Сталки. Зима (СИ)
«Теперь у нас куда больше шансов, — успокоила себя Зелма. — Главное, чтобы мы удержали этих… революционеров… и чтобы Лина не появилась в самый неподходящий момент и не начала тут всё поджигать. И чтобы вражеский агент прямо сейчас не проявил своей разрушительной активности…»
* * *
Космос, несколько тысяч километров от спутника Сталкерры, в это же время.
— База, это Первый, мы подходим. Как слышите? Мы подходим… приём.
— Первый, слышу вас хорошо. Через минуту начинайте. Как поняли?
— Понял вас, База. Конец связи.
Лейтенант Зарубин отключил комм истребителя и чуть ближе подвинул кресло к приборной панели, держа одну руку на штурвале — было решено подходить к луне на ручном управлении, — а взглядом не отрываясь от системы управления бортовыми орудиями с правой стороны панели.
Он мысленно настроился на предстоящий бой — и теперь пребывал в некотором будоражащем волнении, чувствуя избыток сил и уверенности.
«Всё будет хорошо, — думал он. — Мы просто поутюжим из наших пушек поверхность спутника, а затем развернёмся и улетим обратно, на базу. И всё у нас будет отлично…»
Шесть истребителей парами «ведущий — ведомый»: Первый — Четвёртый, Второй — Пятый, Третий — Шестой, — на многократном варпе приближались к местной луне, и Зарубину было приятно осознавать, что он фактически находится на острие готовящейся атаки, как бы управляет ей здесь, вдали от Сталкерры, от загадочного капитана Валевской и подполковника Миронова.
«Двадцать секунд… пятнадцать… — чётко и быстро работал мозг лейтенанта. — Две тысячи километров до цели… полторы… тысяча… Пушки к бою… Полная готовность… Интересно, как там Корнеев?.. Пять секунд…»
Вдруг приборы отметили какое-то мимолётное скачковое изменение некоторых параметров — и в следующий миг истребитель Зарубина взорвался.
В следующую секунду такая же судьба постигла и машину Корнеева.
— Гравидеструктор! — крикнул в эфир Четвертый, ведомый Зарубина. — Все уходим!
Но больше ничего сделать не успел. Его истребитель тоже разлетелся на миллионы мелких обломков.
Третий, Пятый и Шестой развернули свои машины прочь от спутника и включили форсаж, но это их не спасло: невидимый луч гравидеструктора по очереди поразил оставшиеся кораблики.
Единственная федеральная космическая эскадрилья Сталкерры за несколько секунд прекратила своё существование.
* * *
Военная база Федерации, в это же время.
— Первый, это База, ответьте! Первый!.. Второй, это База, ответьте!.. Третий, Третий!.. О нет, неужели…
Миронов отшвырнул коммуникатор и закрыл ладонями лицо.
Это конец. Противник всё-таки смог уничтожить все шесть целей, оставив силы на Сталкерре без космической поддержки. Если там, на спутнике планеты, ещё что-нибудь предпримут, то он, Миронов, вряд ли — а точнее, вообще никак не сможет этому помешать.
Остается только ждать вестей из деревни — и молиться, чтобы хоть там федеральные силы смогут переломить ситуацию в свою пользу. Иначе…
Подполковник не хотел даже думать, что их всех ждёт в противном случае.
* * *
Кое-где, чуть позже.
— Отлично, — сказал он в коммуникатор, сидя за своим столом в полутёмной комнате. — Наши системы захвата целей сработали. Теперь федералы остались без истребителей, а значит, мы сможем диктовать свои условия противостояния. Судя по недавнему сообщению нашего агента, на планете события развиваются по запланированному сценарию, поэтому высылайте наши истребители и бомбардировщики, а также десантный челнок. Пора приступать к зачистке противников и спасению возможных союзников. Если понадобится, разрушьте Сталочную. И обязательно — лагерь экологов и военную базу. Остальным агентам пошлите пустые сообщения; они поймут, что делать. Включайте главные двигатели: переходу планеты в наши руки должны соответствовать эффектные декорации. Пусть наступит тьма, под покровом которой погибнут все наши враги, а остальные перейдут на нашу сторону! Да будет тьма!
