Окно напротив (СИ)

Филатов отпустил тело девушки и уставился на наставницу. Её явно что-то заинтересовало в этом трупе, но он пока не понимал, что именно. Марьяна Викторовна выглядела задумчивой и обеспокоенной.
- Буду у себя, - бросила она и удалилась.
Ей, и правда, было над чем задуматься.
Как она сознается, что знает убитую? Тогда придется рассказать полицейским, где она ее видела. И при каких обстоятельствах. Может, стоило бы позвонить бывшему мужу? Нет. От одной только мысли об этом по спине доктора Донских побежали противные мурашки. Сознаться ему было бы еще более унизительным.
***
Она пыталась прокрутить в голове все возможные варианты развития событий.
Если незнакомец в окне никак не связан с убийством гостившей у него блондинки, то он, должно быть, сильно волнуется, что она не выходит на связь. Стоит сходить и сообщить ему об этом?
Нет, она не сможет этого сделать. А если он – убийца? Тогда лучше всего рассказать напрямую следственным органам о том, что девушка была вчера у него в гостях. И при любом раскладе ей придется выдать своё новое гадкое увлечение с подглядыванием.
От таких перспектив Марьяну передернуло. Она бросила сумку на пол, содрала сапоги, не расстегивая, и избавилась от лохматой зеленой шубы. Ноги сами вели её к окну.
На улице смеркалось, закат угасал, диким пламенем охватывая горизонт. Свет в квартире незнакомца горел, но шторы не были задернуты.
Марьяна осторожно, чтобы не быть замеченной, подошла к окну сбоку и вгляделась в очертания фигур за стеклом. Их было две. Одна точно принадлежала бородатому незнакомцу, которого она временно именовала Мишей, а вторая, немного размытая, тоже почему-то казалась ей знакомой.
Вдруг сознание девушки словно покатилось кубарем вниз по лестнице. Она узнала норковую шубу и длинные стройные ноги посетительницы. На пороге его гостиной, в смущении склоняя голову, стояла Лиза, та самая соседка из квартиры напротив, которая частенько приглашала Марьяну к себе на чай. Стояла, прижимая сумку к груди, и кокетливо хихикала.
Глава 3
Лёнька Выхин был обычным неудачником. Серым, как и его квартира, в которой, что ни заденешь, всё рождало облака пыли.
Не обладая острым умом, он был лишен и всяческих талантов. Тяжело сходился с людьми, ему не везло ни с работой, ни с девушками, свободное время предпочитал проводить дома в обнимку с бутылкой пива, лёжа на диване. Жизнь казалась хоть сколько-то наполненной событиями, пока была жива мать, которая воспитала в одиночку мальчишку, выучила и продолжала заботиться о нем до самой своей смерти.
А последние два года он стал ощущать себя несчастным или даже неприкаянным. Эдаким бедным скитальцем. Лёнька и сам не заметил, как «жизнь – говно» вдруг стало его привычным девизом и любимым выражением.
В животе издевательски ухало. Желудок ходил ходуном.
Выхин прислонился к стене и скрипнул зубами. Может, у соседки есть чего пожрать? Всё равно тысячу лет назад обещал заглянуть, чтобы посмотреть, что там с ее компьютером.
Он, конечно же, не разбирался в технике, ни в какой. Абсолютно. Но не мог в этом сознаться в присутствии Лизы. Она ужасно ему нравилась. Дорогая, неприступная, такая уж точно не обратит внимания на скромного соседа. И ею он мог обладать лишь в самых смелых своих мечтах.
Девушка сама предложила ему зайти как-нибудь в свободное время, чтобы разобраться с мудреной техникой. Выхин помялся-помялся, да и согласился. И только после этого ему вдруг сообщили, что компьютер сломался не у нее, а у Марьяны. И отказываться-то было стыдно. Поэтому он всё тянул, делая вид, что занят.
Ленька нагнулся и убрал грязь с носков. Пыль лениво свисала и с ящика с обувью. Отыскав в нем красные тапки, он неторопливо напялил их и вышел в подъезд. Только возле двери в соседскую квартиру ему пришла в голову мысль о том, что нужно было хотя бы причесаться. После вчерашнего многочасового пребывания за баранкой старой «четырки» Выхин целый день отсыпался, и волосы его теперь напоминали безумный улей, растревоженный неожиданным, быстрым движением. А еще этот выхлоп. Смачная пивная отрыжка, то и дело рвущаяся наружу. Будь она не ладна.
А что? И так сойдет. Он был доволен собой. Для кого тут прихорашиваться? Может, еще и зубы почистить?
Лёньчик не воспринимал златокудрую докторшу, как потенциальную партнершу для секса и даже за глаза называл рыжухой. Конечно, если бы она намекнула, что не против, он вряд ли бы отказался нагнуть её разок, ведь у нее были сиськи. А живые, мягкие женские сиськи он не видал уже больше месяца.
Растерев меж ладоней смачный плевок, Выхин провел ими по башке, приглаживая непослушные пряди, и постучал.
- Привет, - почти сразу отозвалась хозяйка, выглянув из приоткрытой двери.
Марьяна выругалась про себя, озадаченная несвоевременным визитом соседа-бездельника, но всё же натянула на лицо подобие вежливой улыбки.
- Ты… это, - в нерешительности помялся Лёнька, - звала компьютер посмотреть.
Он опустил взгляд на её ноги и вдруг почувствовал, как в штанах нарастает возбуждение. От одной мысли о прикосновении его руки к прозрачным колготам соседки у него случился мощный стояк. Кровь пульсировала с неестественной силой. Лёнька мысленно поблагодарил широкую фланелевую рубашку за то, что она прикрывала собой его срам, и сменил позу.
- Блин, - вырвалось у девушки. И какого черта он приперся именно сейчас, когда она вдруг увидела закадычную соседку в гостях у мужчины в окне напротив? Его ведь звали почти три недели назад. Если пригласить войти, то она рискует пропустить всё самое интересное. – Может, в следующий раз? Я этим ноутбуком почти не пользуюсь. И… уже собиралась ложиться спать.
- Давай, тогда я возьму его с собой. Что ли. – Лёнька расстроенно улыбнулся, понимая, что визит к одинокой соседке накрывается медным тазом.
- Ну, заходи, - растерянно произнесла она и отошла вглубь коридора.
- А ты чего без света сидишь? – поинтересовался Выхин, оглядываясь вокруг и переступая через брошенные Марьяной второпях сапоги.
- Только пришла, - оправдалась девушка, собирая волосы в хвост.
Её не напрягал этот странный мужчина с тщедушным телосложением, любивший обычно перекинуться с ней парой ничего не значащих слов в лифте. Она, скорее, чувствовала брезгливость к его неопрятному облику. Массивный, почти необъятный лоб его обрамляли пряди, давно не знавших шампуня и склеенных между собой, волос. Из тонких, почти уродливых, напоминающих извивающихся червяков, губ обычно доносился зловонный дух вчерашнего перегара.
Марьяна не понимала, как молодой, в общем-то, и не самый страшный парнишка мог довести себя до такого состояния. В облике этого обрюзгшего выпивохи с трудом угадывался истинный возраст. Ей частенько хотелось намекнуть Лёньке, что если он отмоется и найдет себе приличную работу, то девушки станут смотреть на него не с отвращением, а с интересом. Но, по данному давно самой себе обещанию, девушка не давала кому-либо никаких советов и не читала нотаций, если только это не касалось работы. Поэтому приходилось молчать.