Магический корпус (СИ)
Я сидела на большой деревянной скамье возле главной площади, в ожидании, пока Хирд начертит портал для перемещения неизвестно куда.
— Тебе нужно отдохнуть и развлечься, — повторил он свои вчерашние слова, хлопнув меня по плечу, — и я знаю, как тебе в этом помочь. Тебе ведь нравится узнавать наш мир, верно?
Я кивнула, всё ещё не понимая, к чему он клонит.
— Так вот, — продолжил он, светясь изнутри от воодушевления, как новогодняя ёлка, — я предлагаю тебе экскурсию в место, где я родился и жил, прежде чем стал воином Корпуса.
Кто бы смог устоять перед подобным предложением? Уж точно не я!
И всё же, что-то скреблось глубоко в душе, не позволяя радости полностью охватить меня.
— Хирд, — позвала я сокомандника, — а Нэйта предупредить не нужно? Он, всё-таки, наш командир. Или Тину — вдруг она будет нас искать?
— Да ладно, — отмахнулся Хирд, — мы взрослые люди, и у нас выходной. В конце концов, если что-то случится, у нас у всех есть сигнальные браслеты, по которым Нэйт сможет нас найти.
Я откинулась на спинку скамьи и, не глядя, обвела кончиками пальцев руны браслета, который был у каждого из нас и который никто из нас не снимал даже на ночь. Мало ли, что может случиться, наша помощь может понадобиться в любой момент. Руна поиска. Руна призыва. Руна связи. И круглый полупрозрачный кристалл, надавив на который, можно было отправить сигнал по локальной сети чар другим членам команды.
Огромный дракон на стене, казалось, смотрел на меня неодобрительно. Я отвела взгляд, отчего-то чувствуя себя виноватой за то, что мы сбегаем без разрешения Директора и, что казалось мне ещё более неправильным, Нэйта. Я уже собиралась встать и пойти поискать своего киаму, чтобы предупредить о нашей самовольной отлучке, но тут Хирд вскочил и с радостным возгласом: «Закончил!», схватил меня за руку, утягивая за собой в уже привычную зелёную вспышку перемещения.
Наученная горьким опытом, по прибытии я первым делом потянулась к браслету и положила пальцы на кристалл. Это действие уже входило в разряд рефлексов — несколько раз, когда в процессе выполнения заданий нам приходилось разделиться, и мы напарывались на что-то, превышающее наши возможности, спасал только вовремя посланный сигнал бедствия.
На первый взгляд ничего не представляло опасности, и я слегка расслабилась, оглядывая лес, в котором мы оказались по воле моего порой излишне инициативного боевого товарища.
— Далековато, — пробормотал Хирд, — ну да ладно, прогуляемся по настоящему лесу. Когда ты ещё такое увидишь. Нам, кстати, туда, — и он махнул рукой в сторону едва различимой тропинки, убегающей в чащу.
Я в который раз порадовалась, что моя физическая подготовка не так плоха, как могла бы быть, не тренируй меня Нэйт — мы топали уже порядка двадцати минут, обходили огромные валуны с непонятными пиктограммами, переступали через поваленные деревья, но тропинка продолжала издевательски петлять, ничем не намекая на скорое окончание прогулки.
— Далеко ещё? — вскользь поинтересовалась я у Хирда, который смотрел на окружающий пейзаж с хорошо различимой ностальгией во взгляде и, кажется, готов был вот-вот пустить слезу.
— Ещё какое-то время, — нехотя признался он, — я промахнулся с координатами.
Я только закатила глаза и коротко прикоснулась к рукояти катаны, торчавшей из ножен у меня за спиной. Этот ненавязчивый ритуал всегда успокаивал, когда мне становилось не по себе.
— Я тут подумал, — внезапно выдал Хирд, когда мы пробирались под сразу несколькими поваленными деревьями.
Я от удивления чуть не ударилась головой, потому что его слова вырвали меня из мыслей о прошлом.
— Я ведь ничего о тебе не знаю, кроме имени, — продолжил он, не дождавшись от меня ответа, и попросил, — расскажи о себе. Могу взамен поделиться историями из детства, если захочешь.
