Песня черного ангела
– Денис Александрович во всем разберется. Не забудьте – в шестнадцать ноль-ноль, – напомнила девушка, и ее каблучки зацокали дальше по коридору.
Анна закрыла дверь и, взглянув на часы, вдруг поняла: что у нее осталось только тридцать минут. Решив обойтись без глажки, надела белое ажурное платье, сквозь которое виднелось кружевное белье.
Оглядев себя в зеркале, Анна решила, что ее наряд соответствует курортному антуражу, лицо, несмотря на две бессонные ночи, было гладким, глаза – ясными, а волосы от влажности сами завились и уложились в прическу.
– Все хорошо, – сказала она себе и сама же себя спросила: – Все хорошо?
В кабинет главврача Анна явилась с опозданием, намеренно сократив то, чего не хотела.
Увидев ее, из-за стола встал мужчина в белом халате. У него была приятная внешность и спокойный взгляд интеллигентного человека. В волосах серебрилась едва заметная седина, и было ему лет сорок пять, не больше.
– Стерхова Анна Сергеевна?
– Это я…
– Заждался вас. Ну что ж вы опаздываете? Здравствуйте! – Он протянул руку и в ожидании ответа, исподволь ее оглядел. – Вы ослепительны. Примите мои комплименты.
– А вы очень любезны… – Смутившись, она ответила легким рукопожатием.
– Присаживайтесь. – Веденский проводил ее к креслу и сам вернулся за стол. – Прощу прощения. Надеюсь, вы не обиделись.
– Напротив, мне было очень приятно.
– Вот и хорошо, – он отыскал на столе ее документы и бегло просмотрел врачебные выписки: – Как себя чувствуете?
– Прекрасно.
– Жалобы есть?
– Нет, никаких.
– Пожелания?
– Только одно…
– Слушаю вас внимательно, – Веденский посмотрел на нее спокойным бархатным взглядом.
– Не делайте никаких назначений.
– Ах, вот оно что! – Он улыбнулся и, между прочим, спросил: – Как насчет массажа?
– Это давайте.
Сделав запись, Веденский отложил ручку и произнес:
– Что касается питания, стол у вас общий. Ежедневный тридцатиминутный массаж. В остальном – располагайте своим временем как вам заблагорассудится. Кстати, в каком корпусе вас поселили?
– В главном.
– В целом не плохо, но вот, если бы вы приехали через недельку…
– То что?
– Вас бы поселили в новом, семиэтажном.
– А что мешает это сделать сейчас? – спросила Анна.
– Он еще не запущен. Завтра его принимает комиссия, по поводу чего пройдут торжества.
– Как интересно…
– И знаете… Мне в голову пришла хорошая мысль.
– Поделитесь.
– Что, если завтра я приглашу вас на банкет?
– Нужно подумать.
– Разумеется-разумеется… – Взглянув на часы, Веденский встал с кресла. – Мы с вами еще увидимся.
– До встречи. – Выходя из кабинета, Анна была уверена в том, что Веденский провожал ее взглядом.
Какой бы измотанной, усталой или разочарованной ни была женщина, мужской заинтересованный взгляд она всегда почувствует.
Ближе к вечеру среди отдыхающих пронесся слух, что санаторский пляж расчистили от мусора и прочих последствий шторма.
Узнав об этом, Анна вернулась в номер за купальником.
Дверь в номер оказалась открытой. Войдя внутрь, она увидела горничную.
– Простите… – Женщина сконфузилась, как будто ее застали врасплох. – Перед заселением не успела вымыть окно. А у нас за это наказывают. Думала, хоть теперь успею помыть… – Ее голос звучал неуверенно, даже робко. – Мне шестьдесят, в таком возрасте трудно все успевать.
– Прошу, не извиняйтесь. Можете продолжать. Я на минуту.
Скуластое лицо горничной расплылось в широкой улыбке.
– Вот, спасибо. Нас здесь за все наказывают. Запасной рулон бумаги не положила – штраф. Зеркало не протерла – выговор. Клиент номер прокурил, а ты отвечай.
– Так – на любой работе, – заметила Анна. – Как вас зовут?
– Вера.
– А по отчеству?
Вера махнула рукой и по-хозяйски расправила штору.
– Я привыкла по имени. Хорошо, если Верой назовут. А то и Веркой. Местные, знаете, как? Не шибко церемонятся.
