Подруги в поиске (СИ)

— Ирочка, вы очень устали?
— Нет, — соврала я, хотя буквально валилась с ног.
— Вы не могли бы немного погулять со мной, я хочу подышать воздухом?
— Конечно, — согласилась я, и мы медленно побрели с ней, продолжая говорить на её наболевшую тему.
— Мне страшно встречаться с родителями Даши. Ведь и для моей невестки рождение чернокожего ребёнка было тоже сильным потрясением, как и для Сергея. Неизвестно, как это восприняли её родители, друзья, знакомые. Вот вы можете себе представить, что ни с того, ни с сего у вас рождается такой ребёнок?
— Нет, не могу.
— А мой сын оставил свою жену, молоденькую, ничего не понимающую, наедине с этим потрясением. Как ей всё это пережить? Ведь я тоже была в её положении, когда Джон отказался от нас с Серёжей. Но мне было проще, Сережа родился со светлой кожей.
На глазах женщины появились слёзы, она опустила голову и замолчала.
— Нина Васильевна, — обратилась я к ней, — сейчас у всех есть мобильные телефоны. Наверняка он есть и у Сергея. Позвоните ему.
— Сотовый есть у него, но он давно не отвечает. Я много раз за день пытаюсь ему дозвониться.
Немного погодя ожил её мобильный телефон. Она посмотрела на дисплей:
— Да, дорогой, — включила она связь.
Потом немного послушала голос из мобильного:
— Ну, конечно, домашний телефон тебе не ответит, я же в гостях у Антонины.
Мужской голос продолжал что-то говорить. Она вдруг повернулась ко мне и, как ни в чём не бывало, выдала в мою сторону:
— Тонечка, тебе привет и наилучшие пожелания от Виктора.
Затем выдержала небольшую паузу и проговорила:
— Тебе Тоня желает того же.
Гостья пообщалась с мужчиной ещё минут пять и попрощалась.
— Простите меня за этот спектакль, — извинилась она, когда разговор прекратился. — Мой муж работает в российском посольстве одной европейской страны. Прежде я тоже трудилась в нём вместе с супругом, но, достигнув пенсионного возраста, попросилась в отставку. Трудиться стало тяжело, возраст берёт своё. Я по-прежнему проживаю с Виктором в той стране.
И тут мне на память пришло моё первое впечатление об этой женщине. Выходит, я не ошиблась. Её выправка, манера держаться и говорить — результат её дипломатической деятельности. Недаром говорят, что первое впечатление о человеке — самое правильное.
— Когда последний раз я поговорила с сыном, — продолжила свой рассказ Нина Васильевна, — то поняла, что надо срочно лететь сюда, чтобы расставить всё по своим местам. Не решившись рассказать правду Виктору, я вылетела в Москву под предлогом, что очень соскучилась по столице, по родным и хочу посетить нужных мне врачей. На всякий случай сообщила, что, возможно, полечу повидаться с сыном. Но пока пусть он думает, что я нахожусь в Москве в гостях у Антонины. Он не смог дозвониться на домашний телефон московской квартиры.
Проснувшись утром, я первым делом вручила Нине Васильевне комплект ключей от моего жилища. Из дома мы вышли вместе, я отвезла её на автовокзал, а затем отправилась на работу. Не успела я доехать до студии телевидения, как мне позвонили и сообщили о взрыве дома на одной из улиц города. Операторы уже выехали туда, и мне предстояло немедленно прибыть на место трагедии, чтобы сделать срочный репортаж. Как правило, такие события освещаются по телевидению в течение всего дня, а иногда и нескольких суток.
  
