Дар. Золото. Часть 3 (СИ)
---------------------------------------------
Зверь понуро отошел в тень красного булыжника, свернулся калачиком и притих. А я не знал, что делать. Получается, мне опять, не спросясь, дали клятву. Вот, взяли и дали. Вот, как хочешь теперь так и выкручивайся. Успокаивай, заботься, сопли вытирай… А я ведь даже не знаю, что со мной будет завтра.
В полном раздрае я стянул с себя «лётное» барахло, и, повесив его на высохшие ветки барбариса, направился к печи. Солнце клонилось к западу, а мне очень не хотелось возвращаться по темноте. Значит нужно заняться делом.
Гай тихонько сидел прямо на земле уже в человеческой ипостаси, внимательно наблюдал за мной, и с вопросами не лез. Что меня устраивало. Я бы не стал ничего объяснять. Я боялся, что молодой дракон почувствует, как мне сейчас мерзко. Почему?
Крылатые не получат того, что хотят. Никогда. Я их всех обманываю. Вернее, не говорю правду. Потому что в активированных гнездах появятся совсем другие драконы. Мои предки изменили эти строения. Они посчитали, что так будет правильно, и не мне менять их решений. Да и не по силам мне такое. И, вроде бы, все как надо, а вот гадко на душе. Тут же возник подленький вопросец: а мне оно надо? Стоило лезть в пасть к драконам, торговаться, хамить и строить из себя невесть что? Я послал этот вопрос подальше. Алабар. Здесь, в этих гнездах его будущее. Его племя. Здесь появятся лишь такие, как он. Все остальные либо сгинут, либо пойдут с ними. Я так решил.
7
И все-таки, как ни старался, вернулись мы уже глухой ночью.
Активация вымотала меня так, что на ногах я еле держался. Да-да, я помню Алабаровские слова, что для этого процесса нужны трое магов. А где мне их искать, не подскажете? И ладно бы как с Тихинской «печкой» получилось: восстановил один кусочек стенки, а дальше гнездо само, через сутки, по разрастающейся цепочке активировалось. Здесь надо было восстановить всё и сразу. Прямо скажу, чуть не сдох. Хорошо, Зараза молча передал всю силу, какая у него была.
От усталости, я заснул прямо в полете, обняв драконий шип и прислонившись к нему щекой, и проснулся, когда за пазухой завозился Пончик. Он почувствовал землю, и дал мне знать. Иначе я бы точно свалился при приземлении. Гай устал не меньше меня, и мы оба, как шатающиеся призраки, спустились с неосвещенной крыши по винтовой лестнице к галерее. На прощанье кивнули друг другу, мол «всё отлично, никто не в обиде, если что – зови», и разбрелись в разные стороны. Как-то так.
Нас, конечно, никто с фанфарами не встречал, но уж это мне было по шакарскому барабану – дорогу в первый дом, где старшим был Дох, я запомнил. И топал сейчас по длинному каменному рукаву, глядя себе под ноги. На правом плече болталась торба с «летными» костюмчиками (не бросать же добро), на левом, нахохлившись, сидел ханур, и звук моих шаркающих шагов гулко разносился вокруг.
Внезапно передо мной кто-то встал.
Должен сказать, что ни фонарей, ни факелов в галерее не было. Да их в крепости вообще не было. Зачем? Мы все отлично видим в темноте. Поэтому силуэт, упавший на мои пыльные сапоги, заслонил свет звезд. Красиво сказал, да. Пришлось поднять глаза. И устало констатировать:
- А… Ригата… привет, - и потопать дальше, обойдя её по очень короткой дуге.
Наверно, она удивилась. Точно не скажу. Сейчас мне было не интересно, чего вдруг захотелось от меня ночью какой-то девице. Мне сейчас хотелось пить, есть и спать.
- Стой! - резкий тычок вбок, развернул меня к ней лицом. Так быстро, что Пончик спросонья еле сориентировался, но все-таки зашипел у меня на плече. Это девчонку остановило. А она ведь хотела меня ударить. Уж это я почувствовал. Причем за миг до моего приветствия, судя по поведению ханура, она вовсе не собиралась на меня нападать.
- Эй, - задержка меня раздосадовала, - у тебя с головой все в порядке?
Зря я это спросил. Видимо, задел больное.
- Ты сейчас идешь со мной, - не хуже Пончика зашипела она, - и попробуй отстать! Всё понял?
- Слушай, Ригата, я очень устал. Если ты хочешь что-то сказать, говори. Но недолго. Мне еще мыться и стираться. Выпачкался я, а к чистоте привык, знаешь ли.
- Ты. Идешь. Со мной. Ты сейчас за всё ответишь! Я не собираюсь пресмыкаться перед тобой, как остальные.
Странно. И Пончик спокоен, и Зараза молчит.
- За что отвечать-то?
- За нападение! На меня и парней!
- Да иди ты… - повернулся и зашоркал дальше.
Я скорее ощутил, чем просто услышал, как она за мной кинулась. И развернулся навстречу так резко, что удивил не только ее, но и Пончика. Если бы ханур не вцепился когтями, слетел бы с плеча как пить дать.
Ригата в меня почти влетела, но я не стал отклоняться.
- Тебе мало? - сказал с тихой злостью, глядя ей в лицо. Больше мне заняться нечем, как с ней тут отношения выяснять. - Еще хочешь?
Она неожиданно заморгала, губы задрожали, глаза заблестели. Она что, плакать тут собралась?! Да, ну ё-о-шкины хвосты… Вот чего мне прямо сейчас не хватает, так это её слез.
- Дура! - психанул я и с офигевшим от ситуации Пончиком раздраженно зашагал дальше. Даже усталость куда-то пропала.
Не, реально дура! Кто на кого напал, еще надо разобраться!
«Она не дура», - неожиданно грустно вздохнул Зараза. А ведь молчал целый день, - «У нее любовь разбилась».
А я тут с какого бока?
«Ты не понимаешь. У тебя с твоей любовью все нормуль, тебя любят. А ее нет. Вот она и ищет виноватых».
А надо ей чего было?
«Я так думаю, она тебя в тренировочный зал хотела привести…»
Зачем?
«Отлупить, я думаю. Вручила бы какую-нибудь железяку, чтобы, типа все по-честному, и отлупила. Она ж сильнее, ясень пень. И я бы, между прочим, не стал тебе помогать. Потому что с женщинами не воюю».
Ага, а им с нами, значит, можно? Ну, уж нет! Взяла оружие в руки, забудь, что ты в юбке. Захотелось быть равной – вперед! И по морде получать, и… не только по морде. Жалеть тебя и помнить, что ты женщина, никто не собирается: жизнь дороже половой принадлежности. Так Мастер Руш моим сестренкам сказал. Как только грасты к ладошкам примерили.
Но сдается мне, что клинок просто хочет отыграться. За то, что я четвертую с ним рядом не прицепил. Наверное, и тут любовь, хвосты и уши!
Эх. Хлопотный день выдался. Хлопотный.
Глава 21
1
Свинью достали из-под буфета и определили к ослу. Вместе с курами. Саня выступил с предложением всех откормить, благо помоев намечается предостаточно, и все дружно согласились. В смысле, те, кто будет откармливать согласились. У тех, кого будут, не спрашивали.
- Как Ирби? - сидя за столом, Машка жевал кусок белого хлеба. - Как Алабар? Долго проваляется?
Саня элегантно посолил пальцами рассыпчатую картошечку.
- У Ирби обычный насморк, у Алабара обычное воспаление. А что ты хотел? Трижды через хребет перел… э… этот дня через два уже будет на ногах.
Он покосился на Дарека. Парень азартно строгал огурец в салат и на заминку лекаря не обратил внимания.
Все трое обедали в зале, накрыв на стол что побыстрее. Наскоро прибрали обломки, выловили курей, пособирали перья и сидели сейчас сосредоточенно жуя.
- К цирюльнику бы надо, - Саня почесал затылок, - И вымыться, как следует, постираться.
- Надо бы, - согласился Машка, проведя ладонью по основательно отросшей шевелюре. Волосы уже лезли в глаза и мешали, а по бокам отдельные лохмы почти доставали плеч. - А еще новую кухарку, подавальщицу и подсобника.
- А подсобника для чего? - удивился Дарек. - Разве сами не справимся? Мы с братом и сгружали, и чистили, и мыли. Вот он вернется…
Лекарь и оборотень уткнулись в тарелки. Стоит ли говорить парню, что по поводу возвращения Занека есть большие сомнения. Саня решил сгладить ситуацию.
- Знаешь, Дарек, мы конечно справимся, - он насмешливо посмотрел на кота, - но среди нас есть те, кто к подобной работе как-бы не привык. На разок другой его хватит, а дальше ни-ни. Кое у кого руки не под это дело заточены.