Жестокая игра. Книга 5. Древние боги. Том 2
* * *
– Жизнь это не игра… – уже в который раз повторял себе Сергей, стоя на вершине спящего вулкана и глядя на копошащиеся где-то далеко внизу маленькие фигурки гоблинов, разделывающих пойманную в лесу добычу. В центре небольшой деревушки, возле трех вырубленных из дерева идолов, танцевали женщины и дети, радуясь очередному прожитому дню и восхваляя выдуманных богов за ниспосланную охотникам пищу. А среди построенных из дерева и глины простеньких домишек горели костры и кипели котлы.
Сергей Дибенко все-таки добился своего и сумел создать расу, подходящую под заданные параметры. Хрупкую, слабую, как и люди, но быстро развивающуюся и способную когда-нибудь занять самую вершину пищевой цепочки Нории.
Когда-нибудь, если бы это мир был настоящим!
Вот уже месяц он наблюдал за зеленокожими ушастыми созданиями, периодически ускоряя время в десять и более раз, и удивляясь тому, как же порой причудлива природа.
Страшные, корявые мелкие существ были очень умны, хитры, решительны и абсолютно бесстрашны, что никак не вязалось с их внешним видом. А еще, они успешно совершали все те же ошибки что и люди реального мира.
Когда раса гоблинов подошла к одной из ключевых веток своего развития, один из правителей самого успешного поселения заявил, что к нему во сне пришли духи предков, посланные некой высшей силой, позже принявшей облик многочисленных идолов, и направили его на истинный путь – объединить все ближайшие селения под его руку! Так началась захватническая война гоблинов раннего средневековья, создание идолопоклонничества и культа духа предков.
Алчность и властолюбие – пороки, которые, наверное, не искоренятся нигде и никогда. Но зато они дали толчок к развитию религии. И пусть Сергей в любой ситуации оставался закоренелым атеистом, но он не мог не признать, что в какой-то момент развития цивилизации без религии никак не обойтись.
Правда, несмотря на успешное объединение многих десятков селений и деревень в единое государство в центре Нории, гоблины разных племен стали верить не в определенное число идолов-божков, как предполагал Сергей, а в общей сложности в сотню если не меньше. И было лишь одно, что связывало идолопоклонничество многочисленных племен – слова духов предков не подлежат обсуждениям и спорам. А для несения этих слов в массы у них даже подобие жрецов и шаманов появилось. Что, учитывая наличие магии, было вполне нормальным делом, как и чудеса, которые жрецы и шаманы изредка являли народу.
Вот только все это категорически не устраивало Сергея! Так как одно дело, когда искины занимаются управлением и контролем живых и разумных существ. А другое – когда их все же имеющие некий предел ресурсы начинают переключаться на божественную составляющую мира и воскрешать убитых в бою воинов, благословлять отряды, призывать дождь там, где его вообще не должно быть месяцами, и прочее-прочее-прочее. И это с учетом более чем сотни разных идолов!
А значит, придется вмешаться и подтолкнуть гоблинов к унифицированнию религии и выделению от одного до трех самых сильных идолов, что должно снизить нагрузку на систему. Тем более в будущем остальным расам также потребуются высшие сущности–покровители.
Неделя кропотливой работы, тысяча лет по местному летоисчислению, и наконец один из сильнейших идолов, Юламор – повелитель земли и неба, огня и воды, набрал силу благодаря которой сумел переродился в бога. А вскоре к нему присоединились еще два идола. Покровительствующая мертвым – Ялитара, и владычица злых духов – Эльзегида.
Но время шло, Сергею требовалось поторопиться. И тогда он, учтя весь опыт создания народа гоблинов, задал главному искину параметры по еще паре десятков рас, порядку их появления, периоду развития и частоте ускорения времени, и отошел от дел, оставшись лишь сторонним наблюдателем. Что изредка заходил в игру, поглядывая за происходящим в Нории. Слишком уж много времени он тратил на виртуальность и слишком многое не успевал в реальности! Также за игрой следило и трое администраторов, коим он доверял больше всего и всегда старался держать в курсе дела. В допустимых пределах естественно, ведь кроме него больше никто не знал всей правды об истинном положении дел в виртмире Нориа.
