Нарушая клятвы (СИ)

– Вам бы только драться, – вздохнул я. – Хотите, Диана вас поучит. Обеих. Я заморочусь, найду пару железных прутьев, чтобы она вас отделала хорошенько.
Ивейн сразу опустила взгляд, изображая невинность, а вот Гуин заинтересованно посмотрела на Диану.
-- Всё это потом, – быстро сказал я, чтобы они ничего не удумали. – Собирайтесь, мы уезжаем.
– Уже? – оживилась Клаудия.
– Деревня мне не понравилась, – ехидно произнёс я. – Поедем в другую. Может быть, там живут оборотни не с кашей в голове. А ещё забираем с собой маму Офелию и её дочек. Пять дней пути для взрослого, – я едва не застонал. – С детьми сколько мы будем идти? Две недели? Ладно, разберёмся. Диана, мне нужна будет твоя помощь, кое-кого забрать. А вы пока забудьте о драках. Собирайтесь и бегом к маме Офелии.
За короткое время моего отсутствия в деревне ничего не изменилось. Было всё так же тихо и спокойно. Но какая-то напряжённость в воздухе повисла. Диана из всего сказанного уяснила, что происходит или скоро произойдёт что-то неприятное. Поэтому резко изменила отношение к жителям деревни, воспринимая каждого как возможную угрозу. Мы дошли до центра, остановились у клетки с «предателем». Он с самым отрешённым видом разглядывал небо. Подойдя ближе, я взялся за деревянную жердь, потянув немного на себя. Она хрустнула, но почти не поддалась.
– Крепкая, – хмыкнул я. Потянул сильнее, упираясь второй рукой в стойку. Мне показалось, что кровь, бегущая по венам, стала горячее. Хотел поймать это ощущение, разобраться в нём, но жердь сдалась быстрее. Громко хрустнув, сломалась пополам и выпала из грубо вырубленных пазов. – Выходи. Давай, давай, пока я не передумал.
Мужчина встал, прикинул размер проёма и, выдохнув, легко пролез между прутьями.
– Предлагаю сделку, – не став ходить вокруг да около, сказал я. – Рассказываешь об армии варваров – я тебя отпускаю. Как только дойдём до имперского тракта. День пути на юг.
– Договорились, – согласился он как-то слишком быстро.
– Знаешь о судьбе, которую тебе здесь уготовили?
– Барон рассказал, – последнее слово он произнёс несколько странно.
– Хорошо. Поговорим по пути, а уходим мы прямо сейчас. И не шали. Едва задумаешь что-то ненужное, вот она снимет тебе голову с плеч. Демоны умеют мысли читать.
– Я знаю, сталкивался, – его голос приобрёл вредную интонацию, отчего захотелось врезать ему по шее, для профилактики. Всё-таки есть что-то неприятное в жителях центральных земель империи. Выводят они меня из себя не только своим видом, но и манерой говорить.
Такое наглое вмешательство с моей стороны в судьбу пойманного человека осталось без внимания. Может староста умотал куда-то по делам. Другие же не спешили влезать в это дело. Но наблюдали с интересом, чтобы потом ему всё пересказать. К моему облегчению, рядом с нашим домом появилась миниатюрная крытая повозка, в которую впрягли низенькую, но крепкую лошадку. Это очень хорошо, так как наш отряд потерял в физической силе. В том плане, что нести немалое количество вещей было просто некому. Оставшийся с нами оборотень из отряда Скьялфа тащил на себе все палатки и огромный тюк с вещами. Как бы ни смотрели на него Клаудия и Ивейн, взять больше он просто не мог. Только если тащить их волоком за собой на верёвке. Так что пришлось им нести личные вещи самим. Я же привык к огромной сумке за плечами, так что ничуть не расстроился по этому поводу.
Отправлялись мы часа за два до обеда. Проводить нас, а точнее, поглазеть, вышла почти вся деревня. Многим стало интересно, почему это мы решили так внезапно съехать. На улицу высыпали и взрослые, и дети, коих в деревне оказалось довольно много. Кто-то даже решил идти следом на небольшом расстоянии. Дорога, в существовании которой я сомневался, выходила из деревни на юг. Пользовались ей часто, даже сохранился след от тяжёлой повозки, проехавшей совсем недавно. В любом случае, идти по ней было гораздо проще, чем пробираться напрямую через лес. Солнышко припекало всё больше и больше, пробиваясь сквозь ветви. Таким темпом за пару дней грязь на дороге окончательно засохнет. Долгая непогода, наконец, сменилась тёплыми днями, которые продержатся две-три недели, оттягивая осень, холода и дожди.
