Санту вызывали? (СИ)
– За что будете пить?
– За новую жизнь! – провозгласила она и, предлагая чокнуться, подняла бокал.
– За жизнь, – серьёзно кивнул гость и, обхватив тонкую прозрачную ножку бокала, поднял его и осторожно прикоснулся краешком, раздался мелодичный звон. – Может, и новую.
И пригубил. Ирина же залпом опустошила свой бокал и, со стуком поставив его на стол, решительно посмотрела на парня. Шагнула и, подняв руки, прикоснулась к бороде.
– Можно? – Не дожидаясь согласия, стянула мохнатую синтетику и с любопытством посмотрела на лицо дорогостоящего парня. Улыбнулась: – Красивый… разумеется!
Провела кончиками пальцев по выступающим скулам, коснулась чувственных губ, волевого подбородка, погладила по изящной линии до самого уха. У него даже ушки такие красивые, что хочется прикусить мочку! Возможно, шампанское ударило в голову, а может, в ней наконец проснулось пресловутое либидо, за отсутствие которого её и бросили… Какая разница? С такой ошеломительной и приятной внешностью парень мог бы стать моделью. Ну, в некотором роде и стал.
– Как тебя зовут? – Вопрос сорвался прежде, чем Ирина успела сообразить, что он бесполезен. У таких, как её новогодний гость наверняка нет имён… на «работе». Улыбнулась виновато: – Или звать тебя Сантой? – Опустила глаза и смущённо пробормотала: – Может, я старомодна, но всё же хотелось бы знать имя того, с кем собираюсь заняться сексом…
Тёмные брови парня насмешливо приподнялись, словно гость впервые слышал такое нелепое оправдание. Или смеялся над её неопытностью? Мотнула головой: всё равно! Глупо отрицать, что незнакомец хорош собой и не вызывает отвращения… Более того! После бокала шампанского кажется весьма аппетитным. Ирина медленно, пуговка за пуговкой, расстегнула его рубашку и провела ладонями по мускулистой груди, обрисовывая ореолы сосков. Она сама от себя была в шоке, и сваливать участившееся дыхание и пылающие щёки на хмель как минимум глупо. Скорее всего, на неё так повлияла незнакомая власть над мужчиной… Купленным мужчиной. Было страшно… страшно любопытно!
– Ник, – хрипло ответил гость и, схватив её за запястья, остановил ласкающие его руки: – Зови меня Ником.
– Ну, конечно же, – улыбнулась Ирина. Она ловко освободилась и, лаская его поджарый живот, жарко прошептала: – Ты же Санта-клаус! А значит, святой Николай?
Он дёрнулся, и Ирина испуганно пискнула, оказавшись прижатой к стене. Накрыв её тело своим, Ник приблизился и, опалив жарким дыханием, прошептал на ухо:
– Я вовсе не святой.
– Надеюсь на это, – сглотнув комок в горле, прошептала Ирина.
Глядя в потемневшие, почти цвета чёрного шоколада, глаза Ника, она задрожала всем телом. И не от страха, а потому что бедром ощутила твёрдое свидетельство мужского возбуждения. Едва дыша от нетерпения, она, огладил широкие плечи Ника, сняла с него одновременно и рубашку, и куртку. Одежда с мягким звуком упала на ковёр, а Ирина облизала губы и прикрыла глаза. Как же приятно пахло мужское тело! Словно в еловом лесу! Хвоей, солью и морозом…
Приникла к горячей коже мужчины, провела языком. Что заставило её сделать это? Она и с Игорем никогда не позволяла себя такого! А сегодня при включённом свете, почти обнажённая нежно покусывала соски незнакомого мужчины и ощущала себя такой развратной, что дух захватывало, а голову кружил дурман вседозволенности. Ощутив горячие ладони на своей спине, отстранилась и, хитро улыбнувшись, присела на корточки. Было невероятно любопытно, правильно ли ощутила размер мужского достоинства. Сердце билось гулко и размеренно, в лицо бросился жар, когда она расстёгивала ширинку.
Сказал бы кто-нибудь даже сегодняшним утром, что она будет это делать, покрутила бы у виска. Но сейчас было плевать! Одна ночь… Всего один раз, и они больше никогда не встретятся. Лучше уж в Турцию слетать, ведь ни разу не была. Ох, о чём она думает? Прав был Гоша, когда обвинял, что в постели она думает не о сексе. Но сейчас она могла себе позволить размышлять о чём угодно! Освобождая твёрдый от возбуждения член, вспоминать рецепт приготовления домашних колбасок или же размышлять о марке его трусов. И это было чертовски возбуждающе! Оказалось, что свобода – вторая сторона медали под названием «эротика».
