Ледяной меч (СИ)
Пока Эльтурус отсутствовал, парень прогулялся по дому, заглядывая в каждую комнату, каждый закуток, внимательно всё разглядывая и запоминая, раскладывая всё по полочкам в своей голове, где что стоит или лежит. Были и такие предметы, что не поймёшь, где перед у этих вещей, а где зад, где у них верх, а где здесь низ, просто бесформенная ерунда. Но, если они здесь находятся, значит нужны.
"Да, старик просто помешан на чистоте и коллекционировании всяких странных безделушек", — размышлял Алекс. "Но, почему у архимага нет картин? Ведь в том заброшенном полуразвалившемся горном замке, где он нашёл ледяной меч, картин и портретов было много. Все стены были увешаны ими. Да и в таверне у Харта или Ричарда, чёрт их поймёшь с переименованием имён, тоже на стенах имелись картины. А Эльтерус почему-то ими пренебрёг, что-то тут ни так. Да и вешать, если сказать по правде, их здесь некуда, всё заставлено и завешано разнообразными и диковинными вещами и предметами. Некоторые из них даже и не понять, что из себя представляют. Одни похожи на фигурки зверей, только например: голова от одного, а туловище от другого. Другие имели форму посуды: вазы, чашки и другая утварь. Много было оружия: всяких форм и разновидностей щитов, самострелов, луков, мечей прямых и изогнутых, ножей. Даже была праща, хотя и не похожая сама на себя. Откуда Алекс это знал, он и сам сказать не мог. Просто в его голове всплывали разнообразные картинки, и он сравнивал их с оригиналом. А были и такие, которые он видел впервые в своей жизни. Он даже и не мог представить себе, что это такое".
— Ладно, будет время, спрошу у Эльтуруса, как оно называется и как этим пользоваться, — отходя в сторонку, вслух произнёс Алекс.
Со всеми этими просмотрами и хождением по комнатам дома, Алекс не заметил, как пролетело время, и сгустились за окнами сумерки, а старика всё не было и не было.
Вернувшись в ту комнату, где он разговаривал с Эльтурусом, Алекс уселся в глубокое кресло и задремал.
Глава 2
Архимаг Эльтурус, выйдя из дома, нос к носу столкнулся с тем человеком, который прошлый раз приходил к нему по просьбе королевы Виктории.
— А я к вам уважаемый Эльтурус, — увидел архимага мужик. — Королева вновь послала меня за вами. И приказала, чтобы без вас не возвращался. Говорит, хоть из-под земли достань, но приведи, а то лишишься головы. Так что сделайте милость, пойдёмте во дворец, а то эта рыжая бестия выполнит свои угрозы меня…
Эльтурус перебил говорившего:
— Я и сам хотел отправиться к ней, так что не бойся, твоя голова останется на своём месте. Пошли, — подпихнул мужичка архимаг. — Что опять понадобилось от меня королеве, раз она в приказном порядке послала тебя за мной?
— Я не знаю, — не оборачиваясь, бросил тот и прибавил шаг. — Да и не моё это дело. Мне приказали привести вас, я сделаю своё дело и буду свободен, а что нужно королеве, она вам сама скажет.
Доведя архимага до дворца, по дороге разговаривая совсем на другие темы, посыльный оставил его у ворот, а сам поспешил по своим неотложным делам, как он выразился.
— Всё, я исполнил поручение, теперь побегу, у меня и так много дел накопилось.
Немного постояв, провожая взглядом убегающего мужичка, Эльтурус стал нехотя подниматься по высокой и очень длинной лестнице к двери. Она сразу же начиналась у огромных ворот и вела к дверям дворца. В ней было триста тридцать три ступени. Зачем кому-то понадобилось это делать, никто не знал. Но не успел он ступить на последнюю ступеньку, как дверь отварилась, и ему навстречу вышел невысокий старик с маленькими прищуренными глазками и лицом похожим на крысиную мордочку.
— Ну, здравствуй, Тибериус, — выплюнул он, внимательно наблюдая, как поменялось лицо архимага. — Сколько лет прошло, как мы расстались, а ты нисколько не изменился. Только поседел, да брюшко нарастил, а рожа всё такая же осталась, словно всего-то и прошла неделя, как ты подло бросил нас в том полуразвалившемся сарае, называющим себя постоялый двор.
