Триумф поражения (СИ)

— Всё! Я его раскусила. Он вынуждает тебя напроситься в любовницы, чтобы потом легче было избавиться. Тебе надо решить, будешь ты это делать или нет. Понимаешь, есть некоторые плюсы…
— Лена! Ты в своем уме?! — я почти теряю дар речи. — Какие плюсы?
— Вот не передергивай! — нервничает Ленка. — В положении любовницы богатого человека есть серьезные преимущества. А у твоего кандидата еще и молодость, красота, сила, ум…
— Не надо его рекламировать! — возмущаюсь я вдохновению Ленки.
Ленка усаживает меня рядом с собой и терпеливо говорит:
— Слушай! Это легкие отношения. Никто ни на кого не давит. Есть свободное время — встречаетесь. Нет — не встречаетесь. Чем плохо?
— Потому что я не хочу встречаться! — так же терпеливо объясняю я.
— Не понимаю. Богат, красив, умен. У тебя никого нет. В чем причина? — недоумевает подруга. — Тебе, красотка, двадцать пять. Не восемнадцать. И это отличный опыт общения с представителем противоположного пола.
— Зачем мне этот опыт? — психую я, потеряв остатки терпения.
— Приятное времяпрепровождение. Отвлеченность от быта. Свежие эмоции. Материальная поддержка, наконец! — начинает психовать и Ленка. — Нельзя быть такой дурой в твоем возрасте. Он что, плохо целуется?
— Хорошо, — ворчу я. — Целуется он хорошо. Мне особо и сравнить не с чем. Вернее, не с кем. Ему это зачем? Любую может пригласить. Невеста молоденькая есть.
— Вот! Ключевое слово "молоденькая". С ней особо не разгуляешься. Там, наверное, брак по расчету. Со стороны Холодильника и Светиного папы, — поучает меня Ленка. — Он мужчина тридцатилетний. В самом соку. Ему нужны легкие отношения без обязательств. Без разборок и ссор.
— Наши с ним отношения и есть разборки и ссоры, — объясняю я непонятливой подруге. — Свежие эмоции — да. Но лежат они в другой плоскости.
— А я бы так не сказала! — яро возражает Ленка. — То он халат тебе развязывает, то на колени садит, то целует… Нет. Тут на лицо особый интерес именно к тебе, Нинка!
— И что мне делать? — уныло спрашиваю я, вспоминая, как горела кожа в тех местах, где ее касались его губы.
— Слушай! Тетя Лена даст тебе важные советы. Во-первых, не выпрашивай подарки. Во-вторых, не лезь в его личную жизнь. В-третьих, с уважением отзывайся о его невесте или жене. В-четвертых, не пытайся ее заменить. В-пятых…
— Подожди! — с ужасом кричу я, пытаясь остановить поток Ленкиных советов. — Я не собираюсь быть его любовницей.
— Тогда просто дослушай теорию! — отмахивается от меня Ленка. — Не с ним, так с кем-нибудь другим пригодится. В-пятых, не знакомь его со своими родственниками. В-шестых, не выпрашивай подарки. Или это уже было во-первых? В-седьмых, не рассказывай ему о своей личной жизни.
— У меня пальцы скоро кончатся, — пытаюсь шутить я, но Ленку не остановить.
— В-восьмых, пока он тобой интересуется, попытайся установить несколько своих правил и заставь его им следовать, — продолжает Ленка. — В-девятых, не будь истеричкой. Он должен отдыхать с тобой душой. Ну, и в-десятых, будешь дура, если такого упустишь!
Довольная собой Ленка откидывается на спинку дивана.
— Когда я ему сказала, что не стану его любовницей, — напоминаю я Ленке, — он разозлился и ответил, что и не собирался мне этого предлагать!
— Это всё эмоции! — не верит Ленка. — Целоваться лез? Лез! Значит, по-любому в постель тащит. Он же не подросток.
— Так он на один раз тащит! — трясу я одним пальцем перед Ленкиным лицом. — Как я, переспав с ним один раз на пробу, останусь уважаемым и востребованным арт-директором?!
— Качественная встреча в постели двух взрослых людей не может умалять профессиональных качеств, — крутит у виска Ленка. — Вот представь, ты — врач, он — космонавт. Что изменилось после романтической встречи? Она лечить не сможет, он летать на орбите?
— Я. На него. Работаю, — по словам объясняю я. — Он мой работодатель. Я его подчиненная. Это не может не накладывать…
— Хорошо! — перебивает меня Ленка. — Пусть накладывает. Большой простор для выбора ролевых игр.
Трижды поссорившись с Ленкой за один воскресный вечер, отправляю ее восвояси.
— А вот ты подумай на досуге, — зловеще пугает меня Ленка на прощание, — почему такой шикарный экземпляр мужчины целоваться лезет, а в любовницы не берет? Задумайся! Это звоночек оттуда!
Ленка выразительно поднимает вверх палец.
Вместо "ужина балерины" уже в первом часу ночи тащусь вниз с открытой бутылкой красного сухого вина, которую мы недопили с Ленкой. Даже себе не сознаюсь, что хочу с ним встретиться. Нет, сознаюсь, конечно. Но выбираю экшен-версию: чтобы разбить об его голову бутылку и залить красным цветом его белую рубашку. Знаю, что не появится. После моего ухода вчера из его кабинета он вызвал Рудского и уехал домой. Ну, или к котенку… А может, они вообще вместе живут…
Поэтому, когда я наливаю в свой бокал порцию вина и возле уха раздается вопрос:
— Что празднуете? — от неожиданности проливаю вино на маленький столик Дарьи Владиленовны.
— Зачем вы меня пугаете?! — бросаюсь я в атаку. — Чего вам не болеется дома в окружении близких? Вам только вчера скорую вызывали! Вы знаете, какова смертность среди молодых и сильных мужчин?
Холодильник разворачивает меня к себе, отбирая и отставляя в сторону бутылку.
— Я погорячился и неверно вас информировал, — сообщает он мне, почти касаясь своими губами моих.
— Что значит — неверно информировал? — теряюсь я, загипнотизированная его горячим, лихорадочным взглядом. Недолечился он, точно недолечился…
— Вы правы, я не прав, — вносит еще порцию загадочности в наш странный разговор Холодильник.
— Я права? — сомневаюсь я. — А в чем? Не подскажете?
— Я растерялся и соврал, — объясняет Холодильник, но понятнее не становится.
— И что же именно вы соврали? — осторожно уточняю я, тихонько шевеля плечами, чтобы освободиться от объятий.
Почувствовав это, Холодильник прижимает меня крепче и держит сильнее:
— Я согласен.
— На что? — стараюсь быть вежливой, но получается плохо.
— Я согласен на то, чтобы вы стали моей любовницей
  
