Разрушай и подчиняй (ЛП)

Я опустила глаза вниз на мое тело, покрытое бинтами. Так это был несчастный случай? И какую глупость я сделала? Я покачала головой, которая не была обмотана бинтами, без терзающих вопросов посмотрела на детектива Дэвидсона.
— Нет, я не помню вас.
Он мягко улыбнулся, жалость в его голубых глазах уничтожила мою силу воли, и слезы навернулись на глаза.
— Ничего. Не беспокойся об этом. — Подходя ближе к моей кровати, он сказал: — Я разговаривал с твоими докторами, и они сказали, что тебя скоро выпишут. Они так же сказали, что ты не можешь вспомнить ни своего имени, ни фамилии или откуда ты.
Я игнорировала агонию в своей груди. Я была сиротой — бездомной — и осталась без семьи. Это было хуже, чем шрамы, оставленные ожогами по всему телу или заживление кожи. Нечего было сказать, так что я молчала.
— Штат дал тебе имя Сара Джонс, пока ты не вспомнишь свое настоящее имя. — Медленно садясь на мою кровать он положил руку на мое колено.
Его боязнь девушки, которая была обернута, как египетская мумия, сделал мою ужасную ситуацию комичной, и я мягко рассмеялась.
— Все в порядке. — Поворачиваю голову, чтобы изучить его. — Почему вы здесь? И почему агент ФБР говорит мне это?
Он нервно сглотнул.
— Я не так хорош в сообщении новостей, так что просто возьму и скажу это. Мы полагаем, что это был не несчастный случай. Появились новые улики, которые позволяют предполагать, что вы пали жертвой покушения на жизнь, и пока вы не вспомните, что случилось, мы помещаем вас под защиту. Мы не будем афишировать, что вы живы или позволять людям навещать вас, пока мы не узнаем, кому можно доверять.
— Вы арестовываете меня?
Улыбка тронула его губы, его короткие русые волосы были идеально подстрижены.
— Нет, мы помещаем вас под защиту свидетелей, у вас будет новая жизнь далеко отсюда. — Наклоняясь ближе, он сказал: — Это возможность жить в городе, в котором вы никогда не жили, посетить страну, которую вы никогда не посещали, и все под нашим присмотром. Мы обычно даем новую работу и новое имя, когда помещаем людей под защиту, но учитывая обстоятельства, вы можете выбрать.
Мои легкие горели, как будто я скурила кучу сигарет.
— Что… что вы имеете в виду?
Детектив Дэвидсон указал на файл, который лежал на его ногах.
— Это, Сара Джонс, ваша новая жизнь.
— Я не хочу новую жизнь, я хочу старую. — Он отвел плечи.
— Доктора сказали поговорить с вами. Вы страдаете от того, что называется психогенной амнезией. Это своеобразный механизм защиты.
Слезы обожгли глаза, я стала заложницей собственного мозга.
— Но я готова вспомнить. Я достаточно сильна, чтобы понять. 
Детектив Дэвидсон грустно улыбнулся.
— Доктора могу объяснить, что это такое, но оно так не работает. Это бывает крайне редко. Ваши воспоминания буду восстанавливаться спонтанно, это придет позже. Вы можете услышать запах, и воспоминания вернутся. Или вы услышите любимую песню, и воспоминания откроются. Это психология, психогенная амнезия излечима. Но мы должны готовиться к худшему.
— И это? — прошептала я.
— Вы можете никогда не вспомнить. Как я и сказал, это редко, но возможно. Мы должны двигаться вперед.
Я хотела кричать. И плакать. Я в ярости.
Прочистив горло, детектив Дэвидсон сказал:
— Не думая об ответах, скажите мне… какой была бы ваша профессия после окончания учебного заведения?
— Ветеринар. — Я моргнула.
Это пришло из ниоткуда. Я застыла, надеясь, что это спровоцирует воспоминания.
— И где бы вы жили, если бы у вас был выбор.
— Англия. — Мой рот открылся.
Почему именно там? Ответ пришел сам, но откуда это взялось? Детектив Дэвидсон улыбнулся и все записал.