– Погладите мои вещи? Я вам заплачу.
– Все сделаю. Только покажите, где все лежит.
Анна выставила чемодан на середину комнаты и, расстегнув замок, забрала оттуда купальник.
– Берите вместе с чемоданом. Здесь – все. Когда закончите, повесьте вещи в шкаф. – Положив на стол деньги, она спросила: – Вы местная?
– Какая ж еще? Всю жизнь работаю в санатории. Другой работы в Придивном нет. Все местные здесь работают.
– Слышала про сезонных рабочих…
– Эти алкаши приезжают на месяц вахтами.
– Чем занимаются?
– Кто в парке работает, кто на стройке нового корпуса. Кому повезет – в столовой мешки таскают.
– Вчера я была на пробежке… – начала Анна.
– Хорошее дело, – Вера деловито поправила покрывало и мимоходом смахнула с телевизора пыль.
– Бежала-бежала и забежала в низину, в заросли кустарников. Короче, в натуральные джунгли. Там стоит дом – заброшенный коттедж с колоннами…
Лицо горничной застыло, взгляд съехал в сторону, и она стала методически складывать тряпку вдвое, потом вчетверо, а потом еще и еще.
– Не знаете, что это за дом?
– Нет, не знаю. Не слышала.
– Он стоит на территории парка.
– И что ж? В парке вон сколько гектаров. Мало ли чего понастроют… – Вера говорила тихо и скованно, как будто надеялась, что ее не услышат.
– А мне казалось, что Придивный небольшой поселок.
– Ну, как небольшой?.. Это ж как посмотреть.
– Я поняла. Вы не хотите мне отвечать.
Вера жалобно посмотрела на Анну, взяла ее чемодан и бочком двинулась к двери.
– Простите великодушно… Мне нужно работать.
На море стоял штиль, погода окончательно разгулялась. Вода была цвета лазури, со стороны парка тянуло ароматом цветов и запахом мятой листвы. В ста метрах от берега застыл белогрудый парусник с поникшими парусами.
– Интересно, как он поплывет отсюда без ветра? – спросил женский голос.
– Не поплывет, а пойдет, – ответил мужчина. – У него есть мотор.
Анна открыла глаза и подняла голову. Рядом с ней в шезлонгах сидели двое: пышногрудая блондинка с неплохой фигурой и мужчина – хорошо «прокачанный» человек. Оба примерно ее ровесники.
Она перевернулась на спину и села на лежаке. Прикрыв саднившие плечи полотенцем, посмотрела на море. Парусник сдвинулся с места и пошел к далекому пирсу, волоча за собой пенный хвост.
– Нужно собираться, – проговорила блондинка и начала складывать вещи в пляжную сумку. Потом натянула халатик и, застегивая пуговицы, посмотрела на Анну.
Они встретились взглядами, и Анна спросила:
– Сколько сейчас времени?
Ей ответил мужчина:
– Половина седьмого. Идете на ужин?
– Иду, – Анна поднялась с лежака. – Будем знакомы, я Анна.
– Меня зовут Юрий, – из вежливости мужчина затушил сигарету и чуть отступил: – А это – моя сестра.
Женщина протянула руку:
– Элина.
– Очень приятно.
Втроем они дошли до главного корпуса, в вестибюле простились и разошлись по своим номерам.
К ее возвращению вещи уже висели в шкафу. Анна приняла душ, оделась и спустилась в ресторан, где был накрыт ужин.
– Идите к нам! – Из-за ближайшего стола ей помахала Элина.
Предпочитая ужинать в одиночестве, она не искала компании, но отказаться было неудобно.
Как только села, Юрий спросил:
– Откуда будете?
– Из Москвы.
– Выходит, мы все здесь москвичи.
– Резкие, злые и суетливые, – заметила Анна.
– Простите, что?
– Вчера мне дважды дали понять, что москвичей здесь не любят.
– Ну-у‐у… Это не новость, – Юрий махнул рукой.
– Вас это не задевает?
– А я об этом не думаю. Отдых есть отдых.
За ужином они продолжали беседовать, и разговор касался то одной темы, то другой. Когда заговорили об урагане, Элина взволнованно округлила глаза:
– Это было так страшно: ночь, молния, все грохочет. В главном корпусе ветром сорвало кусок металлической кровли. А что творилось на море! Черная вода, и волны высотой с трехэтажный дом!