Дневник замужней женщины

к концу недели двое брюк и шесть рубашек опять брошены в корзину для грязного белья. Шею чаще с мылом мой. Я больше не хочу по утрам гладить рубашки, на которых ты ерзал вечером перед телевизором. Мне, дай бог, успеть завтрак приготовить, детей в детсад и в школу отвести и не опоздать на работу.
– Вечно у тебя надуманные проблемы. Я очень аккуратный, я чистюля.
– Аккуратный, когда есть нянька. Попробуй хоть одну неделю сам за собой поухаживать. Я не прошу тебя домашние дела выполнять. Ты с ними без опыта и при желании не справишься, а без желания тем более. Ты же пока три тарелки вымоешь, все нервы мне своим нытьем вымотаешь. Я только хочу, чтобы ты убирал вещи в шкаф и тем берег мое время, которое я могла бы посвятить детям. Я слышала по телевизору слова одной влиятельной в политике женщины: «Работа работой, но нет ничего сложнее материнства». Сам испытать трудности чисто женских забот ты не можешь, так хотя бы поверь женщине, которая наверняка умнее нас с тобою, и прими их к сведению.
В ответ услышала крик, истерику. Прошу: «Не пережимай педаль» и закрываю дверь в комнату детей. Терплю полчаса, час… Не выдерживаю:
– Неумением вести себя человек демонстрирует не свое превосходство, а слабость. Разве ты ни на что, кроме как на ругань не способен? Это вопрос без вопросительного знака? Мне кажется, чем меньше человек думает, тем больше он кричит. Хотелось бы, чтобы в нашей семье было наоборот. Если тебя не научили в детстве сдержанности и аккуратности, так теперь пытайся наверстать. Никогда не поздно, – сержусь я. – Разве я от тебя много требую? Ношеное и чистое белье не смешивай, на разные «плечики» вешай.
Приписка. «Всю жизнь приучаю Митю к порядку. Некоторые положительные сдвиги, конечно, есть, но и теперь еще муж по-прежнему забывает, что вчера надевал чистую рубашку и, не задумываясь, берет другую. А если я делаю ему замечание, он выбирает самую заношенную и назло мне ходит в ней до тех пор, пока воротник не станет черным. Знает, что подобная демонстрация меня как плохой хозяйки, мне не нравится. А сколько лет потребовалось на то, чтобы научить его обувь ставить на место? Ой, неправду говорю. Понаблюдала, проанализировала поведение мужа. Умеет, не забывает он, ленится».
*
Вырвалась, наконец, с Митей на рыбалку. В автобусе одни мужчины. Чувствую общее настроение – угрюмое недовольство. Я буду мешать их рыбацким разговорам приправленным ненормативной лексикой? Очень важная причина, чтобы лишать себя воскресного загородного отдыха! Спокойно с улыбкой здороваюсь и шучу: «Можете выражаться как угодно, думаю, открытий в этой области знаний не сделаю». Мне не трудно быть доброжелательной, это мой характер. Сажусь на единственно свободное место у входной двери.
Автобус тронулся, и я сразу поняла, почему его никто не занял – в вентиляционную щель ледяной воздух врывался под мощным напором. Я попросила мужа закрыть вытяжку. Он отказался, мол, мужикам душно. «Кому душно, пусть сядет под аэродинамическую трубу, – тихо предложила я. – Или давай с тобой поменяемся местами. (Ради себя он уж точно закроет вентиляцию!) Ты же утверждал, что вас, рыбаков, «сопли греют», а я могу простудиться». Муж небрежно отказался, мол, мне здесь удобнее сидеть. «Почему он так себя ведет? Показывает коллегам, что наказывает меня, за то, что я навязалась ему на рыбалку против его желания? А с той женщиной-профоргом он так же поступает? Она из их организации, а я – нет. Но это не повод игнорировать меня».
Я растерялась. Мне стыдно и обидно. Один парень накрыл меня своей рыбацкой курткой. Она немного согревала. Мощная струя холодного утреннего воздуха громко шуршала, ударяясь, о брезентовую преграду, а я сидела, мерзла и рассуждала: «Ну, что мой муж эгоист, тут все понятно, а остальные мужчины? Только один внимательный нашелся? Но тоже место не уступил. Солидарен с остальными? Ему неудобно? Раз Митя не позаботился, почему он должен? Муж безразличным поведением выразил свое недовольство моим вторжением в мужскую компанию? А когда с их профоргом ездили, я этого не замечала. Заставить мужа проявить заботу можно только скандалом. Прилюдно неприлично устраивать семейные разборки. Только не это. Я могла бы присесть на краешек сиденья возле любого из мужчин. Неловко. Как будто провоцирую уступить место. Сесть на пол, на холодные ступеньки? Туда тоже сечет ледяной воздух. Не ко двору я им, инородное тело».
Два часа пути прошли в переживаниях. Мужчины почему-то тоже молчали. «Народ безмолвствует!» Размышляли? На себя примеряли ситуацию? Меня кляли? Может, просто дремали. Время раннее».
Вышли из автобуса. Я сразу неважно себя почувствовала. Как дохлая рыба валялась на берегу. Не до рыбалки. Закуталась в чужие куртки и молила Всевышнего позволить мне не разболеться всерьез. Мужчины вернулись в автобус злые. Рыбалка у них не задалась. Водитель пошутил: «На этот раз вы как добрый талисман не сработали». Из автобуса меня в буквальном смысле выносили. У меня был сильный жар. Ноги не держали.
Врач, услышав причину болезни возмутился: «Беречь жену надо. Скажите спасибо ее крепкому организму. А если бы парализовало? У вас вон маленькие бегают». «Никто ее на рыбалку за руку не тащил», – рассердился муж. Он не скрывал своего раздражения. Врач сочувственно взглянул на меня, но промолчал. Понял, что бесполезно вещать.
Приписка: «Много раз судьба сводила меня с этим внимательным доктором. Он научил меня отличать приступы невралгии и хондроза от сердечных. И когда меня «прихватывало», я уже не волновалась, что оставлю детей сиротами».
Еще одна, более поздняя приписка. «Меня посетил тот самый врач со «скорой». Теперь он, как и я, седой и усталый, но все такой же доброжелательный. Как мне хочется верить, что ему повезло с женой и вообще в жизни!»
Кира по-своему отреагировала на рассказ Зои. Она подумала: «Сколько лет хожу с мужем на рыбалку, но до сих пор не могу спокойно снимать рыбу с крючка. Щемит под сердцем».
Я стараюсь быть внимательной ко всякой интересной малости в Мите. Не знаю, от доброты ли, от сочувствия ли это во мне? Он же ничего вокруг не замечает, если это конкретно не касается его самого. Первые годы я была полностью ему подчинена.