Глава 2
 
Нина Васильевна купила билет на нужный автобус, села у окна в удобное мягкое кресло и задумалась. Она не заметила, как автобус тронулся и уже проехал какое-то расстояние. От мыслей её отвлёк тревожный ропот пассажиров в салоне, вой сирен пожарных машин, МЧС и скорой помощи. Из пятиэтажного дома, стоящего у дороги, валил чёрный густой дым. Автобус прижался к обочине и остановился, пропуская спецтранспорт. Она посмотрела в окно. На противоположной стороне улицы увидела другой автобус с надписью «Телевидение». Рядом с ним, держа микрофон в руке, стояла я и быстро наговаривала информацию на камеру, указывая другой рукой на горящий дом. Оператор повернул камеру в сторону дома, и Нина Васильевна машинально перевела взгляд туда же. На жилом здании отсутствовала часть стены, обвалились перекрытия и лестничные марши. Ужас сковал всё её тело. Автобус тронулся и поехал дальше, а она ещё долго не могла прийти в себя от увиденного. Примерно через полчаса автобус выехал за пределы города, и за его окном стали мелькать различные пейзажи, сменяя друг друга. Примерно через час водитель объявил её остановку. Нина Васильевна вышла, огляделась по сторонам. На обочине дороги стоял указатель со стрелочкой, подсказывающий, в каком направлении надо пройти ещё двести метров до нужного ей села. Женщина зашагала по дороге. Вскоре за полосой леса появились дома. Она шла, не зная, куда и, к кому обратиться. Из калитки ветхого дома вышла старенькая бабушка с палочкой в руке и опустилась на скамейку рядом с забором. Нина Васильевна подошла к ней, поздоровалась и, вспомнив девичью фамилию снохи, спросила:
— Вы не скажете, где живут Пчелинцевы?
Та пошамкала что-то беззубым ртом:
— А зачем вам они?
Я их родственница и приехала к ним в гости.
— А кем вы им доводитесь?
— Я — Дашина свекровь.
Бабушка сперва недоверчиво посмотрела на неё, а затем показала на дом палкой:
— Вон их дом, только они его продали месяц назад и уехали незнамо куда.
— И что, никто-никто не знает, куда они уехали?
— Никто, — поднялась она, кряхтя, и потопала к калитке.
Нина Васильевна направилась к бывшему дому Пчелинцевых. Он показался ей высоким, добротным, большим. Дворовая территория вокруг — ухоженной, аккуратной с выкрашенным забором. Во дворе всё было сделано с большой любовью. Нина Васильевна постучала в калитку. На пороге появилась женщина лет сорока. Незваная гостья поздоровалась с ней и сообщила:
— Я ищу Пчелинцевых. Это их дом?
— Был их, а теперь наш. Мы купили его у них месяц назад.
— А вы, случайно, не знаете, где они сейчас живут?
— Нет, нам это не известно.
Нина Васильевна вырвала из блокнота листок, написала на нём номер своего мобильного телефона и следующие слова:
— Дашенька, я знаю, что ты ни в чём не виновата. Это в нашем роду могут рождаться чернокожие люди. Серёжа об этом не знал. Прости нас, если можешь, и позвони мне по этому телефону. Твоя свекровь — Нина Васильевна.
Она отдала эту записку новой хозяйке дома и попросила передать её Даше, если появится такая возможность.
С тяжёлым осадком на душе от неудачной поездки, женщина вернулась на остановку. Следующий автобус должен был подойти только через полтора часа. Сидя на грязной скамейке, она думала о том, что это была последняя надежда найти сноху и внука. А как найти сына, она вообще себе не представляла. Вернувшись домой, моя обессиленная гостья упала на кровать и пролежала, не шевелясь, несколько часов. Я позвонила ей поздно вечером и уговорила поужинать без меня, так как мне ещё долго не удастся вернуться домой. Через несколько минут после моего звонка Нина Васильевна взяла пульт и включила телевизор. На местном канале я уже вела репортаж о разрушенном взрывом доме:
— По предварительным данным в одной из квартир произошёл взрыв бытового газа. Три человека погибли. Пятеро человек извлечены из-под завалов живыми, в том числе один грудной ребёнок. Все они направлены в центральную городскую больницу. Служба МЧС продолжает разбирать завалы, в надежде обнаружить живыми жильцов дома, заявленных родственниками пропавшими. К счастью, большинство жителей дома успели утром уйти на работу, а детей отвести в дошкольные учреждения. Многие в это время года проживают на дачах. Некоторых граждан, чьи квартиры оказались разрушенными, приютили у себя родственники и знакомые. Тех, кому некуда было идти, разместили в фойе рядом стоящей школы. Они получили раскладушки и постельные принадлежности. Всем пострадавшим оказана первая материальная помощь, выданы талоны на питание в столовой. Граждан, желающих помочь людям, пострадавшим от взрыва дома, просим обращаться в районную администрацию. Там организован приёмный пункт гуманитарной помощи.