Согрей мое сердце

— О чем это ты? — спрашиваю отстранившись.
— Это я убедила тебя попробовать… дать этому подонку шанс, — девушка запрокидывает голову и истерически смеётся. — Наивная, решила, что он может быть другим, не таким, как все остальные.
Смотрю в глаза подруге и вижу в них столько боли и печали: — Тебе тоже сделали больно?
Лена внимательно вглядывается в мое лицо силясь что-то найти: — Да, Варвара, они много кому сделали больно, в том числе и мне. Ладно, — Лена вытирает одинокую слезу со своей щеки. — Я помогу тебе сбежать обратно, за стену. Забудь все это дерьмо и живи спокойной жизнью.
— Нельзя, — отрицательно мотаю головой. — Если моя мать узнает, что я сбежала от Ахметова, она сама меня свяжет и привезёт к нему обратно.
Подруга на мгновение задумывается и выдаёт: — Галя! Я уверена она сможет приютить тебя на время, пока Ахметов не забудет о тебе.
— Галя? Нет, ты что! У не муж и вообще… — закусываю губу. Никогда не любила перекладывать свои проблемы на других, всегда все решала сама.
Лена смотрит на меня хмуро сдвинув брови: — Варвара, ты не одна! Настоящие подруги нужны не только для веселых разговоров и сплетен, а вот для таких ситуаций.
Лена поднимается на ноги и отряхнув руки от городской пыли, достает телефон и набирает Галю по видеосвязи.
Рассказав вкратце мою ситуацию, Лена получает положительный ответ от Гали. Я же все это время так и сижу на асфальте пялясь в одну точку, продолжая жалеть и одновременно с тем ругать себя.
— Поднимайся Варвара, у нас мало времени, — командует Лена строгим голосом.
— Мало времени? — принимаю протянутую мне руку и встаю, колени саднят, но эта боль ничто по сравнению с той, что бушует у меня в сердце.
— Да, если поторопимся то, успеем до отбытия Семеныча, — Лена оглядывается по сторонам. — Где твой телохранитель?
— Не знаю, где-то недалеко, наверное… — отвечаю растерянно, силясь понять смысл сказанного подругой.
— Раз он еще не здесь, значит не видел тебя на асфальте. Ай-ай-ай какое безалаберное отношение к работе, — наигранно качает головой Лена. — Хорошо, что это нам на руку, — девушка подмигивает мне с озорной улыбкой, хватает меня за руку и куда-то тащит.
— Куда мы идем? — спрашиваю еле, поспевая за ней.
— Увидишь, пожалуйста Варвара, поторопись. Мы должны успеть до трех часов.
Лена ведет меня через заброшенную часть парка, здесь одни деревья и кусты, так глубоко в парк мало кто заходит. Эта часть парка имеет не самую лучшую репутацию, говорят тут живут бездомные. Мы давно уже свернули с тропинки и теперь бежим прямо по земле, я постоянно оступаюсь и царапаю ноги о торчащие ветки кустов, но упорно продолжаю следовать за подругой.
— Здесь, — сообщает мне Лена.
Вглядываюсь в ту же сторону, что и подруга и замечаю небольшую землянку, если просто проходить мимо ты никогда ее не заметишь. Дверь в землянку почти полностью скрывается под листьями плюща, явный признак того, что жилище давным-давно заброшено.
Лена подбегает к дереву, на котором одиноко покачивается старый, полуразвалившийся скворечник. Странное расположение для кормушки, наверное, он тут висит ещё с тех самых пор, когда у землянки был хозяин.
Подруга подпрыгивает и рывком срывает скворечник: — Зачем? — шепчу пораженно, не знаю почему, но мне не хочется шуметь в этом месте и говорить громко.
Просунув руку в отверстие для корма, Лена вытаскивает пыльный ключ: — Нашла! — восклицает девушки и спешит к входной двери.
Сорвав мешающий плющ, подруга вставляет ключ в дверной замок и провернув его, отворяет дверь.
— Пошли, — командует. Эта женщина не перестаёт меня удивлять, с каждой минутой у меня все больше и больше вопросов к ней.
Захожу вслед за подругой в заброшенное жилище, кривлюсь, в нос тут же бьет затхлый запах. Внутри практически ничего нет, старая кровать от которой осталось только одно основание и стол заваленный мусором у стены. Все помещение находится под толстым слоем пыли и паутины.
Лена подходит к несчастному столу: — Помоги, — обращается ко мне.
Ничего не понимая подхожу ближе и помогаю отодвинуть поскрипывающий стол от стены.
Подруга что-то активно ищет на стене, а спустя пару секунд девушка немного отходит и победно улыбнувшись мне, со всей силы бьет ногой в стену.
Вздрагиваю, я уже устала удивляться, но все же огромная дыра, пробитая в фанерной стене, поражает.
Лена включает фонарик на своем телефоне и пролезает внутрь пробитого отверстия.
— Варвара! Поторопись, пожалуйста, мы опаздываем, — отмираю и следую за подругой.
Туннель! Передо мной длинный туннель уходящий куда-то глубоко под землю.
— Что это такое? — спрашиваю, смотря на Лену. Сейчас она совсем на себя не похожа, более собранная, строгая, настоящий солдат.
— Следуй за мной, — снова командует.
— Нет, хватит! Я хочу знать, где я нахожусь? Что это за странное место?
Лена вздыхает и подходит ко мне ближе: — Я понимаю у тебя есть ко мне вопросы.
— Ещё бы! — перебиваю девушку обводя взглядом темный туннель.
— Хорошо, я тебе все расскажу, только, пожалуйста, идём.
Лена поворачивается ко мне спиной и подняв волосы подсвечивает свою шею фонариком, демонстрируя мне свою красивую татуировку во всей красе: — Это татуировка «падших», — девушка поворачивает мне лицом. — Я являюсь членом тайной организации, борющейся с нынешней властью. О нас мало кто знает, а члены высших семей считают нас просто надоедливыми мухами, но рано или поздно мы их свергнем.
— Что? — шепчу шокировано. — Ничего не понимаю, это секта или может быть… ты же не сбежавшая преступница? — вопросов в моей голове только прибавилось после признания Лены.
Подруга смотрит на экран смартфона: — Черт! Мы точно опоздаем.
— Ладно, идём, — успокаиваю подругу и схватив ее за руку, сама тащу вглубь туннеля: — Куда мы направляемся? — спрашиваю спустя пару минут молчания. После Лениного признания, моя голова перестала формулировать слова в предложения.
— К Семенычу, я же говорила. Для всех он поставщик домашнего молока, но на самом деле он поставщик информации. Собирает данные у наших ребят за пределами стены и передаёт нам.
— Что это за странное место и как ты тут вообще ориентируешься? — спрашиваю, свернув в очередной коридор.
— Это подземные туннели, они есть под всем городом. Борьба между правящими кланами и пострадавшими от их рук идёт очень давно, мы не первое поколение, которое желает свергнуть власть.
— С ума сойти, откуда ты знаешь об этом месте? — шепчу поражено.
— Это мой путь отступление, припрятанный на крайний случай, — задумчиво говорит девушка, остановившись у очередной развилки.