Злодей не моего романа

 Он не ответил и опять углубился в чтение. Я отдышалась.
 — А кто это?
 — Клан.
 — Поэтому мне в деревья нельзя?
 — Да.
 — А у них своих домов нету?
 Рик вздохнул, встал с места, открыл штору, следом окно. В комнату проникли лесные запахи и звуки.
 — Вон, — прорычал хозяин довольно тихо, но впечатляюще. Вернулся на место. — Можешь идти.
 — Не-етушки, — протянула я. — Лучше тут побуду. С тобой как-то надежнее.
 Уселась на пол, опершись спиной о ножки его кресла, огляделась. Едва не присвистнула вслух от увиденного великолепия.
 Просторная, потрясающе отделанная и обставленная библиотека. Последний раз я такую в Эрмитаже видела. В небольших деревянных шкафах под стеклом стояли старые тома. Встала на четвереньки и выглянула из-за стола. По противоположной стене тянулась аккуратная винтовая лестница, ведущая на второй ярус библиотеки, где возвышались точно такие же шкафы с книгами.
 — Рик, а почему они на поляну не заходили?
 — Потому что это моя личная территория, я убью.
 — В смысле, совсем убьешь?
 Он промолчал.
 — И даже не спросишь? — не унималась я. — Но тот невежливый, что тапочки и кофе принес, ведь заходил.
 — Я приказал. Это исключение.
 Мне стало не по себе. Нет. Я не испугалась. Тут иное. Предупреждала же, что блаженная. Я вдруг отчетливо поняла, что хочу Рика. Вот прямо сидя возле его ног и осознала после слов: «Потому что это моя личная территория, я убью». Гормоны устроили пого-данс, а это уже далеко не африканские ритмы. С такими вещами не шутят. Я откашлялась и снова прижалась спиной к ножке его кресла.
 — А что ты там читаешь?
 — Сядь на диван, — недовольно огрызнулся хозяин.
 Я рысцой ускакала на указанный предмет мебели, развалившийся возле камина. Сняла балетки и забралась на него с ногами, выглянула из-за спинки на Рика.
 — Так что читаешь?
 Ответом мне была тишина. Я сморщилась, вздохнула, разместила подбородок на спинке поудобнее и стала наблюдать. Он сосредоточенно хмурил брови и изредка перелистывал плотные серые страницы. Я заворожено следила за работой мышц на идеальных руках, за движением пальцев, за белыми волосами, которые он то и дело тревожил пятерней. Мне подарили от силы минут двадцать созерцания. Он нервно захлопнул книгу, зажав пальцем место, где остановился, и уставился на меня.
 — Займи себя чем-нибудь.
 — Да мне не скучно, — я лучезарно улыбнулась.
 Рик зарычал, показав мне клыки. Я нырнула за спинку и зажмурилась. Мне почему-то не верилось, что он кинется. Не знаю. Не верилось — и все. Что-то такое скрывалось в его отношении ко мне. Может, и вправду интерес, как к комнатной обезьянке или зверьку неизвестной породы. Рык прекратился, возобновился шелест страниц. Я тяжко протяжно вздохнула, надела тапочки и пошла оглядывать книжные полки. Читать совсем не хотелось, но полистать старые книги было мечтой детства, чем я благополучно и занялась.
 Увлеченного действа не вышло. Белый панк то и дело отвлекал мое внимание. Я кидала на него осторожные взгляды из-под ресниц. На столе завибрировал мобильник. Он, не отвлекаясь от страниц, нажал громкую связь. В трубке раздался мужской низкий голос.
 — Можно?
 — Да, — холодно кинул Рик, отключил связь и убрал книгу в стол. Я бегом слетела по винтовой лестнице и прыгнула с ногами на диван, спрятавшись с головой за спинку. Мало ли кого в гости к панку судьба принесет? По ходу, в этой Трямляндии все вполне реально — и смерть тоже.
 — Эрик.
 Я осторожно высунула нос из-за подлокотника. От дверей медленно шел тот самый крендель с косой, что решил меня поманить себе на закуску в лес.
 — Я слушаю.
 — Твоя комнатная собака останется? — кивнул он в мою сторону.
 — Чего?! — от такого возмутительного обращения я моментально наплевала на страх и высунулась полностью. — Сам козел!
 — Молчать! — рявкнул панк. Я заткнулась, скрестила руки на груди, фыркнула и спряталась на место. — Так что? — обратился он к козлу. Удивительно, но собак осаждают точно так же. От этого сделалось совсем неприятно. Я пообещала себе, что если доживу, обязательно отпилю черную ухоженную косичку по самый затылок, а может и скальп сниму. А белому... а белый пока живет пусть, он мне нравится.
 — Она останется?
 — Да.
 — Стая повторно зашла на нашу территорию.