Гроза над скудельницей
– Отлично! Боюсь, за сегодня не успеем, давай пока слазим наверх, плёнкой обтянем, на ночь хватит, чтоб меня не затопило. После по дачам рейд освоим.
– Ты не против полазить? – Обрадовался парень.
– Если председатель разрешила, то я – за!
Натянув два слоя тепличной плёнки на крышу, прибив её толевыми кнопками, новоиспечённые друзья собрались шастать по заброшенным участкам или, по словам Миши, – «Мародёрить». Катя, строитель по образованию, а она действительно с третьего курса училась серьёзно и стала одной из немногих, кто всё сдавал сам, понимала: сделали они на крыше полную ерунду. Хорошо, если эту ночь выдержит напор ливня и ветра. Знала также, что притащить шифер, сменить подгнившие доски, отмерить, распилить, подогнать, до вечера – нереально. Синие тучки со стороны скудельницы надвигались, ветер гнал их сюда. – «Не успею я верно, сегодня ничего пожечь, а там посмотрим».
Начали лазить с дальних участков, чтобы постепенно приближаться к своей даче. Богатырь проходил вперёд, с вручённым ему девушкой «Дихлофосом», чтобы он всё обрызгивал им от насекомых, лишь затем заходила следом: жутко боялась она их, особенно пауков. Зато, совсем не пугалась грызунов и змей.
Невероятная удача – в первом саду, под прогнившим сундуком в сарае обнаружили чугунную плиту для печи; колосья вырвали в самом домике из полуразваленной топки.
– Повезло, – с лёгкостью закинув на плечи массивный чугун, сказал парень, – конец апреля, ночами дубняк стоит ещё, так печь сделаем, можно топить, глины я знаю, где дельной накопать – у пруда.
– Завтра сходим.
– Я сегодня советую.
– Не-а, давай уже пролезем всё, наберём трофеев.
Понятно – всё давно украдено до Кати с помощником и не один раз, но Миша, словно чувствовал различные «схроны», почти в каждом домике находил полезные вещи, сэкономив для Расковых немалую сумму денег, в частности, на инструментах. Топор или лопата советского производства порой выглядят неказисто, зато в работе незаменимы. Разве может элегантный топорик с жёлтой ручкой Екатерины, который тупится об сучки, сравниться с найденным, укутанным в брезент, большим топорищем сталинских лет? Ответ – нет!
На дворе темнело, началась гроза с раскатами мощного грома, что не совсем характерно для текущего времени года: следовало закругляться – вот-вот ливанёт. Решили пролезть по ещё одной хате, соседской – «на посошок».
Раскова вспомнила этот участок: там некогда жила страшная и мерзкая бабка, звали её Рита, прозвище – «Чапа». Кличку старуха заработала за своеобразную шаркающую походку (чапала), причём передвигалась она вечно в одних и тех же калошах, неважно: лето, осень, зима… лишь иногда, в сильный мороз, могла надеть валенки. Ещё отличительной чертой баб Риты была, её манера речи, она «числилась» хохлушкой у местных, но изрекалась не пойми на каком говоре, который забавлял одинаково и русских людей, и украинцев. Пожилая женщина любила выпить, не вынимала из губ «Приму», бранилась трёхэтажным матом и при этом хотела казаться доброй, всё детям совала конфетки, родители запрещали от неё их брать, мол, – «Порчу наведёт, колдунья!». Ребята боялись старуху, верили – «Она ведьма!» – и обходили стороной. Кате же повезло: Чапа жила по соседству… это являлась единственным неприятным моментом в «крепости» из детства.
– Что с хозяйкой, не знаешь? – Поинтересовалась девушка, следуя за живым «бульдозером», прорывающим проход к дому, крепко держась за его могучие плечи.
– Померла лет пять-семь назад.
– Здесь?! – Несколько испуганно воскликнула девушка.
– Нет, она в посёлке жила новом, там и преставилась, а похоронена на нашей скудельни, да! Место себе купила давно, когда та ещё открыта была для новых жмуриков. Никогда не понимал дурацкой традиции – могилу себе при жизни покупать. На кой чёрт? Так живёшь и знаешь – место тебя ждёт на поярковой даче.
На двери висел массивный, напрочь проржавелый замок. Смирнов схватил его обеими руками, упёрся ногой о стену и выдохнув, – «Э-эх!», – выдрал тот вместе с петлями.
– Ты и подковы руками гнёшь? – Усмехнулась Катя.
– На спор?! Давай!
– Я пошутила. – Слегка толкнула Екатерина приятеля.
Внутри домик оказался в гораздо более плачевном состоянии, чем Катин, разница только – здесь не побывали воришки… колдовская слава его хозяйки, вероятно, сберегла. На полу разбросаны пустые пачки «Примы», бутылки из-под водки и «Портвейна»; чего-то дельного, кроме заслонок для печи, инструмента и множества шиферных гвоздей, не оказалось. Оно понятно – старуха забрала всё отсюда, когда ей выделили домик на посёлке.
– Посвети фонариком, не видно ни черта! – Попросил Миша, стараясь и здесь отыскать тайничок.
Не обнаружили. В один миг, во второй комнате, в левом углу между шкафом и окном, на стуле почудился силуэт человека. Катя вскрикнула, её спутник, машинально швырнул в ту сторону попавшийся под руку точильный камень, он глухо стукнулся об стену, содрав остатки обоев.
Екатерина направила фонарь на угол – ничего! Отвела лучик в сторону – сидит бабка! Так с десяток раз. Старуха точь-в-точь умершая ведьма, показалось Расковой. Самое странное: на стуле ничего не лежало, с чем можно спутать фигуру человека, он был пуст.
– Пойдём отсюда? – Потянула девушка друга за рукав.
– Трусиха? Эх ты, с такой-то фамилией! Это игра теней. Или фантом. Передачу смотрел ночью документальную: в старых домах, от вонючих вещей хозяев разная ерунда происходит, отсюда и байки о привидениях. Не бойся – я рядом!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.