Магистр дьявольского культа (ЛП)
«Интересно, а почему язык девочки такой длинный и жесткий? Она – призрак висельника?»
«А мужчина и вправду силач! Гляди, сколько трупов он поднял за раз! О, он собирается швырнуть их оземь, смотри, смотри!.. Бросил – и переломал им все кости!»
Дослушав теплую и сердечную речь Сяо Син Чэня, Вэй У Сянь взял последнюю миску с клейким рисом и протянул мужчине: «Яд уже слишком разошелся по крови. Эта каша может немного облегчить твою участь, но может оказаться и вовсе бесполезной. К тому же, на вкус она так себе… Хочешь рискнуть? Если же ты не хочешь жить, то тогда просто забудь, что я сказал».
Сяо Син Чэнь обеими руками схватился за миску: «Конечно же, я хочу жить. Если есть возможность спастись, то нет причин пренебрегать ею».
Однако едва каша достигла языка Сяо Син Чэня, уголки его рта непроизвольно задергались, и он крепко сжал губы, всеми силами стараясь не выплюнуть угощение. Через некоторое время мужчина сглотнул и учтиво поблагодарил Вэй У Сяня: «Большое спасибо».
Вэй У Сянь повернулся к юношам: «Вы слышали? Слышали, что он сказал? А вы только и знали, что жаловаться и плеваться, наслаждаясь моим кушаньем!»
Цзинь Лин хмыкнул: «Твоим кушаньем? Напомни-ка мне, что ты сделал, кроме того, что бездумно накидал в котел всяких подозрительных штук?»
Сяо Син Чэнь добавил: «Знаете, я тут немного подумал… Все же, если бы мне пришлось есть вашу кашу каждый день, то я предпочел бы смерть».
Цзинь Лин разразился громким хохотом, ничуть не пытаясь сдерживаться, и даже Лань Сы Чжуй тихонько прыснул со смеху. Вэй У Сянь молча обернулся, намереваясь взглянуть на них, и Лань Сы Чжуй поспешно принял серьезный вид. Тут раздался полный восторга голос Лань Цзин И: «Все кончено. Все трупы уничтожены. Мы победили!»
Сяо Син Чэнь тут же отставил миску в сторону: «Осторожно, не открывайте двери. Боюсь, могут прийти еще…»
Вэй У Сянь сказал: «Не убирай свою миску. Доешь все, что осталось». С этими словами он подошел к деревянной двери и заглянул в щель. После нечеловеческого побоища лишь редкий туман и пурпурно-красный порошок витали в воздухе. Трупный яд постепенно рассеивался. Группа бумажных манекенов не спеша обходила улицу дозором, и, если среди кусков трупов, усеявших землю, находился тот, что до сих пор шевелился, они свирепо втаптывали его в грязь, пока от тела не оставалась лишь бесформенная масса плоти, смешанной с пылью.
Помимо этого, на улице стояла тишина. Новых ходячих мертвецов пока не предвиделось.
Но стоило Вэй У Сяню немного расслабиться, как до его слуха донесся еле заметный шум, исходящий откуда-то сверху.
Шум звучал почти неуловимо для человеческого уха и напоминал стремительные шаги по крыше, однако движения идущего были пугающе легки, поэтому едва различались. Вэй У Сяню удалось ощутить слабые трения между черепицами лишь благодаря природному чутью. Безусловно, и Сяо Син Чэнь, будучи слепым, также почувствовал волнения и предостерег: «Сверху!»
Вэй У Сянь выкрикнул: «Врассыпную!»
В следующую секунду часть потолка главной комнаты рухнула вниз, образовав огромную дыру. Глина, мох и разбитая черепица хлынули на пол, но к счастью, большинство учеников успели разбежаться в стороны, поэтому никто не пострадал. Через мгновение из бреши в кровле появилась черная фигура и спрыгнула на пол.
Перед ними стоял высокий и статный мужчина, с абсолютно прямой спиной, одетый в черное облачение заклинателя и напоминающий величественный кедр. За его плечами виднелась метелка из конского хвоста, а в руке покоился длинный меч. Лицо незнакомца было благородно и изящно, со слегка вздернутым вверх подбородком, выдающим в нем нелюдимого и гордого человека.
Однако зрачки в его глазах отсутствовали, и лишь мертвенно-бледная белизна плескалась на дне.
Лютый мертвец!
Едва эта мысль пронеслась в головах всех присутствующих, заклинатель обнажил клинок и перешел в наступление.
