Злодей не моего романа

 Из уст моих снова вырвался поток брани. Пошарила повнимательнее. Все на месте, а вот романа нет. Тяжело вздохнула, перевела взгляд на небо и едва не поперхнулась. Большими золотыми буквами над моей невезучей макушкой красовалась надпись:
  
 «Елена растерянно оглядывала прохожих. В ее голове вертелись всего два вопроса: как она сюда попала и где искать помощи?».
  
 — Неправда! — совершенно искренне возмутилась я. — Вопросов больше, и второго среди них нет.
 — Девушка, Вам помочь? — бугай размером с платяной шкаф сально изучал мою фигурку. Я отрицательно мотнула головой, повторила разворот на сто восемьдесят и метнулась обратно в бар. Там подумать можно и алкоголь есть. Быть может, меня на улице по голове треснули, и я глюки ловлю на фоне черепно-мозговой травмы и случайного чтива про старого мальчика-гота?
 Не оглядываясь, проскользнула к барной стойке мимо толпы вдрызг пьянющих баб юного возраста, среди коих, кстати, и приметилась девица в кожаной куртке и красной юбке. Она равнодушно пялилась в окно и не шибко пила, в отличие от остальных.
 — Парень, ты отечественную валюту принимаешь? — отвлекла я бармена от пристального изучения моей персоны.
 — Чего? — не понял он.
 Я расположилась на высоком стуле.
 — Говорю, рубли за выпивку берешь?
 — Я все беру, милая.
 — Вот и круто. Дай-ка мне рома, солнышко.
 Парень рассмеялся, в два счета налил требуемое. Я же, учитывая стресс, в несколько глотков употребила выданное.
 — Еще.
 — Эй, леди, у Вас все в порядке?
 Точно. Ганстер-стори начала тридцатых. Где мафия?
 — Нет, малыш, у меня не все в порядке.
 — Проблемы с парнем?
 — У меня нет парня.
 — С работой?
 — Солнышко, если я скажу, Пыжикова напишет, что несчастная Елена попала в психушку.
 — Кто такая Пыжикова?
 — Создатель всего сущего!
 Бармен нахмурился и почесал лоб.
 — Бог, что ли?
 — Хуже. Романы женские пишет.
 — Позорное чтиво.
 — Да ладно!
 — Серьезно.
 — Бармен, долей еще, — я повернулась на глубокий завораживающий голос. Справа от меня восседал бледный гот-гурман. Ничего, кстати, мужик. Дохловат маленько и слащав как-то, но в остальном на главного героя потянет. Мысли опять прыгнули на «Камасутру». Ром еще не начал действовать, а у меня уже мысли не те — отсутствие второй половины в жизни сказывается. Парень меж тем долил готу красного, мне ром и отошел к другим посетителям.
 — Нравлюсь? — без предисловий выдал главный пыжиковский герой. Теперь заход не казался таким уж оригинальным.
 — Нет, — честно ответила я.
 Он развернулся ко мне всем корпусом, в глазах светилось удивление. Видно, такой ответ не в стиле девушек Инферно.
 — Лжешь.
 Я взвилась. Ничего себе хамло.
 — Страдаешь самообманом, — залпом осушила добавку и отвернулась к стойке. Разговаривать больше не хотелось. Не хочу показаться привередливой или грубой, но общаться с самодовольными козлами не в моем стиле. Неприязненно передернула плечами, отгоняя осадок от короткого противного диалога. Мысли вернулись к моему пагубному положению в сем книжном царстве. Вполне вероятно, само туловище сейчас где-то в машине скорой везут в больницу, а вот сознанием я тут, значит и проблемы надо решать, пока тут. Первый насущный вопрос...
 — Ты не врешь.
 Я подпрыгнула от неожиданности. Мальчик-гот склонился ко мне и проговорил это почти на ухо.
 — Ты смотри, какой догадливый.
 — Тоже пытаешься напиться? — улыбнулся он. Наверное, эта улыбка, по замыслу Дарьи, пробуждает в местных женщинах восхищение. Отрицательно покачала головой.
 Отрицательно покачала головой.
 — Пытаюсь решить свою проблему.
 — Что ж, тебе повезло, если твои проблемы можно решить.