* * *
Деревня Сталочная, в это же время.
— Вы окружены. Сдавайтесь, — ледяным тоном сказала Зелма «повстанцам». — Нас больше. Вам не победить. Если начнёте атаку, мы будем стрелять.
Кучка сталков, стоящих в центре, замолкла, но расходиться они пока не собирались. Просто стояли и ждали — неизвестно чего.
— Зор, Круз, приступайте, — произнесла разведчица. — Пора показать, кто здесь главный.
— Где Лина? Вы что-то от нас скрываете! — выкрикнул Омель, когда его схватил подошедший во главе своей группы велк Зор.
Остальные «нормальные» сталки также принялись хватать ближайших «повстанцев».
— Я здесь!!! — вдруг донёсся с другого берега чей-то звонкий крик, и все невольно повернулись туда.
На расчищенном для лагеря сменного отряда солдат месте сейчас стояла Лина — и смотрела на противоположный от неё берег затянутой льдом речки.
«Так вот куда она успела убежать!..» — подумала Зелма и открыла было рот, чтобы скомандовать «огонь на поражение», но «мятежная сталочка» уже начала действовать.
На велке Зоре, потащившем куда-то Омеля, внезапно загорелась одежда. Он завопил, отпустил подростка и принялся кататься по земле, чтобы сбить пламя.
На остальных — велках-предводителях, сталкерах, женщинах-сталках, прибывших на подмогу федералам, — также стали вспыхивать куртки, шапки, платки, повинуясь скользящему взгляду Лины.
Началась паника. Теперь сталков занимало не противодействие «повстанцам», а спасение собственных жизней.
А «повстанцы», судя по всему, решили воспользоваться неразберихой.
— Давай!!! А-а-а!!! — раздались в морозном воздухе их вопли, и они, размахивая своим оружием, бросились на солдат.
— Огонь, чёрт побери, огонь!!! — заорала Зелма, сообразив переключить микрофон на канал связи и выхватив из кобуры свой бластер; она оказалась сбоку от основной схватки, но могла в любую секунду быть в неё вовлечена. — По девчонке стреляйте!
Солдат, находившийся ближе всех к реке, выстрелил из плазменного ружья по Лине, но та уже бежала вдоль берега, и облако плазмы пролетело мимо. Выпущенный ионизированный высокотемпературный газ достиг деревьев на той стороне Сталки, и они загорелись.
Боец выстрелил ещё несколько раз, но последние заряды ушли в небо, потому что на него налетел и сбил с ног кто-то из «повстанцев», отобрав ружьё.
Остальные поступали так же. Сцеплялись с солдатами, те отбивались прикладами. У кого из бойцов отбирали оружие, тот вступал в рукопашную, чтобы отобрать ружьё обратно. Омеля, кинувшегося с ножом на солдата, ударили по голове; подросток упал, потеряв сознание, и его выкинули с «поля боя», чтобы не мешался под ногами.
«Нормальные» сталки в панике отступали в деревню. Велки и кто посмелее из сталкеров оставались на месте, но держались чуть поодаль, не решаясь забираться туда, откуда выбраться им было бы очень, очень трудно: на них-то, в отличие от бойцов, не было защитной экипировки, и удар мачетом в живот или рукояткой самопала по затылку вполне мог им навредить, с большой долей вероятности — необратимо. Правда, Зор, Круз и Нурс теперь держали самопалы — и стреляли в «повстанцев» щепками.
Восточная окраина Сталочной превратилась в общую свалку.
— На поражение! — с тяжёлым сердцем отдала приказ Зелма, подняла бластер, включила режим «хамелеона» — и вступила в бой, перешагнув через лежащего на снегу Омеля.
«Чёрт, Лина!.. — думала она, оглушая ближайшего мятежника рукояткой оружия по голове. — Там же экологи!.. Хотя домики синтепластовые и гореть вроде не должны… но плавиться?..»