Запретная любовь: Девочка с изумрудными глазами (СИ)

У Андрея всё перевернулось внутри от его слов. Всё же он, надеялся, что это была не Настя, хотя надежда таяла с каждым словом следователя.
— Пойдёмте, — я отдам Ваш телефон, — обратился Игорь Петрович к Алексею.
— Да, — кивнул тот и все снова направились в кабинет.
Игорь Петрович открыл сейф, достал оттуда телефон Алексея и подал ему. — Спасибо, — обрадованно поблагодарил мужчина, сразу проверяя все функции.
— Ну, что всё цело? — улыбнулся следователь.
— Да, всё хорошо! — светился Алексей.
— Заявление будете забирать? Претензий не имеете?
— Буду. Претензий к ним нет! — радостно ответил Алексей.
 Андрей с печальной улыбкой смотрел на друга. На сердце у него было не спокойно. Он переживал за Настю.
— А что с той девушкой? С четвертой?  Которую Вы кое-как поймали? Что за серьёзное обвинение у неё? — нерешительно спросил мужчина у Игоря Петровича.
— Да, она к Вашему делу не относится! — махнул рукой следователь.
— И всё же?
— Да, что… — задумался Игорь Петрович, закрывая сейф и перебирая папки на столе, — у неё нашли наркотической средство в кармане рюкзака.
— Что!? — Андрею сделалось нехорошо. По телу его пробежал холодок и закружилась голова. Сердце бешено заколотилось от ужаса. Он повернулся к Алексею и встретил его недоуменный и испуганный взгляд.
— Можно на неё взглянуть?
— На кого? — Игорь Петрович недоуменно посмотрел на него.
— На девушку.
— Да что на неё смотреть? — ухмыльнулся следователь. — Обычная беспризорница, как и те, только старше их, поэтому пойдет по полной.
Андрею с каждым его словом становилось хуже, и даже заболела голова.
— Как её зовут? — с опасением нерешительно спросил он.
— Имя она своё пока не назвала. Или не хочет, или действительно не помнит. Не адекватна она сейчас. Поэтому оставили её пока в изоляторе до выяснения всех обстоятельств.
— Можно на неё взглянуть? — Андрей повторил свой вопрос.
— Думаете, что опознаете её? — усмехнулся следователь.
— Не знаю, но вдруг.
— Ладно, пойдемте, — нехотя произнес Игорь Петрович.
Они вышли из кабинета.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Дежурный! — крикнул следователь на ходу. — Отдай заявление о краже телефона. И дай мне ключи от изолятора, где девочка сидит.
— Возьмите заявление, — произнес дежурный, подавая листок Алексею. — Распишитесь здесь. — Он подал журнал.
 Андрей со следователем терпеливо ждали.
— Вот возьмите, — дежурный подал ключи, —  если там убрать нужно, Вы мне скажите.
— Да, конечно, — ответил Игорь Петрович.
— Жди меня в машине, — Андрей толкнул Алексея в плечо и передал ему ключи от машины. Тот кивнул в ответ, расписываясь в журнале и забирая заявление.
Андрей поспешил за следователем. Они снова спустились на цокольный этаж, прошли по коридору, поднялись на два пролета по лестнице. Оказались в длинном коридоре, прошли его.  На пути у них была металлическая дверь с  решёткой,  которую охранял человек в полицейской форме. Он открыл дверь, когда они вошли, он закрыл её на ключ. Они снова прошли по коридору и оказались перед второй охраняемой железной дверью.  Им её открыли и следом закрыли. Пройдя  по коридору несколько  дверей, они остановились около одной из них. «Как же далеко её спрятали», — с волнением подумал Андрей, озираясь.  Полицейский в форме с оружием ходил по коридору взад и вперед.  Игорь Петрович вставил ключ в замочную скважину и, повернув два оборота, с трудом открыл тяжёлую дверь.
— О, сидит, спит, наверное! — усмехнулся следователь, заглядывая в изолятор. — Проходите, смотрите. Не бойтесь, не сбежит, не в том состоянии.
Андрей, с замиранием сердца и с маленькой надеждой, что это не Настя, заглянул в комнату. Глаза его округлились от ужаса. Перед ним сидело непонятного пола существо, в грязной  одежде. Сверху с трудом можно  было разглядеть рубашку, грязную и разорванную. На ногах черные штаны все в дырах и лохмотьях. Обуви у неё не было, были только грязные дырявые черные носки. Она сидела, наклонившись вперед, опустив голову вниз. Руки её были  в наручниках и безжизненно свисали между колен. Длинные синие волосы спадали вниз на руки и ниже, закрывая её лицо. Андрей с трудом узнал в ней девушку с фото, и вспомнил, что в последний раз видел Настю именно в таком образе.  Он не мог говорить от  увиденного.
 
