Аромат апельсинов (ЛП)
— До сего момента никто не задерживался дольше пары месяцев. Поэтому не было необходимости.
— Ох! — уставилась я на неё. — Мы встречаемся лишь пару недель, и я уже получаю специальную обработку.
Она оглядела меня жёстким взглядом.
— Ты первая подружка, которой он разрешил находиться рядом с Чарли. Я несколько лет назад ему сказала, что не позволю, чтобы моему сыну докучали его временные шлюшки. И до сего момента он этого никогда не позволял.
От неожиданности я аж прикусила щёку с внутренней стороны и посочувствовала Кимми. Конечно, я не знала её мать, но много читала о ней на фанатских сайтах, да и Джонни делал намёки о детстве Кимми.
— У меня нет намерения, вклиниваться между Джонни и Чарли.
— Мой папенька в прошлом был мудаком, но, что касается моего ребёнка, я ему доверяю. Раз ты для него так важна, что он разрывается между тобой и Чарли, это что-то да значит, — она опять оглядела меня с ног до головы. — Вообще-то, ты не его обычный типаж.
Я засмеялась.
— Буду считать это комплиментом.
Кимми выдавила недовольную ухмылку.
— Именно это имелось в виду.
— Я не буду пытаться стать твоей мачехой.
Она закатила глаза.
— Будто ты это сможешь. И, пожалуйста, сделай одолжение, называй меня Ким.
Теперь мы обе рассмеялись, а из гостиной раздался ликующий вопль. Ким глянула в ту сторону, потом перевела взгляд на меня.
— Он обожает Чарли. На самом деле. Иногда я ревную, что мне не удалось сделать так, чтобы он меня любил больше, чем деда.
Она пожала плечами.
— Ну, я ведь взрослая женщина и справлюсь. Кроме того, когда Чарли с дедом, у меня хоть минутка покоя.
— Это я тоже понимаю.
Ким медленно кивнула.
— Теперь ты знаешь, во что вляпалась. Больше мне сказать нечего.
— Спасибо за предупреждение, — я так же в шутку закатила глаза. — Но я тоже взрослая женщина. Справлюсь.
После того, как я, так сказать, «разобралась» с Кимми, следующим препятствием в моих планах оказались мои родители. Конечно, пришлось рассказать маме, что мы с Джонни начали встречаться. Хотя она мне больше не названивала каждый день, как раньше, я ни в коем случае не могла скрывать от неё наши отношения. Да и причин для этого не было. Я знала, что разница в возрасте её совсем не радовала, но полагала, что самые большие трудности возникнут с папой, чтобы принять Джонни, как моего друга. По крайней мере, в силу возраста они могли бы стать приятелями.
Устроить ужин, показалось мне хорошей идеей. Я хотела продемонстрировать родителям новый дом, произвести впечатление своей независимостью и представить им моего нового друга, его дочь и внука. Всё в одном флаконе. Так же я пригласила Джен с её кавалером. «Теперь всё было официально!»
— И зачем я в это ввязалась? — я по локоть увязла в лазанье, на которую даже смотреть не хотелось, и в шоколадном пироге, осевшем в центре. — Это чистое безумие!
— Назвалась груздем, полезай в кузов, — заявил Джонни со своего стула в центре кухни. Он накладывал ложкой домашнее гуакамоле (прим. пер. — холодная закуска из пюре мякоти авокадо с добавлением помидоров, кинзы, сока лайма и других овощей и приправ) на тонкие кукурузные лепёшки, потом жадно проглотил одну, будто завтра они исчезнут.
— Очень смешно. А ты не думаешь, что твоя драгоценная Кимми поймёт, какой из меня отвратительный повар?
Джонни рассмеялся.
— Тебя заботит, что Кимми подумает о твоих кулинарных способностях? Она ведь придёт? Если бы ты ей не понравилась, она бы на твое приглашение ответила, куда сходить, и что там сделать. Это как раз в её стиле.
— Да. Она довольно прямолинейная, не так ли? — я вернула лазанью в духовку и вымыла руки.
Джонни подошёл ко мне со спины, обнял.
— А ты не думаешь, что я тоже нервничаю, как меня воспримут твои родители?
Я отодвинулась от него.
— Ты боишься, что мой папа может устроить тебе весёленькую жизнь?
