Злодей не моего романа

 — Да что ж ты так орешь, — сонно протянула сестренка, благополучно все время поисков следователя продремавшая на плече мальчика-гота. Кажется, она временно свыклась со своим новым положением. — Кто такой Ленни?
 Ответом ей была тишина. Она пожала плечами и снова тихонечко засопела. Подозреваю в ее случае тот же стресс, что был и у меня первые сутки пребывания в этом чокнутом мире. Да. Сон на нервной почве — это у нас семейное.
 Всю дорогу до знакомого блохастого дома Рик сосредоточенно хмурился. Я не смотрела вперед, ибо неслись мы так, что смотреть было просто страшно. Я кожей ощущала, что мы мешаем Бесу гораздо сильнее, чем помогаем. Один он был бы быстрее и свободнее в маневрах. Я вздохнула, ухватилась за спинку сиденья на очередном повороте. Ремень безопасности жестко спружинил, удерживая тело на месте. Кожу на плече содрало. Я зашипела, вглядываясь в красный след в виде длинной полосы. Рик повернулся ко мне, в глазах мелькнул страх, скорость начала медленно падать.
 — Нет, нет, нет, — зашептала я. — Не надо. Глупость же!
 Пять минут спустя мы доехали до того самого частного сектора, где когда-то пострадали прежний «рено» и моя сумочка. Хищник вышел из машины, я выбежала следом. Оставаться одной, пусть даже рядом с Гришей и спящей Катенькой, как-то не хотелось. Пусть хотя бы ее защитит. Рик поймал меня в теплые объятия, развернул к тусклому лунному свету плечом, разглядел ранку и осторожно лизнул. Я наблюдала за склоненной светлой головой. Поднял меня на руки и одним прыжком перемахнул через забор. У меня только сердце в пятки провалилось и вернулось обратно.
 — Тихо больно, — шепнула еле слышно я, глядя на темное, не подающее никаких признаков жизни, строение. Рик поставил меня на землю, я тут же спряталась за его спину и ухватилась за руку.
 — Дом пустой, — лаконично изрек он. Мы зашли внутрь. Бес безошибочно ориентировался в темноте. Я бежала следом, стараясь ни на что не наткнуться. В довольно просторной комнате он остановился, огляделся. В смутных очертаниях я узнала гостиную. Освободился от моей руки, вынуждая ждать его на месте, подошел к шкафу, отодвинул и довольно усмехнулся.
 — Что?
 — Это от Кларка.
 Я подошла и склонилась к стене. Здоровыми темными буквами на светлых обоях красовалось слово. Прищурилась, силясь рассмотреть, наконец, в сердцах возмутилась.
 — Я слепая!
 Рик отодвинул меня в сторону и вернул увесистый предмет мебели на место.
 — Шрам.
 — Что?
 — Слово «шрам».
 Я кивнула, предпочла промолчать. Выясню значение сего опуса после. Настроение у Беса поднялось, а это значило, что все не так уж плохо. Он подхватил меня и донес до машины.
 — Я побродил. Тут тоже пусто. Вымерли все, что ли? — прошептал Гриша, стараясь не разбудить свое сокровище. — Катя возле участка еще рассказала про Лену и женщину с собачкой. Эрик, мало того, что, выходит, нас создали из-за нее и ради нее, — он кивнул в мою сторону. — Так еще и тут теперь какой-то ерунды натворили!
 Я выпрямилась и испуганно уставилась на Рика. Он создан для меня и ради меня. Я никогда не думала обо всем происходящем вот так, с такой точки зрения.
 Машина неслась по грунтовой дороге, мелькали темные дома, видимо когда-то принадлежащие членам стаи. Тонкие пальцы уверенно держали руль, ни один мускул на лице не дрогнул в реакции на Гришины слова. Рик молчал. Хрустящую галькой почву сменил асфальт оживленного перекрестка.
 — Ты меня слышал? — не унимался мальчик-гот. Я невидящим взором смотрела прямо перед собой. Почему-то стало подташнивать.
 — Заткнись, — холодно бросил Бес, опустил руку, нашел мои холодные пальцы, сжал их в руке, отогревая. Я откинулась на сиденье и закрыла глаза. Вот и ответ. И даже не один. Мой злодей на эту тему размышлял — раз. Ему было плевать — два. Захотелось свернуться калачиком у него под боком и заплакать. Недовольно отбросила проснувшуюся жалость к себе и сосредоточилась на происходящем.
 «Рено» остановился возле трех одинаковых высоток, количество этажей коих явно переваливало за двадцать. Рик повернулся к брату.
 — Обе на тебе. Что случится — убью, — окинул меня ласковым взглядом. — Я быстро.
 Согласно кивнула и подтянула колени к подбородку. Кажется, плохо не только Катюше. Муж ободряюще улыбнулся и исчез. Мы остались втроем. Я обернулась к капризному мальчику-готу. Я старшая. Пора бы уже взять на себя обязанности.
 — Георг, — впервые назвала его реальным именем. Мужчина напрягся. Глаза загорелись холодной решимостью. Чувствуешь, гад, что неспроста так обратилась! — Насчет Кати. Она самостоятельная девушка. Она — не я. Она любит свою свободу, наслаждается ей. И она сказала правду. Тот факт, что вы занимались сексом — не дает тебе никаких прав на нее.
 Он предупреждающе зарычал. Я вновь лицезрела идеальные со всех сторон клыки. У Рика мне нравятся больше. Вот опять эта странность — прямо не мужик, а собака возле полной еды миски.
 — То, что ты делаешь, имеет свое название — насилие, — тихо прошептала я. — Ты хочешь, чтобы она выбрала тебя сама или чтоб медленно начала ненавидеть?
 Георг дернулся. В глазах плескались боль и гнев. Я со смешанным чувством страха и интереса наблюдала за внутренней борьбой. Сейчас он не походил на человека. Мне выпал шанс оценить абсолютную правоту Беса: инстинкты поразительно сильны.