Ни сегодня, ни завтра, никогда! (СИ)

Драка была в самом разгаре. Демон обвивал, подобно змее нежное сияющее оперение птицы, оставляя на ней черные следы ожогов. Та вилась под ним, громко кричала, словно звала на помощь и умоляла о скорой смерти.
«Вот в чем плюс моей бестелесности! Меня не убить, глупая тварь!» — слышал Лациф его азартный крик в своей голове.
Он усмехнулся и впился во второе крыло телота, что приземлился на спину. Тот сипло захрипел и торопливо, переворачиваясь, попятился от него. Взгляд птицы был таким живым и напуганным, что Лациф на секунду растерялся.
Серебряный умоляюще глядел. Над ним зависла когтистая волчья лапа, но Лациф не торопился пускать ее в ход. Волк очень медленно и осторожно, внимательно глядя на телота, опустил лапу, и птица склонила голову в знак благодарности, как вдруг ее словно толкнули сзади, и она в отчаянии, смотря прямо на него, будто моля о прощении, бросилась на Лацифа. Тот успел только распахнуть пасть, защищаясь. Секунда, и шея захрустела промеж его клыков. Птица рухнула на камни и глазами полными скорби уставилась на короля. Неприятная тяжесть новой расправы легла на его плечи.
«Да что же ты такое?»
Он обратился гомокулом и присел над все еще дышащим телотом. Осторожно коснулся пернатой головы и провел рукой по сияющему длинному изогнутому клюву. Птица попыталась поднять голову, но у нее не вышло и, издав последний болезненный вздох, ее полоса жизни потухла.
— Что тут творится?
«Какого ты там сидишь!?» — услышал он вдруг рев Гаута в своей голове.
Лациф поднялся. Аккуратно вытащил копье из клюва телота и побежал к демону, краем глаза смотря на замок.
Телот несся на лаву, а та струилась вдоль его тела, оставляя все новые и новые раны, однако птица как сумасшедшая продолжала кидаться на свою смерть.
«Может не убивать? Может попытаться поговорить? Разобраться с этим?» — думал король на ходу.
Но как только телот засек его, тут же сменил цель и кинулся на гомокула. Лациф метнул копье:
— Гаут!
Демон взвился и, обмотавшись вокруг золотого пера, прорезал птицу огненным лезвием напополам. Та закричала и полетела вниз, напоследок глянув на Лацифа своими полными ужаса и страха глазами.
«Сдохла, наконец!» — рявкнул демон, оборачиваясь вокруг запястья короля.
А он, не отрываясь, смотрел в сторону замка. Там, на помосте стояла хранительница и также внимательно смотрела на него.
— Пойдем, Гаут. Ничего не вышло. Договориться мирно не удастся.
«Смотрю огорчился, что не смог меня сбагрить», — фыркнул демон.
— Я же сказал, никому я тебя не отдам. Я даже рад, что не пришлось заморачиваться со всем этим. Однако, насколько она уверена в РИЯ, что предпочла отказаться от моего предложения. Я надеялся, что ненависть и страх к тебе заставят ее сглупить.
— А что ей я, — хмыкнул Гаут, — теперь в Цивитасе есть демон пострашнее, которого она явно и ненавидит, и побаивается больше меня.
Лациф уставился на него, а тот захохотал.
«У тебя талант заводить себе доброжелателей!»
— И не говори, — усмехнулся король и снова глянул на помост, но там уже никого не было.
  
Глава 2
 
— Ну что будешь делать завтра? — один из стражников Дороса, облокотился на стену сторожевой башни и глянул на своего напарника.
Тот пожал плечами, раскладывая карты на столе.
Солнце уже зашло, и теперь на темном небе восходила холодная серебряная луна.
— Завтра день рождение у Бруни. Я купил ей подарок, схожу подарю.
— Она ж тебя терпеть не может, — хмыкнул стражник, поглядев на друга, но тот отмахнулся.
— Избыток не убыток.
— Ну, тоже верно. А я завтра хочу к брату заглянуть, но только после обеда. Хочется отдохнуть, развеяться. Потрачу немного кровных.
— На очередной хлам, — усмехнулся стражник за столом.
— Ой ой ой! — погримасничал второй. В дверь постучали, и парень широко улыбнулся. — А вот и смена пришла, — пошел он к дверям. — Высплюсь сего…
 
