… сложно, — прикусываю губу и пытаюсь подобрать слова. Щеки пылают уже не столько от возбуждения, сколько от стыда. Кир смотрит внимательно, постепенно сбрасывая остатки накатившего наваждения. — У меня никогда не было этого. Я боюсь, — ловлю его вмиг потеплевший взгляд и выбегаю, как ошпаренная, из его спальни, закрываюсь в своей. Сбегаю, как трусиха, и прячусь.
— Жень, — слышу вслед и потом уже у своей двери. — Жень, я не хотел тебя напугать, прости.
Молчу, потому что сказать нечего. Я хочу, тоже хочу перешагнуть эту грань. Ощущать единение полное и сжигающее, но не могу. Мне попросту страшно, что сделаю ошибку. Да и у Кира были десятки подружек, по сравнению с ними я абсолютно неопытна. Все мои знания о сексе ограничивались мелодрамами и любовными романами.
— Жень… открой, пожалуйста, — слышу тяжелый вздох и легкий стук пальцами по деревянной двери. — Я не знал. Прости, Жень.
Ну, глупо же, мне не пятнадцать лет, чтобы прятаться. Собираю остатки смелости и открываю дверь. Кир с абсолютно убитым видом топчется на пороге и, как только замечает меня, сгребает в охапку и крепко прижимает к себе.
 
Не знаю, сколько мы так, молча обнявшись, стоим, пока Кир, слегка отстраняясь, не поднимает мое лицо, едва касаясь подбородка, заставляя посмотреть ему в глаза.
— Мы не будем торопиться. Обещаю, что пока ты не захочешь, ничего не будет. Ладно?