Мятежная королева

– Что-то не так?
Кива обернулась к Наари и, обнаружив, что та внимательно на нее смотрит, задала почти что бессмысленный вопрос:
– Здесь, да?
Люминиевые фонари отбрасывали тени на лицо Наари, но не скрывали ее озадаченного взгляда.
– Что здесь? Источник болезни? Мы же и пытаемся это выяснить, нет?
Кива покачала головой.
– Нет. Завтрашняя Ордалия. Ее здесь проводить будут?
Лучше предположений у нее не имелось, и теперь, когда Кива увидела это бесконечное подземное озеро, ее вдруг замутило.
Лицо Наари понимающе разгладилось. Она окинула водоем таким взглядом, будто впервые об этом задумалась.
– Я не знаю. – Кива не видела эмоций на своем лице, но когда Наари взглянула на нее, она тут же поспешно добавила: – Клянусь, Кива. Мне и про первые две Ордалии заранее ничего не было известно. Если бы я знала, что тебя завтра ждет, я бы сказала.
Она выглядела так искренне, что Кива мигом ей поверила. Несколько недель назад она бы не посмела даже задать подобный вопрос, но каким-то образом Наари сумела завоевать ее доверие. Если надзирательница сказала, что ничего не знает, значит, так оно и было.
Правда, Киве это ничем помочь не могло.
– Как тебе кажется, долго его переплывать? – Стараясь не упасть, Кива присела у кромки озера и набрала целую склянку воды.
– Честно признаться, даже думать об этом не хочу. – В голосе Наари, обычно твердом, послышалась дрожь. При взгляде на Киву надзирательница снова поспешила добавить: – Но уверена, если тебе и придется его переплывать, то много времени это не займет. И вода пресная, так что в ней никто не живет: ни морские чудовища, ни крокодилы, ни всякие там солоноводные гады.
О животных Кива до этого вообще не думала. Она отдернула руку от воды и молниеносно отползла назад, будто из озера вот-вот должна была выпрыгнуть огромная зубастая пасть.
– Ну зато вода питьевая, – попыталась исправиться Наари, поняв, что только лишний раз испугала Киву. – Не придется мучаться жаждой, если будешь несколько часов плыть.
– Мне от этого не легче, – безжизненно пресекла ее попытки Кива.
Под блаженное молчание надзирательницы Кива собрала оставшиеся образцы, и они вдвоем молча двинулись обратно по узкому проходу, затерявшись в своих мыслях. Кива со страхом размышляла о подземном водоеме и завтрашнем дне. Однако, сколько бы она ни терзалась, ответов так и не нашлось.
Дальше они собирались отправиться по большому проходу в тоннельный лабиринт и уже даже прошли мимо насосной станции до входной шахты, но у подножья лестниц их встретила Олишу.
– Я не знала, в какую стороны вы ушли, так что решила подождать вас здесь, – объяснила та, заламывая руки.
К горлу Кивы подступила паника, и все мысли об Ордалии мигом испарились.
– Что-то с Типпом? Ему снова плохо?
– О, нет, милая, с Типпом все хорошо.
– Живот опять заболел? – не слушала Кива. Она уже подошла к лестнице и потянулась к первым перекладинам, готовясь подняться наверх и кинуться в лазарет. – Температура вернулась?
– Кивонька, милая, – Олиша схватила ее за руку. – С Типпом все в порядке. Я пришла по поводу Тильды.
Киву накрыло волной облегчения, на смену которому тут же пришел ужас.
– У нее снова судороги? Она… С ней…
– Хорошо с ней все, хорошо, – спокойно прервала ее Олиша.
Кива в замешательстве выпустила перекладину лестницы и взглянула на Наари, которая, похоже, оторопела не меньше ее самой. Кива снова повернулась к Олише:
– Тогда зачем ты пришла?
– Потому что она проснулась. Тильда проснулась.
Кива запуталась еще больше.
– Она просыпается несколько раз в день. – Она примолкла. – Напоите ее бульоном, пока она не заснула. Ей надо больше пить.
– Нет, милая, ты не поняла, – нетерпеливо возразила Олиша, глядя Киве в глаза. – Тильда проснулась и пришла в сознание.
 
Глава двадцать шестая
Киве пришлось побороться с одышкой, пока они вместе с Наари и Олишей поднимались по лестничной шахте. Остальные образцы решено было собрать позднее.
Наконец, задыхаясь и обливаясь потом, с горящими от боли мышцами они выбрались на поверхность. Точнее, задыхались только Кива с Олишей. Наари представляла собой само воплощение физической подготовки и почти даже не запыхалась. Если бы Кива не торопилась в лазарет, она бы поинтересовалась у надзирательницы, как работает ее протез и как она умудряется так легко с ним управляться что на лестнице, где приходилось цепляться за перекладины, что во всех прочих ситуациях.
Не дав телу даже нескольких секунд передышки, Кива с Наари заспешили в лазарет, оставив позади Олишу. Та на последнем дыхании крикнула им, что догонит.
Кива не представляла, что найдет в лазарете, что она хочет там найти. К тому моменту, как они наконец дошли, голова у нее кружилась от забивавших ее мыслей, опасений и вопросов.
– Кива! Ты в-вернулась! – воскликнул Типп. Он сидел у койки Тильды и держал ее за руку.
Сердце у Кивы подпрыгнуло: женщина повернула к ним голову. Из-за слепоты, конечно, слегка не в ту сторону, но все же.
Сглотнув, Кива положила сумку с образцами с насосной станции и подземного водоема на лабораторный стол и обнаружила, что Нергал как сел с утра на стул, так с него и не сдвинулся.
– Можешь идти, – отпустила его Кива. – И Олише передай, она следом за нами из тоннелей шла.
Нергал встал и покинул лазарет так быстро, будто боялся, что Кива передумает. Но она не хотела, чтобы он при этом присутствовал. Как и Олиша. В идеале она бы и без Типпа с Наари обошлась: с пациенткой Кива предпочла бы пообщаться наедине. Но Типп уже тихо что-то ей объяснял, а Наари подходила к койке с таким настороженным выражением лица, что было ясно: она готова, если потребуется, в любой момент отразить очередное ничем не спровоцированное нападение Мятежной королевы. И хотя с того раза Тильду не отвязывали от койки, Наари явно не ожидала от нее ничего хорошего.
Стук сердца громом отдавался в ушах Кивы, пока она на деревянных ногах приближалась к койке. Она не знала, почему так нервничает. Хотя нет, неправда: причин было слишком много. По большей части Киву интересовало, помнит ли Тильда что-нибудь до того, как приехала в Залиндов. Знала ли она о записке от Кивиной сестры? Знала ли, что после записки Зулики Кива поставила на кон все, чтобы сохранить Тильде жизнь, и готова была рисковать и дальше? Знала ли, что ее мятежники пытались проникнуть за стену и спасти ее? И что им не удалось? Знала ли, есть ли у них запасной план? Или Кива зря надеялась?
Так много вопросов, и ни один из них Кива не могла задать в присутствии Типпа и Наари.