Вратарь 2 (СИ)

– Втроем против всего Палладиума? – поинтересовалась Рис.
– Вдвоем. Я биться за вас не подписывался, – вставил свое веское слово Джагг. – Показать все показал. Дальше вы уж сами.
– Трус!
– Дура!
– Не ругайтесь. Уж что-что, а боевой мощи у нас будет достаточно.
  
Глава 20
 
Самые сложные вещи обычно решались наиболее простым и незатейливым образом. Стоило лишь знать одну из переменных нерешаемого, на первый взгляд, уравнения. Я вот знал.
К примеру, перемещение большого числа смертных требовало от Вратаря внушительного использования пыли. И только. Но это для существ с идеальной оболочкой. Для смертных само перемещение оказывалось сродни попытке поставить олимпийский рекорд по бегу на длинные расстоянии в состоянии похмелья. А если дело касалось еще и транспортировки себе подобных, то обладателю Сердца необходимо было время, чтобы прийти в более-менее адекватное состояние. Иначе артефакт, который он использовал для путешествий, разорвал бы его хрупкое тело на части.
Отсюда вытекал один простой вывод – сразу после убийства пленников палы сюда не вернутся. Соответственно, у нас есть время подготовить засаду. Уже полдела. Осталось еще кое-что. Та самая боевая мощь, о которой я говорил. Потому что Джагг и правда не хотел рисковать своими роскошными большими ушами. Я его понимаю. Таких вторых локаторов во всей Вселенной не сыскать. Благо, был у меня небольшой летучий отряд на запасном пути.
Возвращение в Ядро оказалось волнительным. Потому что главная моя задача состояла в том, чтобы непутевого Седьмого не заметили. Благо, из «настоящих» Вратарей в трущобы к отступникам никто не совался. Поэтому шансы на успех были довольно высоки.
Я мгновенно пробежал глазами по головам Братьев, отыскивая нужного. Мне пришлось переместиться сюда одному, чтобы сэкономить пыль, поэтому требовалось торопиться. Непонятно, чего там устроят эти двое, пока меня нет. К счастью, Балор был здесь, среди своих. Он выделялся могучей фигурой и тем, что единственный травил какие-то байки. А остальные его слушали. Где это видано, чтобы Вратари попросту трепали языком от нечего делать? Нет, отступники если и станут своими, то очень не скоро.
– Балор! – негромко позвал я.
Голос Вратаря стих, и я почувствовал на себе взгляды более трех десятков глаз. Но странное дело, мне нравилось их внимание. Никакой тревоги я не ощущал, скорее наоборот, точно каждый из смотрящих на меня придавал сил.
– Мой друг, – поднялся бывший инструктор на ноги.
Друг? Надо же. Раньше мы были Братьями. При последнем слове в голове встал образ странного человека. Небритого, увешанного желтым драгоценным металлом и обутого в кожаную обувь на босу ногу. Только вот наличие такого Брата меня бы точно не радовало. Ну что ж, друг так друг. Надеюсь, резать себе оболочку и клясться на пыли будет не обязательно.
– Мне нужна помощь. Твоя и Братьев.
– Все, что угодно.
Вот я совершенно в этом не сомневался. Приди Седьмой с подобным предложением к Хмуру, началось бы – мне надо спросить разрешения у Старших, повисите на трубочке, ваш звонок очень важен для нас. И прочее, прочее. А тут даже напротив. Как только отступники узнали, что кому-то из смертных, которые вдобавок владеют Сердцем, придется проводить пластические операции в полевых условиях, так сразу вскочили на ноги. Пришлось потратить еще немного времени для обсуждения наших действий. И, конечно же, я опять стал главным в этой бандитско-вратарской кодле. Ох, надеюсь все же, что кристаллов в Палладиуме будет много. Иначе Старшие меня прибьют.
– Ни хрена себе, – сказал кирдец как только я вместе с отступниками появился в Эзекеле. Так, и Рис, и Джагг живы и невредимы. Замечательно.
Жуки, кстати, сбились в ряды, чтобы выразить свой восхищенный испуг, ну, и вообще все остальные почести. Я похлопал ближайшего посланника по хитиновой голове и довольные эзекельцы разбрелись по своим делам. Хорошо хоть очередных жертвоприношений не стали устраивать.