– А ты не такая уж и дилетантка, – хрипло прошептал Ник.
Николай
Девушка его порядком озадачила и… возбудила. Странные слова, странные действия. Может, боится возвращения спецов? Тогда стоит переждать и немного побыть с посредницей. Тем более стоит… Сердце бухалось в рёбра каждый раз, когда Ира прикасалась к нему, словно незрячая изучала, как он выглядит. Но при этом откровенно наслаждалась видом его тела. Ником впервые так искренне любовались. Да, бросали заинтересованные взгляды и в офисе, и в фитнес-центре, но это другое. Ирина любовно рассматривала каждый сантиметр его тела, словно собиралась запомнить навсегда. И это возбуждало.
А когда она опустилась и расстегнула брюки, замер от изумления. В ушах зашумело от желания, когда она пробежалась лёгкими прикосновениями по возбуждённому члену. А когда, обрисовывая выступающие венки, провела кончиками пальцев по головке, не сдержал стона. Что она творит с ним?! Ник гордился тем, что мог довести до исступления женщину под собой, заставить кричать от наслаждения, но сам при этом отличался сдержанностью. И собственный стон, даже не при оргазме, а ещё до секса, ошеломил… и ещё сильнее возбудил.
Взял Иру за локоть, рывком поднял и закинул на себя. Девушка с готовностью оплела его талию ногами, да прижалась горячими губами к ключице. Ник посадил её на стол и, не обращая внимания на звон повалившихся бокалов, вошёл одним движением в податливое женское тело. Ира широко распахнула глаза и ахнула, и Ник приник к её нежным губам, вбирая их в рот, посасывая, ласково покусывая, вонзался в лоно, раз за разом погружаясь в сладкое удовольствие.
– Презерватив, – задыхаясь, прошептала Ира. – У тебя же есть?
– Нет, – хрипло отозвался он.
– Что?! – Ира оттолкнула его и, оставив неудовлетворённым, быстро отошла за стол. Тяжело дыша, посмотрела с подозрением: – Как так? Ты же должен был подготовиться…
– Я и подготовился, – зло рыкнул Ник. Заправил стоящий колом член в штаны и, подрагивая от возбуждения, добавил: – Бороду напялил, мешок принёс! Всё, как договаривались. Знал бы, что будет такой… горячий приём, зашёл бы в аптеку за кем-нибудь к чаю.
– Погоди, – застыла Ирина и, прижав ладони к пылающим щекам, спросила: – Может, вас того… стерилизуют?
Взгляд Ника помимо воли притягивали два нежных полушария, которые от прижатых к бокам локтей, выступили вперёд, дразня набухшими горошинками сосков. Внизу живота снова болезненно заныло от неудовлетворённого желания. Ощущения было такое, что ему голодному положили кусок в рот и когда он уже ощутил вкус пищи, вытащили. Сглотнув ком в горле, Ник прохрипел:
– Нас… что? Кого нас?
– Парней… – ещё сильнее покраснела Ира. – Из службы… сопровождения за деньги.
Ник несколько секунд смотрел на девушку, а по спине прокатилась ледяная волна: так она действительно считает, что он из… этих?! Даже возбуждение спало. Хохотнул нервно:
– Вот оно что?! – Бросил взволнованный взгляд на мешок. – Вот почему спецы поверили… Девчонка не врала. Получается, это я ошибся?
Поднял свою одежду и выудил сотовый. Глянул на десяток сообщений и чертыхнулся: перепутал квартиру? Дом? Улицу? Положил телефон на стол и принялся быстро одеваться. Сколько у него времени, чтобы исправить ситуацию? Успеет ли доставить «подарок» до того, как спецы найдут его? Они обшаривали этот дом хотя ему нужен был с буковкой «а». Может, уже и там побывали? Как проникнуть внутрь?
– Уходишь? – Голос Иры отдавал горечью. – Всё, да? Сделал дело?
Ощущая спиной прожигающий взгляд хозяйки квартиры, молчал: а что тут скажешь? Извиняться он не намерен, а объяснять смысла не было. Пусть думает что хочет. Вышел в коридор и, подхватив мешок, направился к выходу.