Полет феникса
– Будет подозрительно, если ты этого не сделаешь. Но подожди, пока не подтянется Канальная армия, тогда на совещание приедут Хитрая Лиса и ее главкомы. Прозвучит множество речей, масса скрытой похвальбы и изрядная доля дерзостей. Старайся слушать больше, чем рассуждать, и подразумевать больше, чем говорить. Если кто-то укажет на противоречия в твоих словах, изобрази приступ гнева. Я верю в твою способность к импровизации. Если поймешь, что дело совсем плохо, просто обратись ко мне и следуй моим советам.
– Господин, как мне поступить с феникс-установкой?
– Мы с Воинствующим Псом серьезно обдумали этот вопрос, – ответил Даргер.
На самом деле спор вышел долгим и жарким, но они все-таки сошлись на том, что, раз уж Белая Буря не запустит устройство без прямого приказа Тайного Императора – а такой приказ теперь вряд ли последует – и раз уж распоряжение его обезвредить может вызвать ее подозрения, пока все можно оставить как есть.
– Когда главжив спросит, какие будут приказы, скажешь ей, что решил отложить свадьбу, пока не завоюешь Север и не приведешь в порядок дела новой империи. Втайне она только обрадуется хорошим новостям. А я тем временем кое с кем посоветуюсь, прежде чем мы окончательно решим, что делать с установкой.
– Вы имеете в виду главкома? Хитрую Лису?
Даргер глянул в окно на телшеющее небо.
– Нет, у меня на уме кое-кто гораздо более опасный.
Еще одним важным событием того дня стало воссоединение армий Тайного Императора. Оно принесло огромную радость всем участникам и приобрело размах самого настоящего карнавала. Морская армия стояла лагерем на равнине перед Севером и дожидалась Канальную армию, плывущую с юга. Первые паруса показались еще утром, первые всадники примчались, когда солнце достигло зенита. Основные силы встретил военный оркестр. Свободные от дежурства солдаты глотали огонь и прохаживались на ходулях, размахивая флагами. К сумеркам вырос необъятный палаточный город – двойник каменного Севера, сотканный из теней.
Воспользовавшись всеобщей неразберихой, противник легко мог напасть, но ворота Севера не выпустили ни единого солдата. Отчитываясь перед Тайным Императором, командующие армии (подготовленные к подобной вылазке гораздо лучше, чем могло показаться) единодушно сочли этот признак обнадеживающим. Того же мнения они были и о грозовом фронте, надвигающемся на город. Вера Бессмертных в собственную неуязвимость распространялась среди солдат, недавно вставших под знамена империи. Все соглашались с тем, что буря сломит вражеское сопротивление, очистит город от врагов, смоет с улиц кровь грядущего сражения и унесет ее по канавам в ручьи, оттуда в Белую реку и дальше, до самого Желтого моря.
Пока главком Хитрая Лиса готовилась к совещанию, Даргер, заболтав стражников, проскользнул в ее палатку. Главком тихо беседовала с генералом Мощным Локомотивом.
– Как тебе удалось миновать моих людей? – удивилась она.
– Я сказал, что вы меня вызвали к себе, и сделал вид, будто вовсе не горю желанием вас видеть.
– Значит, все мои попытки избавиться от тебя провалились, круг замкнулся, и мы снова там, где начали.
– Все намного хуже, – не согласился Даргер. – Я шествую от триумфа к триумфу. Сейчас Тайный Император относится ко мне столь благосклонно, что даже не надейтесь вбить между нами клин. Не стоит и пытаться. У меня нет намерений занять ваше место. Так почему бы не воспользоваться моими талантами и дружбой?
Грубовато-простодушно он протянул ладонь для рукопожатия.
Хитрая Лиса ее проигнорировала.
– Всего, что у меня есть, всего, что я выстрадала, всего, чему научилась, я добилась без тебя. И я убеждена, что так будет и дальше. Сейчас я добавляю последние штрихи к плану взятия Севера. Когда я посажу Тайного Императора на трон Дракона, он предложит мне любую награду. Приведи хоть один убедительный довод, почему мне не попросить, помимо прочего, о твоем изгнании.
– Вы об этом пожалеете, – просто сказал Даргер.
