Война (СИ)
— Он хочет… чтобы пузырь лопнул, — констатировала Алёна. Несмотря на выражения лиц в духе «я сейчас блевану», все четверо неотрывно следили за происходящим — как и командир отряда.
— А он может? — уточнила Юля очень тихим голосом.
— Если на него действуют наши законы физики — то ещё как может, — подтвердил Кирилл. — Но нужно больше давления…
— Рука! — крикнула Алина, указывая на бок чудовища. — Там рука показалась, можно попытаться его вытянуть.
Все переглянулись.
— А если оно разрастётся, и мы попадём под волну? — пробормотал командир, причём было неясно, кого конкретно он имеет в виду — сам пузырь, или то, во что превратился его боец. — Нас тоже засосёт внутрь!
— Щас… — Малик сунул меч в ножны и впецился двумя руками в ладонь, торчащую из раздувшегося, как нажравшийся крови клещ, пузыря. — Алина! Помоги мне!
Алина тут же схватилась на бока Малика; Кирилл и Юля подтянулись следом. Все четверо они сейчас напоминали героев сказки про репку, но смех смехом, а их усилия срабатывали — из зелёной желеобразной плоти пузыря медленно, с чавканьем показывалась первая жертва.
— Получается! — Алина продолжала тянуть с той же силой. — Налегли!
— Чего вы спешите… — зевнул Антон, сидящий на камушке и шевелящий руками. — Сейчас всё будет и без вас.
Тварь внутри твари продолжала расти, как кукла-матрёшка, решившая внезапно взбунтоваться против «старшей сестры». О том, что недавно это было человек, не напоминало уже ничего… кроме перекошенного болью и ужасом лица, которое отчётливо сидело прямо на огромном лоскуте кожи.
К сожалению, рост был слишком медленным — даже у магии плоти Антона были свои ограничения. Пузырь пока ещё успевал под него подстроиться, раздуваясь и растягиваясь, но, кажется, потенциал был небесконечен, и это было лишь вопросом времени.
Человек, которого вытягивала группа, с тихим чавканьем выскользнул из бока пузыря — и все повалились на землю.
— Унесите его подальше! — скомандовала Алина. — И потом смотрите, больше никто не торчит?
Сам спасённый, кажется, пребывал в полнейшем шоке от всего происходящего и ни на что не реагировал. Правда, судорожно двигал пальцами — но, по крайней мере, это значило, что он жив. На данный момент времени.
— Да хватит уже трепыхаться! — вновь возмутился Антон. — Вы мне не помогаете.
Монстр, созданный из человека, уже набрал внушительные масштабы. Сейчас он был размером где-то с изначальный пузырь, вот только сам пузырь с тех пор увеличился почти вдвое. Тем не менее, кроненберговской твари хватало сил, чтобы прямо внутри молотить щупальцами куда попало, поднимая волну.
Алёна подозревала, что щупальцами шевелит тоже Антон — когда ты контролируешь нервные клетки созданного существа, сделать это можно за пару секунд. Сам же тот, кто стал этим… едва ли он мог сейчас что-то осознанно делать. На — будто бы в насмешку — совершенно не изменившемся лице сейчас застыл отчаянный и беззвучный вопль.
Щупальца вырывались наружу, растягиваясь на всю длину — и снова исчезали внутри. Всё это явно не доставляло удовольствия пузырю. Они также задевали и людей, остающихся рядом, но за них Алина не переживала: Антон легко исцелит их… во всяком случае, телесно. Рассудок — штука более сложная.
За планом Кроненберг теперь уже следили, затаив дыхание, все. Совсем все — не только Искатели из этого злосчастного отряда, но и выжившие валькирии, зависшие в воздухе с гримасой ужаса на лицах. Кажется, даже они не ожидали такого от ненавистных им людей.
— Антон! — Алина подошла к магу сзади. — Заканчивай уже это, а?!
— То есть, ты думаешь, что я специально делаю помедленнее? — удивился тот. Алина ничего не ответила, но в её взгляде легко читалось «да кто тебя, алкаша, знает».
— Пройдено уже больше половины пути, — продолжил Антон. — Видите, как пузырь медленно увеличивается? Его сила подходит к концу, уже скоро… Вот!!
