Особо Опасна Благими Намерениями

Однако, несмотря на столь обнадеживающий аргумент в пользу того, что волноваться ему не о чем, тревога, овладевшая всем его существом, не уступила и пяди захваченной территории.
– Безмозглая идиотка! – в сердцах прошептал Александр, имея в виду, разумеется, свою подопечную. Однако пребывающая на взводе и совсем забытая им гостья восприняла данное нелицеприятное высказывание на свой счёт.
– Что-ооо?! Кто безмозглая идиотка? Я – безмозглая идиотка?! – праведно возмутилась гостья. – Сам ты безмозглый идиот! Самый настоящий больной на голову идиот! Нет, ты даже хуже! Ты мерзавец! Подлец! Сволочь! – задыхаясь от ярости и негодования, перечисляла она. – Никогда тебя не прощу! Да, как ты посмел так со мной поступить?! Я тебе не игрушка! А прикидывался таким воспитанным, таким обходительным! Ноги моей здесь больше не будет! Ты слышишь, мерзавец?! Я к тебе обращаюсь?! И вообще, повернись, когда я с тобой разговариваю!!! – потребовала женщина, окончательно теряя терпение и выходя из себя.
Однако погруженный в свои тревожные мысли Александр даже не шелохнулся, он продолжал стоять, уставившись в окно.
По причине чего на сей раз ему в спину полетела уже не подушка, а бокал. Правда, с той большой разницей, что у бокала в отличие от подушек были все шансы достичь поставленной ему цели, то есть, разбиться о затылок мерзавца, подлеца и сволоча.
«Адские котлы! Но как же тут не беспокоиться?! Ведь никто, пребывая в здравом уме и твёрдой памяти, не пошёл бы на кладбище ночью, чтобы просто прогуляться! Тем более, в такую погоду! Кэссиди явно что-то задумала! – между тем размышлял и строил догадки жертва покушения, что, впрочем, не помешало глубоко задумавшемуся мужчине мгновенно развернуться и поймать бокал одной рукой.
Поймав бокал правой рукой, левой рукой Александр кинул в женщину заклинанием глубокого и продолжительного сна, которое было идеальным решением в обоих случаях: если Кэссиди и её друзья ему просто примерещились и если не примерещились.
– Тысяча адских котлов, а какое сегодня число? Случайно не… – Александр достал из кармана свой смартфон. – Ржавый, кровавый котёл! Сегодня тридцать первое октября! Ночь Хэллоуина… Все котлы ада! Хэллоуин! Единственная ночь в году, когда мир мертвых соприкасается с миром смертных, а граница между Потустороньем и Посюстороньем практически стирается. Ночь, когда связь руны кровных уз, существующая между мной и Кэссиди – максимально ослаблена и без помощи этого ливня!» – и сообразив, наконец, что именно не давало ему покоя, он схватился он за голову.
Он совершенно забыл, какое сегодня число! Слишком много обязанностей свалилось на него в последние несколько месяцев. Слишком много забот и проблем. Так много, что в таких мелких и незначительных подробностях, как: какой сегодня день недели, число и даже месяц, он целиком и полностью полагался на своего секретаря-референта Барри, который следил за его расписанием деловых встреч и прочих мероприятий с тем же рвением и педантичностью, что и мать новорожденного за режимом сна и кормления своего чада.
Однако важное отличие состояло в том, что мать новорожденного при своём чаде находится двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю, а Барри имел очень неприятную, по мнению Александра, привычку отдыхать от своего босса в свои законные, как Барри их называл, выходные. В те самые выходные дни, одним из коих и являлось сегодняшнее тридцать первое октября, которое Александр провёл, глубоко погрузившись в свои исследования. Настолько глубоко, что о том, что он с утра ничего не ел, он вспомнил уже тогда, когда за окном стемнело. Благодаря чему, кстати, он и не пропустил звонок от Женевьеры. Ведь если бы он не ожидал доставки своего заказа на дом, то так и не переключил бы свой смартфон с беззвучного режима, на обычный.
– Вот тебе и благосклонная рука судьбы, не позволившая мне провтыкать чудесный вечер с интересной мне женщиной из-за того, что я не побеспокоился внести её номер в список «важных контактов» – криво усмехнулся Александр, укрывая полуобнаженную женщину одеялом.
Окинув прощальным взглядом волнующие изгибы женщины, он не удержался от разочарованного вздоха. Вечер был уже безнадёжно испорчен. А то ли ещё его ждёт…
Он мог, разумеется, подчистить своей гостье память. Однако ментальное вмешательство в мозговую деятельность человека всегда было небезопасным, потому-то оно и регулировалось соглашением между Потустороньем и Посюстороньем.
Иначе говоря, чтобы подчистить кому-либо память, Александру как законопослушному ведьмаку требовалась разрешение МАНЗИМ (Межсторонней Ассамблеи Наблюдателей по Законному Использованию Магии), которое он не получит в виду того, что его проблема относилась к сугубо личным. Вот если бы Женевьера увидела нечто такое, чего, по мнению Ассамблеи, она не должна была увидеть – это было бы другое дело.
Хотя справедливости ради нужно отметить, что даже если бы ментальное вмешательство и не было запрещено, из исключительно корыстных побуждений Александр Каролинг ни за что бы не стал чистить память не только своей пассии, но и любому другому человеку, потому как считал, что кроме того, что влезать в чужое сознание – весьма и весьма опасно, это, прежде всего, являлось крайне неэтичным поступком.
Так что выбора у него не было. Вопрос придётся решать гораздо менее эффектным общедоступным методом, который Александр просто терпеть ненавидел, который заключался в том, что ему придется объясняться и извиняться.
Мужчина тоскливо вздохнул ещё раз, после чего решительно пересёк комнату и сел в своё «читальное» кресло. «Читальным» кресло было потому, что рядом с ним стоял торшер.
Достал из кармана смартфон, выбрал в записной книжке нужный ему контакт.
– Вне зоны досягаемости! Естественно! – раздраженно прорычал он. – Ладно, Кэсси, не хочешь по-хорошему! Придётся по-плохому!
 
Глава 2
Александр щелкнул по приложению «Мои дети», активировав его. И его брови недоуменно поползли на лоб. Согласно показаниям GPS-трекера Кэссиди, Альфред и Дейл в данный момент плескались в прибрежных водах Аппер-Нью-Йорк-Бей[1], что же касается остальных четырёх членов неугомонной семерки, то они находились на территории кладбища Грин-Вуд[2].
С одной стороны, беспокоиться было вроде бы не о чем: в своём видении он видел надгробные памятники, а не водную гладь, что указывало на то, что в водах залива, более чем вероятно, плавали только смартфоны Кэссиди, Афи и Дейла, а сами они, как и их друзья, в данный момент тоже находились на кладбище Грин-Вуд.
В первый момент, как только он понял, что Кэссиди, вероятней всего, отправилась на кладбище Грин-Вуд, Александр облегченно выдохнул: это кладбище славилось своими ночными экскурсиями. И особенно людно на этих экскурсиях было именно в ночь на Хэллоуин.
– Было бы людно, если бы не жуткая буря с грозой и ливнем, которая сейчас беснуется за окном, – тут же поправил он себя.
Кроме того, был ещё и вопрос со смартфонами! Ведь даже, если учесть, что кладбище Грин-Вуд располагалось недалеко от побережья залива Аппер Бей, всё равно было непонятно, как смартфоны его подопечной и её друзей попали в залив. Ладно бы ещё, если бы в заливе оказался один смартфон, этому можно было бы придумать невинное объяснение, но все три!!!