– Проводи этого господина на выход, – велела главком Хитрая Лиса заместителю. – Разъясни ему, что произойдет, если он еще раз попытается со мной заговорить.
Генерал Мощный Локомотив открыл рот возразить, но под предостерегающим взглядом Хитрой Лисы тут же его захлопнул.
– Гениальный Стратег, не обращай внимания на резкость главкома, – произнес он, когда они оказались вне пределов слышимости палатки Хитрой Лисы. – Она великая женщина и, как все великие, всегда склоняется к собственному представлению о том, как все должно быть. К тебе лично она враждебных чувств не испытывает.
– Да вы, похоже, в ее власти, друг мой.
– Я… видишь ли…
– Вы влюбились в главкома Хитрую Лису! – воскликнул Даргер с убедительным, как ему казалось, изумлением.
Мощный Локомотив залился румянцем.
– Нет! Хотя, возможно. Хитрая Лиса не похожа на других женщин. Она не… – Его большие ладони судорожно сжимались и разжимались, пытаясь ухватить нужные слова. – Рядом с ней я чувствую себя самим собой. Я чувствую, что вместе мы добьемся многого.
– А как же Белая Буря? – спросил Даргер. – Мне прекратить завоевывать ее для вас? Даю слово джентльмена, сейчас я как никогда к этому близок.
– Если бы я знал. Когда я с Белой Бурей, все мои мысли только о ней, и я не представляю, как можно любить другую женщину. Но в присутствии Хитрой Лисы все в точности до наоборот.
– Прекрасно вас понимаю.
– Мне нужно вернуться к главкому. – Генерал Мощный Локомотив пошел было прочь, но вдруг остановился и ткнул в Даргера пальцем. – Больше не лезь в мою личную жизнь, пока я сам не разберусь, чего хочу. Ясно?
– С превеликим удовольствием, – пробормотал себе под нос Даргер, уставившись в спину генерала.
* * *
– Я не могу отыскать царевича Блистательного Первенца! – пожаловалась сквозь слезы Белая Буря.
Прошло всего несколько минут с тех пор, как Даргер расстался с Мощным Локомотивом.
– Вряд ли это мое дело. – Даргер не замедлил шага.
– Вчера мы поругались, и он исчез. Больше я его не видела. Но я говорила с Тайным Императором, он отложил свадьбу с Невестой Феникса, а именно из-за этого мы с Блистательным Первенцем и разошлись. Вот почему мне так важно увидеть его как можно скорее.
– Госпожа. С каждым днем вы приумножаете груз моих обещаний, ничего не давая взамен. Вы сами любезно признали это не далее чем вчера. Ради ваших интересов я сделал все возможное. Но теперь подвожу черту под обязанностями вашего личного секретаря и няньки вашего несостоявшегося любовника. – На входе в свою палатку Даргер остановился. – Вы его потеряли, вам его и искать. – И вошел внутрь.
Естественно, Белая Буря устремилась следом. Царевича Блистательного Первенца они увидели одновременно. Сомкнув глаза и запрокинув голову, он неуклюже развалился в походном кресле.
Явно не трезвый.
– Черт возьми! – выругался Даргер.
– Возможно, я могла бы… – неуверенно начала Белая Буря.
– Нет! – Даргер схватил ее за руку, отвернул от возлюбленного и вытолкал из палатки, пока тот не поднял голову и не разглядел, кто перед ним. – Ему нельзя знать, что вы видели его в таком отчаянном и гадком состоянии. Мужчины застенчивее кошек. Он никогда вам этого не простит. – Редкая женщина купилась бы на подобный аргумент, но Белая Буря никогда не походила на других. – Возвращайтесь в свою палатку. Я разберусь, почему царевич полез в бутылку, и пошлю его к вам, как только он протрезвеет.
Вернувшись обратно, Даргер обнаружил, что Блистательный Первенец зашевелился и непонимающе оглядывается по сторонам.
– Мне показалось, я слышал…
Даргер подбоченился.
– Меня трудно назвать вольнодумцем, друг мой, но должен отметить, что вы в вашем нынешнем состоянии убедительно доказываете всю несостоятельность наследной монархии.
Царевич Блистательный Первенец схватился за голову и застонал.
– Я цареубийца. Убийца! Я, рожденный в величии и воспитанный, дабы прославить свою династию, пал так низко!