И поначалу все шло своим чередом, ничто не предвещало беды. Спустя месяц Сергей даже перестал появляться в капсуле, доверившись своим людям и «Альфе».
А когда ему неожиданно сообщили о войне богов, старых и новых, появившихся непонятно откуда, он был, собственно говоря, в шоке.
– «Альфа», какого черта происходит? – первым же делом, после своего появления где-то на краю материка, задал он вопрос главному искину пирамиды…
* * *
Неожиданно прервав рассказ, Ливион покрутил головой, разминая шею, и потянулся к бутыли с алкоголем:
– Извини, небольшая пауза, – слегка охрипшим голосом ответил он на мой вопросительный взгляд. – Горло только промочу.
В этот раз он сразу присосался к горлышку, на глазах до дна опорожнив пузатый сосуд.
– О-ох, хорошо! – со стуком опустив бутыль на стол, потянулся некромант и заелозил в кресле, вновь принимая удобную позу.
– Ну? – нетерпеливо поторопил я Ливиона, когда пауза слегка затянулась. – Что ответил тебе «Альфа»?
– А ничего, – пожал плечами тот.
– Как ничего? – удивленно нахмурился я.
– А вот так! – усмехнулся Ливион. – Не отвечал больше на мои запросы управляющий системой и виртмиром главный в пирамиде искин «Альфа». Молчали и связующие искины каждого из ее кластеров.
– Что-то я не понял, как устроена эта твоя пирамида, – нервно тряхнул я головой. – То есть про уровни-то все понятно. Чем ниже уровень кластера, тем больше в нем искинов, тем они слабее и разностороннее их работа. Но разве не все они не связаны друг с другом и «Альфой»?
– Нет, подобная структура слишком усложнила бы систему. Так что я нашел более простое решение при создании пирамиды. В общем, сейчас объясню… Сат’Ки, у тебя есть бумага и чернильное перо? – обратился Ливион к управляющему пирамидой.
– Да, конечно, – тот выдвинул из стола один из ящиков и протянул рэвену требуемые предметы.
– Смотри, – Ливион быстро нарисовал объемную фигуру пирамиды, разделив ту на несколько уровней, где каждый уровень это своего рода монолитная плита. – Вершина, – заштриховал он указанный в пирамиде элемент, – управляющий искин класса «Альфа», контролирующий работу всех остальных искинов и способный в случае чего перехватить управление любыми элементами мира. Далее идут уже группы или, если правильно, кластеры искнов: «Бета», «Гамма» «Дельта», «Эпсилон», «Дзета» и так далее. Но! В каждом из кластеров был более мощный искин не только обрабатывающий данные и управляющий элементами виртигрой, но и контролирующий работу именно своей группы и имеющий прямую связь с «Альфой» высшего приоритета! – Он поставил по одной большой жирной точке примерно в центре каждой из плит пирамиды и соединил их все с вершиной пунктирными линиями. – Что позволяло избегать перегрузку информационных каналов общей сети. Правда, не смотря на приоритет, «Альфа» на свое усмотрение мог запрашивать данные у любого из искинов пирамиды. Либо же, в случае серьезной ошибки, любой из пакетов в обход контролеров кластера уходил к «Альфе». Впрочем, я не буду углубляться в структуру пирамиды, и сыпать терминами, многое ты все равно не поймешь, но скажу так – я продумал все! Вообще все, что только можно! Управляющая пирамида была вершиной развития искусственных систем контроля и массовой обработки данных.
– И все же где-то ты допустил ошибку и созданный тобою виртмир вышел из под контроля, – заметил я.
– Увы, но ты не прав, – несогласно покачал головой Ливон. – Я не допускал никаких ошибок! Я просто дал «Альфе», и пирамиде искинов в целом, слишком много свободы. Помнишь, в самом начале рассказа я упомянул про вмешательство в основной код и странную фразу про принятие изменений основных констант мира?