Даруя Смерть (СИ)

Воины Ширай Рю охотно принялись за еду. Они торопливо жевали пресное мясо, чтобы можно было поскорее послушать дальше историю Кенши. Однако сам мечник не торопился с поеданием птицы. Осколки Сенто продолжали кружить над его головой, и только бордовая рукоять меча застыла в воздухе на одном месте.
— А что было дальше? — не выдержал наконец один из воинов.
— Я очнулся спустя три-четыре часа, — продолжил Кенши. — Прислушался к бесчисленным шумам вокруг и понял, что нахожусь глубоко под землей, в просторном сыром помещении, из которого не было выхода. Меня окружала дюжина бойцов Красного Дракона. Я лежал на холодном каменном полу, не имевший сил даже для того, чтобы встать. Сенто со мной не было, и я отчаянно пытался призвать его. Я понимал, что мне не выбраться из этого помещения — его гранитные стены были не менее трех ярдов толщиной, как и пол с потолком.
Неожиданно я ощутил, как неподалеку возник быстрый и мощный поток энергии — догадаться было нетрудно, что это портал. Через секунду передо мной уже стоял Дэйгон. Впервые он находился ко мне так близко, и впервые я почувствовал силу его мечей, неизменно свисавших с пояса. Это были очень древние и могущественные чары, не из нашего мира. И хотя снаружи эти мечи были совершенно одинаковые, я чувствовал, что один из них… не принадлежал Дэйгону. Этот меч был создан для кого-то другого, в чьих жилах течет та же кровь. Предполагаю, что у Дэйгона есть брат… Или, вероятнее всего, был.
Я продолжал призывать Сенто. К счастью, Дэйгон не торопился убивать меня. Он злорадствовал и бил меня ногами, не переставая трепаться о том, как сильно он меня ненавидит — это было мне на руку. В какой-то момент я услышал вдалеке приближающийся голос предков. Я бросил все свои силы на то, чтобы призвать их, но тут Дэйгон схватился за меч. До моих ушей донесся свист рассекаемого воздуха, а я настолько сконцентрировался на вызове Сенто, что не мог даже увернуться. Но когда клинок было в дюйме от моего горла, мне пришлось перенаправить силы на то, чтобы остановить его. Моего телекинеза едва хватало на то, чтобы оставаться на грани — Дэйгон изо всех сил пытался прижать клинок к моему горлу, а я еле сдерживал его натиск…
И тут я вспомнил про второй меч, не принадлежавший Дэйгону, который остался висеть на его поясе. Видимо, мысль о спасении прибавила мне сил. Я отбросил Дэйгона ударом ноги, быстро поднялся с земли и выхватил второй клинок с его пояса. Бандиты тут же направили на меня стволы своих оружий, но Дэйгон завопил: «Нет! Он мой!»
Мы сцепились мечами. Несколько минут ни я, ни он не могли уступить друг другу. Сил на тот момент у Дэйгона было больше, но он был зол и рассеян — видимо из-за того, что я отобрал его драгоценное оружие. Однако вскоре я ощутил, что Сенто не может найти меня. Мне пришлось бросить часть сил, чтобы снова позвать его — и тогда Дэйгон начал одолевать меня. В какой-то момент он ранил меня в плечо, а затем выбил из рук меч. Я был уже зажат в углу, но чувствовал, что предки все ближе и ближе, поэтому продолжал звать их, даже не сопротивляясь Дэйгону. И когда тот занес уже свой клинок… Сенто наконец-то появился в моей руке. Я подставил свой меч под его атаку… но я даже не мог представить, чем это обернется. Сенто выдержал удар, однако я почувствовал, как мельчайшие трещины ломаными линиями помчались по клинку. Вне себя от ярости, я вознес меч над головой — Дэйгон отпрянул назад, и до меня донесся слабый запах его страха. Я хотел разрубить напополам его голову вместе с туловищем, но он успел подставить свой клинок…
Я услышал звон осколков Сенто, падающих на каменный пол. Ощутил рукоять, оставшуюся в моей руке. Почувствовал злорадную улыбку Дэйгона, который при этом что-то твердил, но я его не слышал — в моих ушах продолжал стоять звон. Как вдруг я уловил нечто странное — связь с Сенто не прервалась. Я опустил голову и буквально увидел осколки клинка, горящие невыносимо ярким красным светом. Мой оппонент тоже это заметил, и улыбка его сразу испарилась.
