Ни сегодня, ни завтра, никогда! (СИ)
Вздох облегчения пронесся над лесами, и Бессмертные заликовали! А волк, шумно выдохнув, завалился на бок. Лациф, тяжело дыша, лежал на земле. Народ напугано его облепил.
— Что с тобой!?
— Чертов дебаф, — пробормотал он.
Часть спины могучего волка начала рассыпаться, а под этим серым полыхающим пеплом еле виднелась синяя плоть безликого.
— Ты что помираешь!? — в ужасе заорал Верммут. — А ну не смей!
— Системное ядро так просто не убить да, — хмыкнул Лациф, устало прикрывая глаза.
Он призвал из инвентаря бутылек с красной жидкостью, но не смог переоблачиться, и тот рухнул рядом на землю.
Растерянные божьи слуги еще блуждали в тумане, но вот они увидели происходящее и загремел новый боевой клич. Однако посреди этих голосов Лациф разобрал еще один. Надрывный незнакомый крик помогал ему: «Глава, они еще не все в гильдии!»
— Умрите, — прошептал король и закрыл глаза.
Одним махом рухнули почти все слуги. Осталась стоять лишь кучка эльфов, что тут же кинулась прочь.
Галиш узрел среди них Первого, зло осклабился и погнал его, как борзая гонит лисицу, желая не просто доставить ее хозяину, но прежде перекусить все четыре лапы и вгрызться в глотку до горячей алой крови.
«Догнать!» — взревел Лиур и кинулся следом.
Верммут и остальные были полностью поглощены королем. Торопливо поднимая с земли бутылек, дрожащими руками Эрик пытался откупорить крышку, но та, как назло, не поддавалась.
— Напоить? Тебя этим напоить? — бормотал он, все пытаясь открыть баночку.
Но Лациф уже не слушал. Сознание медленно улетучивалось. Он словно летел куда-то. Надо же как давно он не испытывал этого ощущения. Ни темно — ни светло. Ни тепло — ни холодно. Только спокойствие и умиротворение. Только тишина, царящая вокруг.
Верммут трясущимися руками наконец открыл чертов бутылек и залил всю жидкость волку в пасть, но тот не реагировал. Земля начала дрожать, мелкая дрожь наполняла мир хаосом, а сердца созданий ужасом.
— Да быть не может, — прошептал Верммут, глядя на песчинки, в которые превращалась спина короля.
Бетти безумно глядела на бессознательного брата и не могла поверить в происходящее:
— Что же я натворила!?
— Живой! — заорал Мирга. — Глава живой!
Король смотрел невидящим взглядом, а, тем временем, его спина, исходясь красными потоками зелья, заживала и скрывала под собой синеву безликого.
— Братик! — кинулась к нему Бетти.
— Тише, тише. Все нормально, — тяжело пробормотал он, приходя в себя.
Верммут и Галиш помогли ему подняться. Дебаф пропал и зелье тоже.
— Ты все использовал? — горько посмотрел Лациф на Верммута.
Тот кивнул.
— Дети?
— Все целы.
«Гаут, Венера, проводите их в замок», — вставая на собственные ноги, сказал Лациф
Гаут явился тут же, обвив его запястье, а вот дева не пришла.
— Венера?
Все огляделись в поисках рубиноокой. Девушка лежала неподалёку. Поза ее была слишком неестественной. Рука выгнута под странным углом, нога изломана в нескольких местах, а часть ее невесомого тела уже рассыпалась.
— НЕТ! — взревел Верммут и, как безумный, кинулся к ней. — Нет, нет, нет! Милая! Нельзя! Ты же божество! Не умирай! Лациф! — заорал он. — Лациф спаси ее!
Король подошел и присел перед Венерой. Он сразу все понял.
«Так вот почему щиты спали. Они ранили тебя, — Лациф бережно коснулся рукой ее красных волос. — Все кости переломала, глупая, — мысленно прошептал он. — Почему не позвала?»
— Что ты делаешь?! — кричал Верммут, тормоша его. — Спаси ее!
— У меня больше нет зелья, — обречённо покачал головой Лациф, глядя в ее алые очи, похожие на чистейшие рубины, в глубине которых затаился огонь.
Она поглядела на него, поглядела на Эрика:
«Я сделала все правильно. Я обещала защищать…Я защитила».
Пламя в ее очах погасло и в руках остался только пепел.