— Эй, ты! — громко обратился к ней Игорь Петрович. — Хватит спать!! Просыпайся! — он толкнул её в плечо. — На тебя пришли посмотреть!
Девушка с трудом подняла голову и показала изнеможенное,  уставшее лицо с гематомой на лбу,  с размазанной тушью по щеками,  с синяками,  под потухшими  глазами изумрудного цвета. Она безучастно взглянула на Андрея, и её голова снова опустилась, закрыв лицо волосами.
— На-а-астя-я-я! — произнёс Андрей шёпотом.   Его охватил сковывающий ужас и осознание того, что это всё-таки она, Его девочка, Его маленькая девочка, Его малышка.
Услышав своё имя, девушка снова подняла голову и взглянула на него. Слёзы покатились по её щекам. Она чувствовала, что находилась в какой-то прострации, и голос Андрея звучал где-то далеко.  Это был такой знакомый до боли, такой родной и любимый ею голос. «Он здесь, он пришёл! Он спасёт меня!» — пронеслись   у неё в голове мысли.
— Вы её знаете?!— удивился следователь.
— Да, это Настенька… Моя…, — Андрей запнулся, не зная, что сказать. — Она дочь моей хорошей знакомой.
— Ох, даже так?! — ещё больше удивился Игорь Петрович. Ну, это уже хорошо.  Сейчас пройдёте со мной и  мне всё подробно расскажете про неё, а то я уже не  знал, как её допытаться. Состояние, сами видите какое.
— Что с ней?! Почему она такая?! Почему в таком виде?! — нехорошие мысли пронеслись у Андрея в голове о том, что её могли пытать.
— Я не знаю. Может, газа из шарика глотнула, и это последствия от него? — развел руками следователь. — А может, ещё под воздействием каких-либо веществ? Всё-таки пакетик-то у неё изъяли. Но убегала она от нас резво, еле догнали.
— Почему она босиком?! Где её обувь?! — произнёс Андрей,  взглянув на её ноги.
— Она на роликах была. — Пояснил Игорь Петрович. — Потом,  когда поймали,  она уже была без них. Их нашли рядом.  Другой обуви при ней и в  её вещах не было.
Настя почувствовала, как тошнота снова подступила к ней. Она наклонилась, и её стало рвать в стоящее перед ней ведро.
Андрей подбежал к ней и убрал её волосы, собрав их в пучок. Он присел перед ней на корточки.
— Я вообще не должен был Вас сюда подпускать к ней, — недоуменно произнес Игорь Петрович.
—  Её рвёт! Не видите?!
— Её давно уже так рвет! Гадость наркотическая, наверное, выходит.
— Вы хоть скорую бы вызвали! — воскликнул Андрей. — Она же может умереть у вас тут!
— Знаете что! — вскричал следователь. — Вы кто здесь вообще?! Идите - ка отсюда, а то и Вас привлеку за распространение! Ещё не известно, кто Вы такой и что у вас дома творится! Может, вы её снабжаете порошком! И распространяете!
— Господи, — произнёс Андрей в ответ, придерживая Настю. После рвоты она вытерла губы рукавом и устало откинулась на спинку стула, запрокинув голову. Непрекращающаяся боль в голове сдавливала ей лоб и пульсировала в висках. Голова сильно кружилась. Голоса становились всё тише, а шум в голове всё громче. Она безучастно смотрела на Андрея. Он смотрел на неё.
— Пойдёмте, — позвал его следователь, — расскажете мне всё про неё. Мне записать нужно.
— Малыш, я приду за тобой, — Андрей наклонился к Насте и прошептал на ухо. — Потерпи, моя девочка любимая.
 
Они вышли. Тяжёлая дверь захлопнулась и ключ, повернувшись два раза, закрыл замок.
Последние слова отдались далёким эхом в Настиной голове, заставив сильно колотиться сердце и вселяя надежду на спасение и  надежду в то, что она ему всё же не безразлична,  как думала. И даже больше. Она «Его любимая девочка». Слёзы счастья закапали с её ресниц  и покатились по щекам, размазывая остатки туши. Как же долго она ждала этих слов от него. Как же долго… Эти Мысли и, вспыхнувшие с новой силой, чувства любви к Андрею, стирали все предыдущие события в её памяти и заглушали нескончаемую боль в голове и в травмированной ноге. Настя закрыла глаза и погрузилась в глубокий сон.