Глава 14. Василий
 
Неумение врать -
ещё не повод говорить правду.
Мудрость из интернета
Выбор у меня был небольшой, я бы даже сказала — скудный. Пощечина или поцелуй. Мастерски вывернув сознание наизнанку, я нашла третий вариант: вежливый вопрос.
— Александр Юрьевич! Как человек терпеливый и интеллигентный, готова списать ваши последние слова на осложнение после болезни, которую вы, скорее всего, перенесли на ногах, что не могло не сказаться…
Холодильник тяжело дышит и угрюмо молчит. Пользуюсь этим обстоятельством, чтобы продолжить говорить:
— Вы чуть-чуть перепутали авторство реплик в нашем диалоге. Это я должна соглашаться или не соглашаться стать вашей… любовницей. И только после вашего же предложения об этом. Как мне помнится, вчера вы совершенно ясно и недвусмысленно выразили свою позицию: у вас есть невеста и вам не нужна любовница.
Холодильник недовольно пыхтит, но молчит.
— У вас, несомненно, большой выбор девушек… женщин, готовых оказать вам такую разовую или долговременную услугу, — набираюсь смелости и тихонечко глажу ладонями его напряженные плечи. — Знаете такую мудрую офисную поговорку? Не спать там, где работаешь, и не работать там, где спишь? По-моему, лучше не скажешь, правда?
По бешено горящим карим глазам Хозяина чувствую, что ни слова из того, что я ему только что сказала, до него не дошло. Он только схватил мои руки, гладящие его плечи, соединил их вместе и прижал к своей груди. И снова ничего не сказал. Так… Положение осложняется…
И когда Холодильник наклоняется ко мне с прекрасно считываемым намерением поцеловать, я отбрасываю всякую вежливость:
— У вас, видимо, не грипп, а настоящий менингит, господин Климов! Отказаться от госпитализации было не просто ошибкой, а преступлением!