Пока я думал о погоде, меня под руку взяла Бристл. Пришлось сместить на одно плечо сумку, чтобы не мешала ей. Минут пять мы шагали молча.
– Всё-таки, как ты узнал, что задумал дед? – спросила она.
– Просто догадался. Мама Офелия, когда я столкнулся с ней утром в доме, хотела поговорить с ним о чём-то серьёзном. Потом я столкнулся с человеком в клетке.
– Лиара говорила, что там держат предателя, – Бристл чуть повернула голову, бросив на ковылявшего позади, под надзором Гуин, мужчину.
– Староста хотел сделать с ним что-то неприятное. А в деревне обращённых оборотней полно, вот и залетела в голову шальная мысль. Мне показалось, что он с людьми готов мириться, только если они заранее обращены в оборотней. А все остальные ему мешают.
– Для него Империя находится слишком далеко, – сказала Бристл. – Примерно там же, где сказочные страны. И если полагаться на кого-то, то только на себя. Он не плохой, Берси. Отнюдь. Просто живёт в другом мире. Но в одном дед прав. Для империи эта маленькая деревенька не существует. Даже налоги не платит, хотя он барон. Если только отец лично не приезжает и не выжимает из него немного ценных шкур. Больше с них ничего взять нельзя. Всё, что в этих лесах можно нажить, едва хватает, чтобы обменять на хорошую ткань, соль, немного железа.
– Это не повод, чтобы изводить людей по всему северу.
– Не повод, – согласилась она.
Минут десять она шла рядом, затем вернулась в повозку. Я перевёл взгляд на бодро шагающую впереди Лиару. Она о чём-то разговаривала с Миланией, улыбалась.
– Никогда не ходила так много, – ворчала Клаудия. Она шла чуть впереди, прихрамывая. Но не жаловалась, что удивительно. В последнее время она предпочитала любые проблемы решать самостоятельно.
Я дотронулся до жезла целителя, чтобы использовать простое исцеление на расстоянии. Терпеть не могу мозоли. Глядя в сторону повозки, сделал вид, что ничего не произошло, когда Клаудия обернулась. Сбавив шаг, поравнялся с тяжело идущим «предателем». С виду он был здоров, может немного истощён заточением в клетке. Да и босиком идти по грязной дороге то ещё удовольствие.
– Держи, – я протянул ему кусок вяленого мяса, завёрнутого в тонкую лепёшку хлеба. – Как самочувствие?
– Конечно, со мной всё в порядке, ведь я Саверио Паскуаре Поджи, – он забрал хлеб, откусывая от него едва ли не половину.
– Сразу три имени. Не много ли для одного человека?
– Я злой, жуткий, противный и мерзкий тип, – ответил он, говоря с набитым ртом. – Это всё родословная, и я горжусь ей. Вот ты гордишься своей родословной?
– Горжусь, – немного поразмыслив, согласился я.
Заметив недалеко от дороги глубокую лужу, он прошёл к ней, зачерпнул ладонями воду, чтобы напиться. Пришлось подождать, пока он утолял жажду. Затем он сполоснул лицо и руки.
– Ещё бы сапоги, – мечтательно протянул Поджи.
– Обойдёшься.
– Эти волосатые тв… оборотни, – он покосился в сторону повозки, – отобрали у меня всё золото. Герцог, займи пару монет. Отдам, как доберусь до столицы. Слово Поджи!
– Ты для начала из леса выйди. По тракту до опушки неделю пешком идти. Только все дороги заняли варвары. Вот у них и занимай.
– Нет. Раз уж вырвался – домой, домой. Я почти десять лет у них в плену провёл. И мне там ничего не светит. Послужу немного и сдохну как собака, подавившись очередной костью со стола Великого вождя.
– Есть родственники в столице?
– Что-то вроде. Так ты, значит, связался с Блэс?.. – начал он вопрос, но не успел его закончить, так как поймал взгляд Дианы.
– Она считает, что ты слишком груб для моей компании, – сказал я. – Думает, что без головы ты будешь смотреться лучше.
– Она питает к головам особую страсть? Или к телам без головы?