— Думаю, мне придётся не сладко, — Джонни слегка куснул меня за ухо, отчего по спине побежали мурашки. — Чтобы сохранить спокойствие, имею в виду.
Я развернулась в его объятиях и тоже обняла.
— Папа в восторг не придёт, но моим родителям ты понравишься.
— Ты уверена?
Я поднялась на цыпочки, поцеловала его.
— Уверена. Они хорошие родители. Они хотят, чтобы я была счастлива. Это единственное, что для них имеет значение.
Джонни посмотрел мне в глаза.
— А ты счастлива?
— Счастлива? — я удивилась, что он задал такой вопрос. — Я безумно счастлива.
Он, вероятно, поцеловал бы меня ещё раз, если бы в этот момент не позвонили в дверь. Мы со смехом разорвали объятия, а когда я направилась к входной двери, Джонни шлёпнул меня ниже талии. Я бросила взгляд через плечо. Его присутствие в моей кухни казалось настолько естественным, что я позволила себе на несколько секунд задержать на нём взгляд. Восхитительно! И, прежде чем открыть дверь, я осознала, что такое счастье.
Первыми гостями оказались Джен и Джаред. Они принесли с собой буханку хрустящего итальянского хлеба и бутылку вина. Вскоре появились Кимми с Чарли. Они презентовали десерт и рисунок, который Чарли нарисовал специально для моего холодильника. Закреплённый рекламными магнитами службы доставки пиццы, он занял почётное место на дверце. Я поймала одобрительный взгляд Кимми, когда Чарли взял деда за руку и начал, как заведённый, рассказывать ему, как прошёл день.
Мои родители, нагруженные пакетами, пришли последними. Я затаила дыхание, когда Джонни отпустил руку Чарли, чтобы поприветствовать папу.
— Рад с вами познакомиться, — сильно вздрюченный Джонни не замечал ничего вокруг.
— Взаимно, — ответил папа.
Всё получилось.
Чарли вился вокруг моей мамы, а Кимми, по непонятным мне причинам, нашла общий язык с Джен и Джаредом. После первого бокала вина она совсем оттаяла. Папа и Джонни разговаривали о спорте и политике. Эти две темы легко могли привести к скандалу, но их мнения совпадали.
Лазанья выглядела не слишком привлекательно, но вкус имела фантастический. Теперь, когда все люди, занимавшие важное место в моей жизни, собрались за одним столом, я радовалась, что решилась на этот ужин.
Время от времени Джонни приобнимал меня за плечи, легонько прижимал к себе и держал за руку. Редкие, случайные прикосновения ясно давали понимать, что мы пара. И никого это не возмущало.
— Он очень милый, — мама пришла на кухню, где я перекладывала остатки лазаньи в контейнеры и замачивала форму для запекания. — Очень милый.
— Я знаю, мама. Джонни просто… супер, — она захихикала, я обернулась. — Что?
— Просто я никогда не видела, чтобы ты так сходила с ума от мужчины. Вот и всё.
Я пожала плечами.
— Он другой.
— Я вижу. О, послушай. Я тут кое-что принесла. Куда папа дел пакет? А, вот он, — ответила она на свой вопрос. — Моющие средства, для уборки…
— Мам, я сама схожу куплю.
— Я знаю, знаю, но твой папа любит покупать в «Костко». С тех пор, как ты живёшь в своём доме, для нас этого слишком много. Поэтому я тебе и привезла. Вот, смотри, салфетки для очистки, — она подняла упаковку. — Антибактериальные.
Я стояла по локоть в мыльной пене, но, тем не менее, со смехом обернулась к маме и покачала головой. — Супер. Большое спасибо.
Антибактериальные чистящие салфетки с ароматом цитрусовых. Именно то, что мне нужно.
Лимоны.
Апельсины.
Темнота.
Глава 21
— Нет. Нет, нет, нет, нет! — я чуть не падаю и поднимаю руки, покрытые мыльной пеной. — О, чёрт, нет!
Темнота. Я быстро моргаю, зрение фокусируется. Аромат апельсинов испарился, его сменили привычные запахи — лёгкое дуновение жары, смрад хлора и выхлопных газов. Я возвращаюсь в сотворённый мною мир, чтобы встретиться там с Джонни. Но мне этот мир больше не нужен. Сейчас у меня есть свой. В моей реальной жизни. Я сжимаю кулаки, стискиваю зубы и концентрируюсь на возвращении в реальность.