Я была бы не против послушать байки о прошлом настоящего мага, если бы для этого не пришлось делиться собственной историей, унылой и пресной. Всё самое интересное в ней произошло уже после встречи с моей нынешней командой на том кладбище.
— Тебе не понравится, — предупредила я.
Хирд усмехнулся.
— Это как посмотреть. Для мага история жизни обычного человека так же интересна, как и для обычного человека — жизнь мага.
Я сильно сомневалась в этом, но свои мысли предпочитала держать при себе. Вместо этого я глубоко вдохнула и приступила к рассказу, решив, что чем раньше я начну, тем быстрее закончу.
— Я родилась в счастливой семье мужчины и женщины, которые очень любили друг друга, — такое себе начало автобиографии, но это, в любом случае, лучше, чем ничего, — училась в школе, потом хотела поступить в институт, но не сложилось.
— Что такое институт? — тут же спросил Хирд, кровь и плоть от мира магии.
— Училище с направленностями для тех, кто окончил общую академию, — переформулировала я, изменив понятия на привычные моему спутнику, — сначала не смогла, а потом стало не до этого. У моей семьи возникла проблема с деньгами, и мне пришлось срочно искать работу. А потом я и вовсе передумала поступать и…
— А кем ты работала?
— Библиотекарем.
— Библиотекарь с катаной — это круто, — серьёзно сказал Хирд, отгибая ветку дерева, чтобы я смогла пройти.
Я негромко рассмеялась.
— Кендо — искусство владения мечом — это больше для души. Мне нужно было заниматься чем-то, чтобы не сойти с ума от рутины жизни.
— А чем ты занимаешься сейчас, чтобы не сойти с ума? — поинтересовался Хирд. Я улыбнулась, но больше собственным мыслям, чем ему.
— Знаешь, — сказала я, выходя на небольшую полянку, — то, что происходит со мной в последние два года, очень сложно назвать рутиной с моей точки зрения, даже если для вас сражения с нечистью и изучение заклинаний — обычное дело.
— Ты привыкнешь, — «успокоил» меня Хирд, — и всё это тоже станет рутиной.
Я не была в этом уверена, но разводить демагогию вокруг предмета, на который мы смотрели кардинально по-разному, не стала, вместо этого ограничившись напоминанием:
— Теперь твоя очередь. Ты обещал.
— Не успеем уже, — беззаботно отозвался Хирд, — да ты сама сейчас всё увидишь.
Он вышел на полянку вслед за мной и указал на два валуна, заросшие мхом и лишайником.
— Камни, — сказала я.
Хирд расхохотался.
— Чертовски верное замечание, я поражён вашей наблюдательностью, леди! — отсмеявшись, он повернулся ко мне и протянул раскрытую ладонь, как для рукопожатия, — ты просто не видишь.
Я протянула ему руку, сильно подозревая, что товарищ просто решил безобидно подшутить надо мной, и на самом деле нам нужно идти ещё некоторое время, но когда наши пальцы соприкоснулись, все подозрения рассеялись, как дым. Я увидела.
Прямо на моих глазах из старых камней, изрядно потрёпанных временем и погодными условиями, стремительно вырвались вверх лучи света и сплелись в арку, которая столь же стремительно потемнела и стала выглядеть такой же старой, как и два камня, служившие ей основанием.
— Под ними руны начертаны, — бросил Хирд, перехватив мой полный восхищения и научного интереса взгляд, и потянул меня за руку прямо к арке, — идём.
Когда мы вдвоём с моим нетерпеливым товарищем по команде прошли между камней прямо под аркой, мир вокруг неуловимо изменился. Мы продолжали идти всё по тому же лесу, но пение птиц стало тише и приобрело поистине неземное звучание — я не знала ни одной птицы, которая могла бы издавать подобные трели — одновременно печальные и дарующие надежду, будто сначала сжигающие, а затем воскрешающие из пепла.
— Что это за птицы? — спросила я между делом, поняв, что отвечать на вопросы о детстве и юности мой друг не намерен, — Никогда не слышала таких чудесных песен.
— О, — Хирд расплылся в улыбке, — поздравляю, мы успели как раз к началу их брачного сезона. Это фениксы.
Он произнёс это так просто, будто говорил о зябликах или свиристелях. Что ж, теперь хотя бы понятно, откуда у меня такие странные ассоциации с пламенем и возрождением.