Ветер перемен (СИ)

— Что бы ты хотела узнать? — Лиара аккуратно взглянула на нее из-под ресниц.
Она уже почти не боялась Черного Ветра, хоть иногда и вздрагивала от ее колких замечаний или насмешек. По сравнению с обществом Тваугебира, рядом с Радой было тихо и спокойно, и почти не страшно. Эта женщина была надежной как утес и теплой, будто первый день лета, и Лиаре казалось, что ничто в этом мире не смогло бы сломать или сдвинуть ее с места. Вот бы и мне однажды стать такой. Бесстрашной и смеющейся, как весенний ручеек, пробивающий себе дорогу сквозь равнодушные голубоватые льды и завалы снега. От этих мыслей стало неловко, и она отвела глаза, тоже подтягивая к груди колени, словно это могло спрятать ее.
Рада некоторое время молчала, потом осторожно взглянула на нее.
— Как ты?.. Ты же не помнишь ничего из своего детства. Так как ты тогда смогла не потерять этого своего чутья, о котором говоришь? Ведь тебя никто не учил все это время… — Рада запнулась, нахмурив брови и отвернувшись. Лиара чувствовала ее неловкость, как перепуганного ежа, растопырившего колючки во все стороны.
— Не знаю, — честно пожала она плечами, глядя в огонь. В его середине танцевали алые блики, а изогнутые, никогда не повторяющиеся языки превращались то в женские фигуры, то в длинноперых птиц, то в диковинных рыб, выбрасывающих к небу фонтаны лавы. — Я действительно не помню ничего до того момента, как оказалась в приюте. Но во мне всегда жило… что-то. Как чей-то тихий шепот, голос где-то за спиной, может, легкое прикосновение. И я научилась слушать его, чувствовать его, когда он становится особенно громким.
— Это не слишком-то помогло! — усмехнулась Рада, и в тенях под ее глазами Лиаре почудилась горечь. Неловко дернув плечом, Рада пояснила: — Просто… вы сегодня почувствовали врага, а я нет. Вот я и подумала, может, можно как-то этому научиться? Я ведь тоже эльф, значит, и во мне это тоже есть.
— Ты хочешь научиться? — Лиара удивленно взглянула на нее, широко распахнув глаза.
Невольная радость золотыми нитями засияла внутри. Эта женщина, так странно непохожая на всех встреченных ею ранее, несла в себе первозданную силу. Это чувствовалось даже на расстоянии, даже со стороны, словно мощь перекатывалась под ее кожей алыми волнами, грозя в любой миг вырваться наружу. Вот и сейчас Лиаре на миг почудился толчок энергии, словно ребенок, спящий глубоко в груди Рады и сделавший свое первое движение, ткнувший ножкой материнскую утробу, пробуя свою силу и просыпаясь от предначального сна.
Видимо, в голосе ее все-таки что-то проскользнуло, потому что Рада сразу же как-то стушевалась и безразлично пожала плечами:
— Ну, я подумала, а почему бы и нет? Если это есть во мне, значит, можно это как-то развить. Я же как-то научилась бегать быстрее всех, обращаться с мечом, хорошо стрелять… Тут, наверное, то же самое, да?
— И да, и нет, — Лиара говорила осторожно, подбирая слова. Рада сейчас чувствовалась настороженным диковатым псом, который сделал первый маленький шажок навстречу протянутой руке, навострив уши и внимательно наблюдая, в любой миг ожидая подвоха или неверного движения, чтобы сразу же сорваться с места и сбежать. А ей почему-то очень не хотелось, чтобы эта женщина сбегала. Очень. — Когда ты учишь тело — это просто. Чтобы быстро бегать, тебе нужно бегать как можно больше, приучая тело выдерживать нагрузки. Чтобы сражаться мечом, тебе нужно учить комбинации и удары до тех пор, пока тело не привыкнет к ним и не начнет само повторять их, уже без участия твоей головы, так?
— Так, — кивнула Рада. Лиара приободрилась и продолжила.
— В этом развитие дара очень схоже с развитием тела. Но есть и различия. Чтобы научить тело бежать, тебе нужно приказать ему бежать. Чтобы научиться чувствовать и использовать свои способности, нужно разрешить им использовать тебя.
— То есть как это? — нахмурилась сбитая с толку Рада, поворачиваясь и глядя на нее. — Как же я буду управлять способностями, если они при этом управляют мной?