— Да и ты остался прежним, Феофан, — немного придя в себя от такой неожиданной встречи, выдавил из себя вместе с воздухом Эльтурус. — Я вижу, ты вхож к королеве и чувствуешь себя здесь как хозяин.
— Не преувеличивай мои способности Тибериус или, как теперь тебя называть.
— Можешь называть меня как хочешь, Феофан, а имя моё теперь Эльтурус.
— О, наслышан, наслышан я о твоих похождениях и подвигах маг. Я-то думал, речь идёт совсем о другом человеке, а это, оказывается, был ты маг, — заулыбался старик и скорчил так своё лицо, что архимаг даже отшатнулся. Лицо Феофана на секунду вытянулось, приобретая не человеческие черты, а какого-то чудовища.
— Мелко плаваешь "Крыса", я теперь архимаг и честно получил это звание, ты теперь должен уважать меня, — бросил Эльтурус, когда лицо Феофана обратно приобрело человеческие черты.
— Конечно, конечно, многоуважаемый архимаг, — ехидно улыбнулся Феофан и сделал небольшой поклон головой. — Мы простые смертные людишки теперь должны кланяться тебе в ножки и сюсюкать перед тобой, а то ты превратишь нас в крыс.
— Мне этого не надо делать, — резко ответил на оскорбительные слова Феофана архимаг, — ты уже крыса.
Отстраняя старика в сторону, Эльтурус хотел войти, ему надоело слушать бредни Феофана, да и Виктория ждёт его.
— Не торопись Тибериус, королева может и обождать, не велика важность, а вот нам надо серьёзно поговорить.
— Давай после, Феофан, — выдавил архимаг, пытаясь пройти внутрь, — меня ждёт королева, и я не хочу её расстраивать.
Но старик с крысиной мордочкой схватил Эльтуруса за руку и резко остановил его, применяя не человеческую силу.
— Сперва мы поговорим, а уж потом ты пойдёшь к этой рыжей шлюхе, называющей себя нашей королевой. Хотя все знают, кто она на самом деле такая, не правда ли Тибериус.
Седой старик выдернул руку из цепких лап Феофана и внимательно посмотрел на него.
— Ладно, чёрт с тобой, пошли, так и быть, я поговорю с тобой, но на длинный и нудный разговор не рассчитывай.
— Не бойся архимаг, — хихикнул Феофан, — долго я тебя не задержу. Пошли в домик садовника, там нам никто не помешает вести беседу.
Сбежав по лестнице, перепрыгивая сразу через две ступеньки, Феофан быстрым шагом, словно он был молодым и не замечающим своей старости и дряхлости, поспешил по дорожке к домику садовника. Эльтурус, улыбнувшись про себя, не спеша последовал за ним, временами поглядывая по сторонам и запоминая каждую увиденную мелочь.
Подойдя к домику, скорее подбежав на своих коротеньких и кривых ножках, старик с крысиной мордочкой обернулся и, посмотрев на отставшего седого старика, громко выкрикнул:
— Поторопись, Тибериус, а то не поспеешь к королеве на приём. Плетёшься, как дряхлый, побитый петух, еле-еле переступая ногами. Раньше вон как бегал, что и не угнаться было за тобой. С королевства так попёр, что ищейки Карла догнать не смогли.
— Побереги своё здоровье, Феофан, а я о своём как-нибудь сам позабочусь.
— Ну, смотри, смотри, я тебя предупредил, — бросил Феофан и вошёл в домик, оставив открытую перед архимагом дверь. — Входи, не бойся, здесь тебя никто не съест.
— И не оторвёт голову, — пробурчал себе под нос Эльтурус.
Но Феофан услышал его бурчание и, улыбнувшись, не поворачивая головы, произнёс:
— А это как посмотреть.
От услышанного ответа "Крысы", седой старик насторожился, но переступил порог и прикрыл за собой дверь.
— Проходи к столу и присаживайся, — бросил Феофан, так и не повернув головы. — Сейчас принесу вина, выпьем по старой дружбе и поговорим по душам. Сколько лет мы не виделись с тобой Тибериус? — спросил "Крыса".