Двое

Глава 5.2 
Деревня горела. Чёрные плотные клубы дыма поднимались к яркой синеве небес, которым не было никакого дела до суеты двуногих букашек. А на равнине перед деревней шёл бой. «Как в кино, да, дружище? — зло подумал сидящий позади Вольфрама Юрский, мигом позабыв о боли в не привыкших к верховой езде мышцах. — Вот только статисты здесь гибнут на самом деле». Показалось, или порыв ветра вместе с запахом гари действительно донёс до холма, где замер маленький отряд, слабый отзвук детского плача? У Юрского помертвело в груди. — Почему они не пытаются погасить пожар? — ни к кому особо не обращаясь вслух спросил он. Вольфрам задумчиво прищурился, разглядывая нечто, видимое ему одному: — Потому что это магический огонь. Просто так его не потушишь. — Слушай, но это же твоя стихия! Сможешь приказать ей погаснуть? — Нет, конечно, — Вольфрам изумлённо покосился на Юрского через плечо. — Противостоять Огню может только Вода, его антипод. Ты разве не знаешь? — Да как-то не в курсе. «И как ты собрался быть мао?» — к счастью, фон Бильфельд стал не задавать свой любимый вопрос вслух. Потому что сейчас Юрский легко мог его послать… за ответом к Истинному Королю, например.
Так, думай, приятель, думай. Ты же у нас крутой повелитель Воды, Грозы и всего такого. «Угу, только повелевал я ею всего один раз в жизни». Не важно, это как на велосипеде: если получилось однажды, то и снова получится. Наверное. Юрский сконцентрировался. Магия лениво заворочалась где-то у основания позвоночника, нехотя потекла вверх — через солнечное сплетение к затылку. — Ого! — изумлённый возглас Вольфрама отвлёк Юрского от ощущений в собственном теле. — Чего там? — однако он уже и сам видел, что именно. Ясную синеву небес всё плотнее затягивали неповоротливые туши дождевых туч. «Вау, оно работает!» — Мне надо подобраться поближе к деревне, — Говорить и сохранять концентрацию одновременно было невероятно сложно. — С ума сошёл? Там бой кипит! Гвендаль с меня три шкуры спустит, если тебя зацепит шальной стрелой. — Вы солдаты или где? — Юрский закрыл глаза, чтобы не распылять внимание понапрасну. — Не можете защитить одного человека от случайной стрелы? Вольфрам скрипнул зубами и с силой дёрнул поводья, заставляя коня взвиться на дыбы: — Круговое построение! Сомкнуть строй! Цель: защита мао! «Вот и славно», — с трудом удержавшийся позади Юрский покрепче ухватил своего нервного спутника за талию и вновь отрешился от происходящего. Там, под закрытыми веками, он видел набрякшие влагой медлительные тела туч. Ещё чуть-чуть, и они разродятся благословенным дождём. Ещё чуть-чуть…
И в этот момент его выкинуло из седла. Юрский кубарем покатился по жёсткой земле, и только чудо помогло ему ничего себе не сломать, не вывихнуть и не попасть под копыта. «Господи, как же больно!» Он зашевелился раздавленным жуком, пытаясь приподняться, осмотреться… А вокруг кипел бой. Из ушей будто вынули затычки, и какофония из криков, стонов и звона стали в клочки разрывала барабанные перепонки. «Что случилось? Где Вольфрам?» — Ничего не разобрать в этой круговерти. — Мао! — Юрский обернулся на яростный звериный рёв. Прямо на него нёсся огромный гнедой жеребец, на чьей спине восседал белокурый воитель, рядом с которым любой Шварценеггер показался бы унылым задохликом. Судя по занесённому в замахе двуручному мечу, намерения у этого типа были далеко не мирными. «Мамочка!» — Юрский на четвереньках шарахнулся в сторону, рефлекторно втягивая голову в плечи. Однако неминуемого удара так и не последовало. Человеку, возжелавшему крови двадцать седьмого мао, преградила путь несокрушимая скала. — Гвендаль! — выдохнул Юрский. — Ты собираешься что-нибудь делать, или так и будешь пялиться, как идиот?! — рыкнул тот. Справедливые, в общем-то, слова полоснули не хуже лезвия двуручника. Стало до слёз обидно — он так торопился, стёр себе о седло всё, что можно и нельзя стереть, пытался помочь им с пожаром, а они!..
Оскорблённая магия жгучей волной вскипела в жилах. Вдоль хребта будто проскочил электрический разряд, шарахнув в зенит неправильной, обратной молнией. Снова, как в битве с Властелином, Юрского переполняло прошлое знание. Он с достоинством поднялся на ноги, попутно отмахнувшись порывом штормового ветра от летящих в него стрел, как полотенцем от назойливых мух. В тёмном небе заворочалось, просыпаясь, древнее громовое чудовище. Негромко рыкнуло — на иссушенную землю упали первые тяжёлые капли дождя и почти сразу обернулись сплошной стеной ливня. Небесное чудище оскалило зубы частоколом молний, а потом рявкнуло так, что у человеческих муравьёв заложило уши. — Отступаем! — голос противника Гвендаля по силе легко мог соперничать с раскатами грома. «Ну-ну», — Нет, Юрский не собирался их убивать. Но вот как следует наподдать в спину шквальным ветром — это завсегда пожалуйста.