Верммут смотрел на свои ладони, с которых ссыпались серые мерцающие песчинки и молчал. Он пытался что-то сказать, пытался, но не мог. Слова застревали в горле, мысли путались. Эльф безумно посмотрел на короля:
— Она умерла?
Лациф молча глядел на него.
— Моя Венера! — закричал он. — Она умерла?
— Эрик.
— Скажи мне! Моя Венера умерла?!
Лациф позволил ему покричать, дал время на истерику и на злые слезы, дал время на проклятия и ненавистный крик, а потом заглянул в его ярко-синие глаза и тихо прошептал:
— Поспи, дружок.
Эрик бессознательно рухнул в его руках.
— Отведите его в спальню. Мариэнна пусть присмотрит за Тумом. А вы отведите детей домой. И чтобы ни шагу из замка! — процедил Лациф, глядя на Бетти и Лору. — Гаут, присмотри за ними, — открыл он портал.
Санька, наконец, придя в себя, бросился к отцу.
— Все хорошо, мужик, — обнял Лациф сына. — Ты просто молодец! Вы все невероятные молодцы! И ты! — потрепал он напуганного Тума по белой макушке. — Не бойся с папой все хорошо. Он просто устал.
Тот кивнул, хотя его дрожащая нижняя губа и одеревеневшие от страха ноги сказали все за него.
Женщины торопливо повели детей через портал, а Лациф повернулся к синекожему эльфу с длинной седой косой за спиной. Это он кричал о гильдии, и он единственный, кто остался стоять на месте, когда остальные Темные побежали.
Мирга и Дард приготовились атаковать.
— Почему помог мне?
— Потому что вы, глава, помогали мне, — ответил тот.
Они внимательно смотрели друг на друга.
— Как мы впервые встретились лицом к лицу?
Темный некоторое время молчал, а потом стыдливо улыбнулся.
— Я приставал к вашей королеве. Я хотел позвать ее на свидание, — договорил он уже с широкой улыбкой, видя, как улыбается его король.
— А я все думал, почему ты не возвращаешься домой!
Словно отец и сын они пошли друг другу навстречу и крепко обнялись.
Наместники, не понимая, переглянулись.
— Я не мог, глава! У меня не получалось! Только подходил к воротам, сразу обстрел. А уж сколько раз меня хватала эта зеленая стенка так и не сосчитать. Я кричал, но меня не слышали, а если слышали, то не верили. А потом я случайно услышал про эту облаву. За сутки 22 уровня поднял, лишь бы прийти, и еще я убил одного из стражников Карна, потому как мне нужна была гильдейская принадлежность. Я знал, что как только ты поймёшь, всех нас уложишь.
— Я сглупил, — разочарованно хмыкнул король.
— Ты не можешь видеть всего. Поэтому тебе и нужны мы.
— Ты и подсказал.
Стояли они, улыбаясь друг другу, как два идиота.
— Прости, что все так вышло, — виновато проговорил Майк.
— Тебе не у меня надо прощения просить.
— Лов? Она здесь? С ней все хорошо?
— Все в порядке. Ждет тебя каждый божий день на крыльце.
— Правда?
— Чистая правда, — грустно улыбнулся Лациф. Ребята, поздоровайтесь с нашим Олдером, — усмехнулся король, поглядев на Миргу и Дардион, что убрали оружие в захваты.
У чародейки чуть челюсть не отпала от неожиданности.
— Как? Кардамон?
— Да быть не может! — радостно обнял его Мирга. — Как ты так? Да еще и Темный!?
— Позже все обсудим. А сейчас пойдем. Все тебя заждались.
— Это, глава, а можно? — нерешительно указал Кардамон на надпись над своей головой.
Лациф улыбнулся и, коснувшись плеча эльфа, изменил его гильдейскую принадлежность и вернул звание генерала.
— А теперь пошлите.
Майк с ребятами шагнули в портал, а король на секунду задержался. Обернулся, поглядел на поле боя и на серый пепел, что мерцал посреди поляны своим неповторимым рубиновым светом. Взглянул на звездное небо и прошептал: «Простите меня».
Галиш гнал Первого, не позволяя ему скастовать возвращение. Свиток он тоже не мог использовать потому как убийца разнес его миной вместе с половиной хитов эльфа. Наконец, он нагнал лучника и, прыгнув ему на спину, воткнул кинжал в шею. Резкий рывок и широкая колея разделила на две части мясо на спине Первого. Тот заорал и упал на землю.