Не осознавая полностью, что нужно делать, я направил на Дэйгона рукоять Сенто — осколки молниеносно оторвались от земли и снова собрались в лезвие. Трещины никуда не исчезли — из них вырывался все тот же красный огонь. Тогда я ощутил будто за моей спиной находилась целая армия древних воинов. Я взмахнул клинком — и они бросились в бой вместо меня. Они в миг убили бандитов, которые пытались отстреливаться, но их пули не могли навредить духам. Только Дэйгон сопротивлялся — своими мечами он рубил духов, которые рассыпались в черный прах, но через секунду вновь из него возрождались. Тем не менее Дэйгон сумел отступить — он убежал через портал, одарив меня гневным взглядом в последний момент.
Теперь мне нужно было убираться оттуда. Духи помогли мне и в этом. Они окружили меня со всех сторон, после чего я увидел, как мое тело загорелось красным пламенем, которое не причиняло боли.
Через мгновение духи исчезли вместе с огнем. Они перенесли меня в ту самую деревушку в Гималаях. Я вновь почувствовал себя бессильным, а тело опять завопило от боли. В этот раз я все же решился обратиться к местным… Вот и вся история.
Закончив говорить, Кенши сжал руку в кулак — осколки Сенто, порхающие над ним, молниеносно сложились в клинок. Воины Ширай Рю завороженно разглядывали серебристый меч, из-под трещин которого вырывался яркий красный огонь.
— А что с тем, кто напал на вас в самом начале истории? — спросил вдруг один из воинов. — Вы узнали, кто это был?
— Да, — ответил Кенши. — Сам я не смог опознать его, как ни старался. Тело напавшего было сильно изуродовано. Но когда местные жители рассказали, что видели гигантского монстра с четырьмя забинтованными культями вместо рук, я понял, что это был Горо.
— Ничего себе… — изумился другой воин. — Он ведь был чемпионом Внешнего Мира в Смертельной Битве. Вы знаете, кто лишил его рук?
— Да, — кивнул Кенши. — Это сделал Коталь Кан, нынешний император Внешнего Мира.
— Ого! А Вы отомстили Горо за его нападение?
— Нет. Я не считаю, что стоило…
Кенши вдруг замолчал. Он резко поднялся на ноги и внимательно прислушался к чему-то недосягаемому для ушей остальных.
— Что такое, отец? — спросил встревоженный Такеда.
— В небе что-то движется, — тихо отозвался Кенши. — С юго-запада. Нечто очень быстрое, но не самолет. Мчится точно в нашу сторону.
Одна и та же мысль пришла в головы отцу и сыну.
— Бегите все в лес, живо! — крикнул Такеда воинам.
Но было уже поздно — до слуха остальных донеслось злобное шипение ракеты, которое становилось все громче с каждым мгновением.
— Держитесь возле меня! — скомандовал Кенши. Он поднял руку с мечом, вокруг которого появилось голубоватое свечение.
Через мгновение раздался оглушительный взрыв — огненное цунами с головой накрыло воинов, однако не смогло им навредить из-за силового поля Сенто. Клубы пламени метались вдоль невидимого купола словно разъяренные волки, тщетно пытаясь добраться до испуганно глазеющих юношей.
— Берегитесь! — воскликнул Кенши.
Спустя мгновение еще три мощных взрыва сотрясли землю — воины едва смогли удержаться на ногах. Упав на одно колено, мечник схватился второй рукой за конец клинка и резко поднял Сенто высоко вверх — силовое поле засияло ярким голубым светом, после чего в мгновение вспыхнуло и исчезло, забрав с собой пламя, порожденное бомбами.
Обессилевший Кенши рухнул на землю. Такеда бросился ему на помощь — он приподнял тело отца и приложил свою ладонь к его лбу, чтобы понять, находится ли тот в сознании.
— Красный Дракон… — слабо произнес вдруг Кенши. — Они окружили нас… Должно быть, их больше полсотни.
Такеда поднял голову и осмотрелся, но не увидел поблизости никого кроме воинов Ширай Рю, которые также глядели по сторонам, взявшись за оружие.
— Я никого не вижу, — сказал взволнованный Такеда.
«Используй остальные чувства» — мысленно ответил ему Кенши.
Такеда приложил два пальца к виску. Его взгляд упал на одного из воинов Ширай Рю, далеко отошедшего от остальных — сжимая меч в руках, он медленно крался в сторону леса и нервно озирался по сторонам. Такеда зажмурился на секунду — когда он открыл глаза, то увидел напротив воина темную фигуру в маске, возникшую словно из ниоткуда.