Колдовское пламя недолго сопротивлялось потокам воды. Огонь пытался затаиться в тлеющих головешках, однако скоро погас окончательно. Запах гари сменился озоновым ароматом свежести. Грозовое небесное чудовище неохотно засыпало, тёмные тучи становились всё светлее и светлее, перерождаясь белоснежными облаками. Выглянуло солнце: «Так, и что тут у нас случилось?» «Ничего особенного, — мысленно ответил светилу Юрский. — Наши победили, только и всего». Магия ушла из него, оставив после себя опустошающую свинцовую усталость. Болели ушибы и ссадины, болели в кровь стёртые седлом бёдра. «Всё, отбой», — Юрский почувствовал, как мягко оседает в жидкую грязь вытоптанного копытами лошадей поля боя.
Глава 5.3 
Его поймали у самой земли. — Юра, слышишь меня?! «Слышу, слышу», — голос отказывался повиноваться. Юрский обессиленно уткнулся в твёрдое плечо своего телохранителя. — Почему не сказал? — М-да, самый подходящий вопрос в такой момент. — Не хотел беспокоить, — Жёсткая ладонь ласково пригладила его спутанные вихры. — Ну и дурак, — буркнул Юрский, сильнее вжимаясь в грубую ткань мундира. Конрарт не стал отвечать. Легко, будто его ноша ничего не весила, поднялся на ноги и зашагал куда-то в сторону. — А мы куда? — на всякий случай поинтересовался Юрский. — В лазарет. Познакомишься с нашим военным врачом. — Врач — это хорошо, — вздохнул несчастный, порядком побитый мао. — А то я как представлю себе обратную дорогу верхом, так и жить не хочется. — Всё будет хорошо, — судя по голосу, Конрарт улыбался. — Гизела тебя быстро на ноги поставит. «Гизела. Новое имя, новый человек. Забавно, раньше я терпеть не мог знакомиться, а теперь даже как-то интересно».
Шум военного лагеря становился всё ближе. Юрский лениво думал, что хорошо бы разлепить веки и осмотреться, а в идеале вообще продолжить путь на своих двоих. «Да ну на фиг. Когда меня ещё на руках поносят?» Неожиданно Конрарт остановился. «Что?..» — Он в порядке? — голос Гвендаля звучал мрачнее обычного. — Да, отделался только синяками и парой ссадин. — Ясно, — Короткое слово упало многотонной каменной глыбой. Юрский зашевелился и открыл глаза. Всё, конец халяве. — Конрарт, спусти меня на землю, пожалуйста. Телохранитель неохотно выполнил просьбу. — Господин фон Вальде, — Так, главное не упасть. То-то позорище будет, — огромное вам спасибо. Вы мне жизнь спасли. У Гвендаля дёрнулась щека. — Если бы я знал, что девиз нынешнего правителя звучит как «Слабоумие и отвага», то обязательно принял бы превентивные меры по недопущению подобных ситуаций. Юрский обиженно вспыхнул: — Между прочим, у меня всё получилось! — Вы действительно считаете, что это стало результатом разумного планирования? И как тут отвечать? Обидно, до глубины души обидно, но возразить нечего. — Брат! — Юрский обернулся на звонкий голос. К ним вовсю спешил перепачканный в саже Вольфрам, которому только остатки памяти о собственном аристократическом достоинстве мешали перейти с быстрого шага на бег. — Брат, позволь, я объясню… — Позже, — жёстко оборвал его Гвендаль. — Но… — Я сказал, позже, — главнокомандующий повернулся к ним спиной, собираясь уходить. — Господин фон Вальде! — Не хватало ещё, чтобы Вольфрам из-за него огрёб по полной. — В произошедшем нет вины вашего брата. Это я вынудил его доставить меня сюда. Вся ответственность лежит целиком на мне. — Разберёмся, — не похоже, чтобы его слова произвели на Гвендаля какое-либо впечатление. — Господин фон Вальде! Как мао, я настаиваю, чтобы вы не наказывали Вольфрама и его людей! — Как мао? — обернулся фактический правитель Шин-Макоку. — А разве не вы всего сутки назад распинались о том, что не хотите взваливать на себя ответственность? Что трон вам и даром не нужен? Шах и мат. Что теперь: бить себя пяткой в грудь с воплями «Да я!.. Да меня сам Истинный Король!..»? Принять титул? Угу, как ты там говорил: тебе не пятнадцать лет? Юрский опустил голову. Он устал, у него болело всё, что только могло болеть, а по его многострадальному эго как следует потоптались кованными сапогами. — Прошу прощения. Я забылся, — Каждое слово приходилось силой выталкивать из гортани. — Мне жаль, что я доставил вам столько хлопот со своей непрошеной помощью. — Юра! — тихо ахнул Вольфрам, машинально назвав своего недруга (или бывшего недруга?) по имени. — Ладно, где там ваш лазарет? — Юрский из последних сил старался сохранить лицо. — Туда, — сумрачный, однако до сих пор молчавший Конрарт махнул рукой в сторону палаток. Юрский, ссутулившись, заковылял в указанном направлении. — Ваше величество! — догнал его оклик фон Вальде. — Да? — Ну, за что ещё можно его пнуть? — Я тоже прошу прощения. Ваша помощь была поистине неоценимой — никто из нас не смог бы погасить магическое пламя. Сегодня вы спасли не один десяток жизней. Юрский только кивнул в ответ и продолжил свой путь. Но уже с высоко поднятой головой.