Он нацепился на Цзинь Лина, поскольку тот стоял ближе всех, но, к счастью, юноша успел заблокировать атаку. Мощь, вложенная трупом в удар, оказалась столь велика, что рука Цзинь Лина на несколько мгновений онемела, и если бы не значительные духовные силы его собственного меча, <i>Суй Хуа</i>, оружие треснуло бы, а юноша погиб на месте. Тем временем лютый мертвец в черном не медлил ни секунды, и, двигаясь ловко и плавно, вновь стремительно и безжалостно атаковал, на этот раз намереваясь отрубить Цзинь Лину руку, однако Сяо Син Чэнь в отчаянном выпаде отразил удар Шуан Хуа, а после, скорее всего, из-за порошка, вновь попавшего в кровь, упал навзничь и остался лежать без движения.
Лань Цзин И испуганно затараторил: «Да что это за чудовище такое! Он вообще жив или мертв?! Никогда раньше я не видел…»
Такого молниеносного мертвеца, столь искусно владеющего мечом!
Юноша замолчал на полуслове, потому что припомнил, что он все-таки уже видел подобное существо.
Призрачный Генерал был таким же!
Вэй У Сянь впился глазами в заклинателя, одновременно выудив из-за пояса бамбуковую флейту и, поспешно приведя в порядок сумятицу мыслей, взял пронзительную и раздражающую слух ноту, заставившую всех присутствующих закрыть уши руками. Заклинатель также услышал это звук, и фигура его несколько раз покачнулась, а руки ощутимо задрожали, но через мгновение он вновь ринулся в наступление!
Он не подчинялся приказам. У этого мертвеца уже был хозяин!
Его меч просвистел подобно ветру, но Вэй У Сянь проворно увернулся от смертоносного лезвия, неторопливо сыграв на ходу другую мелодию. В ту же секунду бумажные манекены, обходящие дозором улицу, вскочили на крышу и один за другим через брешь в потолке попрыгали на пол. Почуяв неладное, лютый мертвец легко замахнулся мечом и рассек двух ближайших кукол вдоль на четыре равные части, а другой рукой достал из-за спины метелку из конского хвоста. Ее мягкие, белые волоски в мгновение ока словно превратились в стальные шипы боевого цепа, сокрушая все на своем пути, и если бы она коснулась человека, то тот немедленно превратился бы в кровавое решето.
Вэй У Сянь, не смотря на свою занятость, быстро распорядился: «Все стойте на своих местах. Будьте паиньками и прижмитесь к углам!»
После этих слов он продолжил управлять бумажными куклами. Порой его флейта журчала бодро и жизнерадостно, а порой грубо и резко, и, несмотря на то, что заклинатель яростно и беспощадно оборонялся обеими руками, манекены нескончаемым потоком сыпались с крыши и медленно, но верно окружали его. Когда мертвец сражался с одним, второй подскакивал с другой стороны; когда он уничтожал куклу перед собой, ее собратья уже поджидали за спиной заклинателя - справиться со всеми одновременно было никак не возможно. Внезапно с потолка рухнул Силач Преисподней и приземлился аккурат на мертвеца, своей ногой вдавив его плечо в пол.
Вслед за ним с крыши спрыгнули еще три Силача Преисподней и по очереди бросились на заклинателя.
Людская молва гласит, что Силачи Преисподней неимоверно сильны, и когда ремесленники изготавливают подобные манекены, они обычно крепят к болванкам различные предметы для увеличения веса их тел, к тому же, будучи одержимыми бесприютными духами, куклы стали тяжелее горы Тайшань. На заклинателя наскочили целых четыре Силача Преисподней, и то, что его внутренности не размазались по полу, уже можно считать большой удачей: лютый мертвец очутился в ловушке, надежно прижатый к земле бумажными манекенами.
Вэй У Сянь подошел к нему и увидел, что часть облачения на его спине была разорвана. Тогда он разгладил ткань, заметив возле левой лопатки трупа узкую рану, и приказал: «Переверните его».
Четыре Силача Преисподней подчинились и распластали заклинателя лицом вверх, облегчив Вэй У Сяню тщательный осмотр мертвеца. В награду он провел порезанным пальцем возле губ каждой из кукол, и те, высунув алые бумажные языки, медленно слизали с себя кровь, словно растягивая удовольствие и наслаждаясь каждой каплей угощения. Лишь после этого Вэй У Сянь опустил голову и продолжил свое исследование. На левой стороне груди заклинателя, подле сердца, обнаружилась точно такая же узкая рана – похоже, что этого человека закололи мечом.