По его горлу прошелся кинжал, лезвие которого мерцало белизной. Кровь багровым потоком хлынула и окропила серый пепел, оставшийся на полу.
— Эй, Сэл, ты… — но и этот стражник упал замертво, получив клинок в живот.
«Теперь расходимся. Никого не оставлять, убивать всех. За каждого сотого Создатель даст по сто тысяч, так что не теряйте времени даром», — скомандовал человек в плаще, лицо которого было скрыто капюшоном.
Семеро неизвестных в серых одеждах разбежались по городу, исчезнув под пеленой невидимости.
Майкл сидел в приемной банка. Он уже написал заявление об отказе на дом и оплатил неустойку, выданную ему Доссом под личную ответственность самого короля в виде раритетного арбалета, который он продал на игровом рынке. И теперь, чувствовал себя не только беспомощным, но еще и обузой, висящей на шее Лацифа. Однако, несущееся время подгоняло его и не давало возможности остановиться или задуматься.
Наконец, строго одетая работница банка вышла к нему и подала бумаги об отказе на покупку дома.
— Все документы готовы. Я распорядилась об расторжении договоренности с арендодателем, можете ни о чем не волноваться. Надеемся и в дальнейшем видеть вас клиентом нашего банка.
— Да, — подскочил Майк и пожал протянутую ему руку, — да, спасибо. Благодарю, — нервно закивал он, и спрятав документы в карман пиджака, торопливо отправился на работу.
Марко отчего-то сегодня был особенно злым. На лице просвечивали жилы, на вопросы отвечал сквозь зубы, да и вообще вел себя крайне неблагоразумно. Отправил почти всех парней на какую-то непонятную тусовку звезд, а Майка и еще девятерых затащил к себе в кабинет.
— Так, насчет встречи. Она уже через четыре дня. Дату перенесли, так что жду всех как штык. О времени и месте сообщу лично по приезде на работу.
— А, я не смогу присутствовать, — поднял руку Майк и встал. — Мне срочно нужно уехать, вот, — положил он на стол конверт с наличностью, — возвращаю аванс.
Заядлый вояка с морщинами на смуглом лице вытаращил глаза на Майка:
— Чего ты там сказал?
— Я сказал, что не…
— Я слышал, — заорал итальянец. — С каких хренов ты мне это заявляешь сейчас? Списки уже поданы, ты не можешь отказаться!
Майкл внимательно уставился на своего руководителя.
— Меня не будет. Даже в городе.
— Да мне плевать! Ты уже назначен, и никто не даст мне тебя поменять. Деньги ты получил, так что у тебя нет вариантов.
— Марко, ты чего? — Майк и до этого был информирован, что в этом деле нет ничего хорошего, но теперь убедился наверняка. — Я же сказал, не могу. Да не бывает таких встреч, где нельзя заменить охранника, не президента же мы будем охранять.
— Человека куда могущественнее, — прошипел Марко. — Он со всех нас шкуру спустит, если ты сейчас в зад пятки давать начнешь.
— Да я правда не могу! — Майк пошел к двери. — Уж извини.
— А ну стой!
— Я сказал не могу, — отрезал Майкл и хлопнул дверью.
Марко догнал его уже в коридоре:
— Слушай, пацан, давай договоримся, ну зачем нам с тобой лишние проблемы. Сходишь на последнюю встречу, огребешь втройне и свободен.
— В том-то и дело! Что на последнюю я не могу! — повысил голос Майк.
Глаза итальянца удивленно распахнулись и он, скривившись, процедил:
— Что тебе известно, сучонок?
Парень, ощущая угрозу, попятился к выходу. Уснувшие рефлексы ожили и подсказали, что пора делать ноги.
— Ничего, кроме того, что человек важный.
— Тогда, что это значит? Вдруг резко отказываешься от больших денег, говоришь какую-то ерунду про поездку? — пробормотал Марко. — Дурачком прикидываешься? Что тебе известно? — заорал он, прижав Майкла к стене и придушив локтем шею. — Ну?
 
— Да ничего я не знаю, — пытаясь освободиться, просипел парень и, наконец, вырвался из цепких лап итальянца. — Оставь меня в покое, я деньги вернул, я тебе больше ничего не должен!