А Вратари, меж тем, начали действовать. Обладающие не очень редкой, но, как мне казалось раньше, бесполезной способностью Карнавал, выдвинулись вперед. Там они превратились в тех же жуков, что сновали поблизости. Лишь я остался не задействован с данной способностью. Мне предстояло вести в атаку основные силы.
Эзекельцы никак не отреагировали на появление собственных клонов. Видимо, своих они чувствовали. А на дела Богов, пусть и очень странные, внимание решили не обращать.
А «жуки» близ Палладиума разбрелись по окрестностям. Но таким образом, чтобы сразу броситься в атаку, как только вернутся смертные и ворота откроются. Остальная, я бы сказал, основная часть Вратарей, укрылась в поселении эзекельцев. Так далеко, что их не было видно. Так далеко, что группе Балора придется определенное время выстоять, пока мы пробьемся к ним.
И теперь все плато, кроме разве что настоящих эзекельцев, замерло в напряженном ожидании. Я же, чтобы не дергаться понапрасну, залез в настройки. Там меня ждали пять очков распределения с последнего повышения, до которых я так и не добрался. Так, вот две ветки умений, идущие от Кредита.
Зарница – урон, произведенный любыми заклинаниями электричества увеличен на 50%. Стоимость изучения – 6 очков распределения. 
Феникс – урон, произведенный любыми заклинаниями огня увеличен на 50%. Стоимость изучения – 6 очков распределения. 
Вот ведь. Было бы у меня нужное количество очков, так сразу бы выбрал Зарницу. Или Феникса. Или все-таки Зарницу? В общем, Система милостиво избавила меня от подобных мук. Поэтому я стал смотреть, что приготовила Агония.
Чутье – способность распознать самого опасного противника. Стоимость изучения – 4 очка распределения. 
Крепкая шкура – увеличение сопротивляемости оболочки физическим повреждениям на 20% при каждой последующей инициации. Стоимость изучения – 4 очка распределения. 
Про каждую последующую – это вообще смешно. Мне казалось, что в своей карьерной лестнице я взобрался на высшую ступеньку, а тут еще Система издевается. Но в любом случае, двадцать процентов намного лучше, чем ничего. 
Хотя раз уж на дальнейшие Инициации я не рассчитывал, то рука потянулась к Чутью. Дернулась на мгновенье. У меня и так возник небывалый перекос в умениях над заклинаниями и способностями. Подумал немного, а почему бы, собственно, и нет? На Болид все равно до сих пор не хватало, а способности пока не особо вдохновляли. Либо я вложился не в ту ветку развития. Итак, решено, Чутье.
Я не сразу обратил внимание на невнятное бормотание. Только когда определился с новым умением, стал возвращаться в реальность. И понял – говорила Рис.
– Прости, что?
– Очень странно, – лицо девушки было белым, как полотно, – я ничего не вижу.
Джагг зачем-то помахал перед глазами Рис выставленным средним пальцем, за что сразу получил ногой под колено. Стал материться по-кирдски, благо, девушка его не понимала, но попыток спровоцировать Ищущую больше не повторял.
– Что ты не видишь? – спросил я.
– Ни одну линию из возможного будущего. Будто я снова обычная Ищущая.
– Ну и ладно. Так справимся.
– Ты не понимаешь, – испуганно смотрела на меня она. – Так не должно быть. Что-то происходит, что я объяснить не могу.
Ее тело внезапно свело судорогой. Очень уж знакомой. А следом и сама Рис вытянулась в струну, запрокинув голову. Твою налево. Сейчас-то что случилось? Керрикон уже готов к использованию и все началось? Хреново, если так.
– Это чего с ней такое? – бормотал позади меня Джагг. – Не заразно все это, а, Седьмой?
– Помолчи! – резко оборвал я его. Бережно прижал к себе девушку, мышцы которой точно одеревенели, и стал гладить по голове, как в тот раз. – Рис, ну же, Рис, возвращайся. Даша, блин.
На меня нахлынули странные чувства. Тоска по утраченному вместе с невозможностью добиться желаемого. Будто кто-то или что-то постоянно ускользало от меня. И я даже понял это. Но просто не мог описать словами. Моя эмоциональная сущность, которая после инициации, казалось, спряталась глубоко внутрь, сейчас обострилась. Рука на голове Рис подрагивала, хотя я совершенно рационально понимал – причин для тремора нет никаких.