— Ты и не будешь ими управлять. Тебе просто нужно позволить им работать через тебя, понимаешь? — вид у Рады стал еще более сконфуженным, и теперь она напоминала щенка, впервые в жизни увидевшего снег. Спрятав улыбку в тени ресниц, Лиара принялась объяснять: — Вот смотри. Если горный поток попадет в узкое ущелье, он же будет бурлить, станет шумным, сильным, понесется как бешеный, стиснутый камнем. А когда он разливается по равнине, то течет неспешно и медленно, почти что и не течет вовсе, так?
— Да, — согласилась Рада.
— И еще пример, — добавила Лиара. — Плотина на реке, перегораживающая течение. Вода может просачиваться сквозь нее очень медленно, по капле, тяжело и трудно. Но если эту плотину убрать, то она хлынет потоком.
— Ты думаешь, у меня где-то есть блок? — встрепенулась Черный Ветер, хмуря брови и часто моргая. — Как когда не можешь заставить себя прыгнуть с большой высоты?
Ну точно щенок. Очень нетерпеливый щенок. Лиара приказала себе не спешить и кивнула:
— Может быть, и есть. Но я тебе не столько о блоке говорю, сколько о другом. Ты должна стать широким руслом, чтобы поток смог пройти через тебя, понимаешь? Ты должна стать руслом реки, а не потоком. — Рада молча заморгала, глядя на нее, и Лиара попробовала еще раз. — Когда ты хочешь контролировать свой дар — ты пытаешься стать потоком и заставить его нестись вперед. Только поток зависит от русла и подчиняется его законам. Там, где узко, он будет бурным, там, где широко, мягким и спокойным. Русло контролирует реку, а не наоборот, Рада.
— Хорошо, боги с ним, с руслом, — нетерпеливо закивала та. — Ты мне лучше скажи, как мне врага-то почувствовать? Ты можешь мне это объяснить?
Лиара вновь удержала себя от того, чтобы тяжело вздохнуть. Рада была не из тех, кто слушает и дышит, а из тех, кто делает и борется. И работать с ней нужно было иначе. Наверное, все дело было в этой кипучей силе, что пылала в ее груди, бросая огненные отблески на дно темных зрачков. Ты попросила меня о помощи, и я помогу тебе. Точно так же, как ты когда-то помогла мне. Это все, чем я могу отблагодарить тебя за то, что ты сделала для меня. В груди стало тепло, и она улыбнулась, глядя в горящие нетерпением глаза Черного Ветра.
— Я могу тебя научить этому, но на это потребуется время. Как и с телом, когда ты училась управлять им. Ты согласишься дать мне время? Ты будешь учиться столько времени, сколько нужно будет для того, чтобы ты поняла?
— Ну не просто же так я тебя об этом попросила, — недовольно буркнула Рада. Потом, помолчав, добавила: — Только Алеору не говори. Иначе он меня окончательно изведет своими идиотскими шуточками.
— Хорошо, Рада, — как можно серьезнее ответила Лиара. — А теперь давай попробуем, согласна?
— Давай, — кивнула Черный Ветер и сразу же энергично спросила: — Что мне делать?
— Для начала ляг, так будет удобнее, — в ответ ей в синих глазах загорелся подозрительный огонек, и Лиара твердо добавила. — Ложись. Когда тело расслаблено, сознание гораздо легче ощутить.
— Ладно, — буркнула та, поднимаясь и раскатывая скатку одеяла, на которой сидела весь вечер.
Лиара пристроила свое одеяло поодаль от одеяла Черного Ветра и сама легла рядом. Рада долго укладывалась, ворча и заворачиваясь в свой плащ, чтобы было удобнее, передвигая под одеждой рукоятки спрятанных кинжалов, чтобы не мяли бока. Словно недовольный барсук в норе. Лиара позволила себе тихонько улыбнуться в бархатное небо, а потом, когда Рада рядом наконец-то ровно улеглась, заговорила:
— А теперь расслабься, все тело расслабь, каждую мышцу, начиная с пальцев ног и заканчивая головой. Если сложно, представь, что кто-то разминает их пальцами, одну за другой, и они распускаются, превращаются в желе…
— Ты это серьезно? — недоверчиво проговорила Рада, скосив на нее глаз.
— Серьезно, — кивнула Лиара. — Глаза закрой.
Рада подчинились, но лицо у нее было недовольное. Тихонько улыбнувшись под нос, Лиара продолжила: