Чёрное сердце: Ненависти вопреки (СИ)

Менеджеры листают брошюры, перешёптываются, кивают…
***
Только расходятся сотрудники, откидываюсь на спинку кресла и кручусь к окну. Рассматривание Питера — самое лучшее расслабление. Работает успокоительным под стать наблюдению за рыбками в аквариуме. Неспешная река, прохожие, машины… Из мыслей ни о чём вырывает настойчивый звонок. Нехотя поворачиваюсь к столу — мобильник назойливо вибрирует, повышая громкость песни «Blake, blake heart» Девида Ашера. Как-то наткнулась на эту композицию и влюбилась.
На дисплее высвечивается «Александр». Кривлюсь, но проигнорировать не могу — Никитин для меня как папуля. Только очень усердный, настырный, не понимающий, что девочка выросла и хочет тишины, покоя.
— Витуль, ангел мой, — укоризненно понукает Никитин, даже не поздоровавшись. — Как так можно?
— Саш, — протягиваю заискивающе. — Ты же понимаешь — миллион дел, всё не до встречи…
— Не будь дурой! — рявкает Александр.
Замираю — никогда раньше такого не позволял. Видимо, совсем плохо себя веду. Закусываю губу, сгорая от стыда. Все забоятся обо мне, а я…
— Костя звонил, — негодует Никитин, — сказал, что опять была угроза. Больше нет отговорок, ангел мой. Все оставшиеся на сегодня встречи — прочь, — тоном, не терпящим возражений, чеканит в трубку. — Через тридцать пять минут на Площади восстания семь. Цокольное помещение. Вход с торца. Охранное агентство «Жизнь». Если опоздаю, на ресепшне назови мою и свою фамилию и скажи: назначена встреча на шестнадцать часов с Зепар Андреем Влацловичем, — скороговоркой тараторит Александр. — Постараюсь успеть. Отговорок не принимаю. Не прейдёшь, ангел мой, всё расскажу Вадиму и собственноручно притащу охранников.
Только открываю рот, подыскивая вескую отмазку, в мобильнике уже пиликают быстрые гудки.
Блин! Шантажирует, и ведь получается. Мужу нельзя волноваться. Здоровье идёт на поправку, волнение может опять подкосить. Чего ломаюсь-то? Мне же на благо. К тому же что страшного в охраннике?.. Пусть рядышком ходит и защищает, когда потребуется.
Нажимаю кнопку селектора:
— Мила, отмени на сегодня все встречи. Оксане Владимировне скажи, что сейчас к ней забегу сама.
Выключаю селектор. Поспешно встаю, на ходу подгребая папку документов для Лучковой. У дверей на миг останавливаюсь — снимаю с крючка плащ и сумочку. Скоро цокая каблуками, пересекаю приёмную:
— По делам, — кидаю секретарше. — Когда буду — не знаю.
Сворачиваю к кабинетам менеджеров и притормаживаю у дальнего. Не удосуживаясь постучать, открываю дверь. Простенький, но очень уютный кабинет в пастельно-сиреневых тонах со светлой мебелью и большим окном на ближайшую кафешку «Чашка».
— Оксана, — тороплюсь к работнице. Лучкова слегка растеряна, хлопает ресницами и быстро прощается, с кем говорила по мобильнику:
— Перезвоню, лапуля, — поддаётся вперёд, на щеках играет смущённый румянец.
— Дел невпроворот. Хотела тебе всё разжевать, — не интересуюсь личными делами помощницы, больше волнуют собственные, — но боюсь, нет времени. Я тут приготовила для ознакомления кое-какие документы. Сегодня очень занята, а завтра ты уедешь. Изучи, чтобы быть готовой во все штыки. — Шмякаю на стол подчинённой увесистую папку и спешу прочь. — Завтра перед вылетом встретимся, — бросаю, скрываясь за дверью.
[1] Люди племени боджанги верят, что крокодил является священным животным, которого нельзя обижать, так как он ниспослан на землю небесами. Вреда им не причиняют, и крокодилы, якобы, тоже соблюдают нейтралитет.
Перед омовением и во время него шаманка из боджангов произносит заклинание, похожие на пение и стон, и предупреждает, что обряд возымеет эффект только в том случае, если супруги будут верны друг другу. Колдунья не берет денег с туристок, ни под каким предлогом, но может принять в подарок отрез ткани или шоколад. Боджанги считают, что если они будут брать деньги у туристов, то целительные качества Священного озера Крокодилов исчезнут. Омовение многим помогает. Некоторые уверены, что странный феномен объясняется самовнушением, но, тем не менее, к озеру в глуши тропического леса постоянно увеличивается поток туристов.
[2]. Среди песков, в развалинах древнего города сохранилось четыре пустых глубоких и теперь безводных колодца. Если на ночь опустить в них на веревке ведро грязной и даже зацветшей воды, к утру, она становится кристально чистой и вкусной. Очевидно, это связано с бактерицидными свойствами почвы.
[3] Небольшой скалистый островок, туристическая достопримечательность у берегов Греции, где, согласно древним легендам, родилась Афродита. Есть устойчивый миф о том, что всякий, кто несколько раз оплывет вокруг острова. Направление движения при этом играет значение. Кто сумеет, обязательно омолодится.
  
Глава 6
 
Глава 6
Водитель уже поджидает возле офиса. Только появляюсь на ступенях, выскакивает из авто и услужливо распахивает передо мной дверцу.
— Спасибо, Серёжа, — выдыхаю, устраиваясь на заднее сидение. — Быстро на Площадь восстания.
Водитель присвистывает и, оббежав машину, скоро рвёт с места.
Всегда поражалась ловкости и проворности парня — даже сегодня умудряется привезти ко времени, несмотря на бесконечные пробки. Останавливается на парковке «для гостей охранного агентства».
С торца дома красуется облицованный камнем фасад, лестница из крупной плитки, шершавый коврик. Прозрачная дверь с гордой вывеской Охранное агентство «Жизнь» и небольшой — «Школа боевых искусств», с припиской и стрелочкой: «вход со двора». Несмело оглядываюсь. Машины Александра не видно, зато на парковке рядом с моим «Мерседесом» несколько дорогих джипов, тройка авто классом ниже, пара мотоциклов, с десяток велосипедов.
Переступаю с ноги на ногу и вхожу. Квадратный коридор в светло-бежевых тонах. Дальше — большая приёмная. На полу — матовая плитка, стены цвета кофе со сливками. Ресепшн под шоколад, кожаная мебель, журнальный столик, на нём стопка глянцевых журналов. На диване развалился довольно крупный короткостриженый мужчина, в недорогом чёрном костюме, белоснежной рубашке, начищенных до блеска поношенных туфлях. На самом краю дивана — элегантно одетая женщина лет сорока пяти в короткой куртке оливкового цвета, зелёных брюках и батильоных. Лицо невозмутимое, но пальцы выдают волнение — перебирают распущенные каштановые локоны до плеч. На кресле белокурая девушка в расстегнутом тёмном пальто до колен. Карие глаза широко распахнуты, отчего вид у хозяйки глуповатый. Изучает журнал — точнее, рассматривает картинки, потому что с такой скоростью если и читают, то очень немногие. С одной стороны ресепшна, дверь: «Вход для персонала». С другой — массивная коричневая: «Директор охранного агентства Зепар Андрей Влацлович». Зепар… Интересная фамилия. «Зепа-а-ар», — протягиваю мысленно. Кхм… Имя одного из демонов. Родственники Андрея Влацловича явно имели чувство юмора и загадочный темперамент. Ну да ладно, бывает и не такое, особенно после девяностых случился «бум» на интересные имена и фамилии. С тех пор и поехало — кто во что горазд!
Рядом с дверью директора прислонился к стене худощавый парень лет двадцати семи. Одет аккуратно, но бедно, зато лицо вдумчивое. Позади молоденькой секретарши с прибранными в косу огненными волосами, настенные ромбовидные часы — пятнадцать пятьдесят шесть, если им верить. Значит, не опоздала. Где же Никитин?
Секретарша поднимает на меня голубые глаза. Чинно приближаюсь, облокачиваюсь на стойку:
— Здравствуйте.
— Здравствуйте, — чуть слышно отзывается девушка, хлопая карими глазами в обрамлении веера необычайно длинных ресниц, как пить дать наращённых.
— Моя фамилия Ивакина Вита Михайловна, — представляюсь, сдержанно улыбаясь. — У меня назначена встреча на шестнадцать.
Секретарша открывает большую книгу-журнал приёма посетителей, находит нужную страницу, и пальцем спускаясь по написанным цифрам.
— Да, да, — соглашается с толикой извинения, — назначено. Только Андрей Влацлович немного задерживается.