— В таком случае, Сара Джонс, мы сделаем все, что в наших силах, чтобы у вас была новая жизнь с семьей в Англии, и чтобы вы стали ветеринаром. Это займет какое-то время, чтобы уладить мелочи, но мы начнем готовить бумаги.
Все происходило слишком быстро. Слишком неожиданно.
— Бумаги? 
Он ухмыльнулся, показывая кривые зубы:
— Да, новый паспорт, новая карточка социального страхования — новое начало. — Его взгляд смягчился.
— Вы встанете на ноги в полной безопасности и в новом мире. И затем, когда вы повзрослеете, правосудие настигнет тех, кто сделал это с вами.
Это было до того, как тысяча вопросов — на большинство которых я не могла ответить — были брошены на меня, и мне придется разбираться со всем, что произошло.
Пока я это осознавала, он встал и ушел.
Я перерожусь.
Я исчезну навсегда.
Мои колени немного дрожали, когда воспоминание закончилось. Это был день из моей жизни, когда я перестала быть Клео Прайс. Это самое ужасное ощущение — быть заложником своего мозга, быть вдали от людей, которые могли мне помочь.
Потом была Корин.
Она была не просто другом, как я думала.
Она была моей сестрой.
— Приятно познакомиться.
Я подняла глаза, проходя через терминал, по направлению к выходу. Напротив меня была девушка с короткими светлыми волосами и пронзительно голубыми глазами. Она была жива в тот момент, когда я была мертва. За ней стояли женщина с мужчиной и нервно улыбались. 
— Я знаю вас? — Постоянный страх того, что я знала людей, но забыла о них, стал моим постоянным спутником. Я постоянно боялась, что кто-то посмотрит на меня и улыбнется или помашет мне.
Я знал их?
Я любила их когда-то?
— Нет. Но мы знаем тебя. Ты будешь жить с нами. — Балансируя на одном месте, девушка забрала мой чемодан и обняла меня. — Я всегда хотела сестру. Мы поступим в университет вместе, я тоже хочу стать ветеринаром, круто, правда? 
Мое сердце разорвалось. Это была моя приемная семья. Суррогат того дома, что я никогда не вспомню.
Когда я не ответила, отец сказал:
— Не бойся. Детектив Дэвидсон все нам рассказал. Вы уже зачислены в школу, и мы отвезем тебя на станцию, чтобы ты смогла встретиться с вашим связным.
Я не поднимала глаза от своего чемодана. Я ненавидела незнакомцев за то, что они касались такой темы. Во мне была пустота, заполненная только тем, кем является Сара Джонс, но не помнила, кем я была. Но это было все, чем я располагала. Единственное, отчего я должна была защищаться.
— Мне не нужна новая семья. — Я должна была остаться одна. Одна в темноте, чтобы мои воспоминания могли найти меня. Корин провела своей рукой по моей. 
— Ты права, тебе не нужна помощь. Потому что у тебя есть я. — Вытаскивая меня из терминала на палящее солнце, она счастливо вздохнула. — Добро пожаловать в Англию, Сара. У меня такое чувство, что мы прекрасно поладим.
И она была права.
Спустя несколько недель, слез перед сном и неуверенности в том, что я научусь жить с пустотой в голове, я нашла свое счастье.
Я исцелялась, пока изучала биологию и английский в университете.
Я перестала зацикливаться на прошлом и стала здоровее сердцем и мозгом.
Корин стала моим миром.
Мое сердце заболело от мысли, что я так быстро оставила ее позади.
Она вернула мне жажду жить; она обнимала меня, когда мне было плохо, и праздновала со мной, когда я побеждала. И в тот момент, когда пришло письмо, и появилась возможность наконец-то, наконец-то узнать правду о том, кем я была, я оставила ее, даже не сказав «пока».
Я проигнорировала голос, который говорил, что глупо гнаться за тем, что было похоронено.
Я не посмела рассказать ей, почему я туда ехала — просто на всякий случай, если она скажет офицерам. Я оставила ей трусливую записку, написала о том, как обстоят дела на работе в Precious Pets, забрала свои скудные сбережения и забронировала билет в одну сторону в Америку.