Он не успел договорить, как раздался мерзкий чавкающий звук — и зелёный пузырь начал разваливаться на части. Освобождённое от вязкого плена, создание из плоти тут же замолотило щупальцами воздух в три раза быстрее, и Антон, подняв два пальца, заставил его прекратить. Ага, так и есть…
— Вот бли-и-ин… — протянул Кирилл. — Мы все идиоты. Он не лопнул. Он разделился!
И действительно; зелёные сгустки омерзительной слизи продолжали двигаться, каждый сам по себе, независимо от остальных. Они расползались в стороны; маленькие — не больше ботинка — спешили убраться куда-то внутрь, в щели скалистого камня; крупные оставались на месте…
— Говорите за себя, — ответил Антон. — А я не идиот. Разумеется, он разделился, а чего ещё ты ждал?
Поднявшись на ноги — или, точнее, на колоссальные, как у слона, конечности, не меньше шести штук — кроненберговское существо вытянуло во все стороны свои щупальца. Там, где им не хватало длины, Антон увеличивал их прямо на глазах у всех.
На конце каждого щупальца раскрылось что-то — отверстие, превращающее щупальце в хобот.
— О, нет… — Юля заткнула рот рукой. — Нет-нет-нет…
— Если ты предпочитаешь отпустить эту тварь… — Антон поглядел на неё.
— Но… Господи, какая мерзость…
— Антон прав, — глухо заявила Алина, тоже явно борясь с тошнотой. — Что бы там ни было, мы должны прикончить монстра, а не дать ему залечь на дно.
Щупальца принялись с тихим гудением всасывать в себя зелёную слизь — каждый маленький кусочек, каждую каплю. Лицо твари раскрыло человеческий рот, и оттуда — вместе с истерическим, болезненным воплем — вырвался столб такого же зелёного дыма, уходящий куда-то вверх.
— Бл*, бл*, бл*, — забормотал Кирилл. — Тоха… я даже от тебя такого не ждал.
— Изменить внешнюю оболочку — ерунда, — довольно отозвался целитель. — Изменить внутренние органы — вот что по-настоящему сложно! Он поглощает пузырьки — только и именно их — и перерабатывает при помощи…
— Бл*, бл*, ЗАТКНИСЬ!!!! — не выдержал Кирилл. — Ни слова больше!
Антон молча пожал плечами.
…всё было кончено уже через пять минут. Валькирии — видимо, слишком поражённые зрелищем — куда-то слиняли, так что путь был совершенно свободен.
— Скоро подойдут другие отряды, — Алина оторвалась от рации. — Они уже близко. Ты…
— Да, да, сейчас, — почти с оскорблённым видом Антон начал снова «играть на невидимом рояле». — Само собой, я его так не оставлю.
Плоть уменьшалась, исчезала, игнорируя законы физики — и через пару минут на месте титанического монстра из плоти сидел обычный человек, молодой, совершенно голый и с отсутствующим выражением на лице.
— Что с ним теперь? — осторожно спросил командир. Судя по заляпанным ботинкам, в какой-то момент от всё-таки проблевался; Алина не могла его винить.
— Оставьте его тут, пусть заберут, — посоветовала Алина. — Для него война закончена.
— Это точно, — кивнул Антон. — И оружия ему в руки не давайте — прошлый тип, с которым я так сделал, застрелился меньше, чем через день.
Тот, кто ещё недавно был кроненберговской тварью, обнял колени и медленно, ритмично раскачивался из стороны в сторону, что-то тихо бормоча. На его лице теперь было выражение абсолютного безумия.
— Ладно! — Антон отряхнул ладони. — Здесь моя работа успешно и эффективно выполнена. Итак, кто хочет сказать мне «спасибо»?
Глава 14 — Сомнения
[Нет.]
Голос Владыки был сух и непреклонен.
«А я говорю, да!» — взвился Олег. — «Я не могу просто сидеть и смотреть, как умирают люди. Не Искатели, не мои враги или даже просто те, кто знал, на что идёт, а обычные мирные люди».
[Можешь, потому что если ты сделаешь что-то другое — это навредит, прежде всего, самому тебе. Что тебе в этом неясно?]
«А оставаться тут и ничего не делать — это мне не навредит? В кого я тогда превращусь?»
[В того, кто поступает правильно ради дела.]
«Это ты называешь правильным?!»
Наверное, Влада можно было понять — для него смерть мирных людей не больше, чем гибель десятка муравьёв на дороге, раздавленных грузовиком. Нельзя же из-за насекомых запрещать движение машин! Но Олёг всё это воспринимал иначе.