Вознесенная грехом

 
— Я хочу помнить.
 
— Надеюсь, ты не подумаешь оставить татуировку, — пошутил он сухим голосом.
 
Я пожала плечами.
 
— Насколько все плохо?
 
— Ужасно, — сказал он.
 
— Есть варианты свести татуировку.
 
— Я знаю, — сказала я.
 
Я еще даже не осмелилась оглянуться через плечо. Позже придет время встретиться лицом к лицу с этим ужасом.
 
Доктор накрыл татуировку бинтами, а Маттео накинул мне на плечи одеяло, после чего мы сидели в тишине, ожидая окончания битвы. Я видела по лицу Маттео, что он хотел вернуться и принять участие в кровопролитии. Я была благодарна, что он остался со мной. Не хотелось сейчас оставаться одной.
 
Мои мысли вернулись к Мэддоксу, который рисковал всем, ради моего спасения. Позвонить отцу и рассказать ему о клубе было равносильно самоубийству. Он сказал мне, что любит меня. Я не доверяла своим собственным чувствам. Может ли настоящая любовь зародиться в неволе?
 
 
 
Глава 18
 
 
 
Мэддокс
 
 
 
Я наблюдал, как Марселлу утаскивал брат Витиелло, любитель ножей. Ее глаза вспыхнули паникой, остановившись на мне, и она крикнула своему отцу, чтобы он пощадил меня.
 
Я криво усмехнулся. Выражение, которое я увидел на лице Луки Витиелло, было таким, какое я видел много лет назад: он пришел, чтобы калечить и убивать, никого не щадя. Конечно, не меня, и не Грея тоже. Я не заслуживал пощады и никогда не хотел ее. Мой взгляд метнулся к брату, сгорбившемуся за диваном. Мне наплевать на свою жизнь, но я бы вытащил Грея отсюда живым, даже если бы мне пришлось убить Луку и его людей.
 
Я сделал безумный рывок к дивану и приземлился на пол рядом с Греем. У него текла кровь из пулевого ранения в предплечье, но в остальном он выглядел невредимым. Я проверил рану, игнорируя его вздрагивание, когда надавил пальцем в его разорванную плоть. Пуля застряла, что неплохо, учитывая, что это предотвращает еще большее кровотечение. Позже будет время вытащить ее.
 
Грей держал пистолет в левой руке, но, зная, что он предпочитает свою правую, теперь раненую руку, он мог бы с таким же успехом быть безоружным.
 
— У тебя есть патроны?
 
Он кивнул.
 
— Еще четыре выстрела.
 
Этого недостаточно против армии, с которой мы столкнулись. Этого недостаточно даже против Луки, блядь, Витиелло, жаждущего крови.
 
— Хорошо, послушай меня, Грей. Я постараюсь отвлечь их и выпущу в них все пули, которые у меня есть, чтобы ты мог спасти свою жалкую задницу.
 
Его глаза расширились.
 
 
— Я не убегу, как трус. Отец нуждается в моей помощи.
 
— Эрл убежал наверх, спасая свою задницу, оставив тебя здесь разбираться с Витиелло и его армией. Он не заслуживает твоего беспокойства.
 
Грей покачал головой.
 
— Я не трус.
 
— Нет, ты не трус. Но ты также не дурак, и оставаться здесь очень глупо. Мы не сможем выбраться отсюда живыми, не с численностью против нас. Но ты знаешь все тайные тропинки леса. Если кто и может сбежать отсюда, так это ты.
 
Грей продолжал качать головой.
 
Я схватил его за куртку.
 
— Черт. Ты нужен маме. Если мы с Эрлом умрем, тогда ты ей понадобишься.
 
Это, казалось, проникло в его толстый череп.
 
— Вылезай, Уайт, — крикнул Лука.
 
Я предположил, что он имел в виду меня, учитывая, что Эрл побежал наверх, прячась.
 
Я кивнул в сторону Грея.
 
— Когда я подам тебе знак, ты побежишь к задней двери так быстро, как только могут твои ноги, понял?
 
Я не стану ответственен за его смерть.
 
— Понял, — пробормотал Грей.
 
— Хорошо.
 
Я вскочил на ноги и начал стрелять во всё, что двигалось. Лука и еще один незнакомый мне мужчина искали укрытие снаружи, но продолжали стрелять в меня. Амо Витиелло спрятался за перевернутым бильярдным столом, но тоже выстрелил в меня. Я нырнул за диван, радуясь металлическим листам, которые Гуннар прикрепил к нижней стороне несколько недель назад, готовясь к возможному нападению.
 
Я вскочил как раз в тот момент, когда Лука и двое мужчин снова вошли. Я поднял пистолет, готовый проделать дырки в каждом.
 
Лука был отвлечен тем, что его сын сделал безумный рывок наверх, вероятно, чтобы убить оставшихся байкеров в одиночку. Я знал это непобедимое чувство моих подростковых дней.
 
— Следуйте за Амо! — прорычал он своим людям.
 
Они не колеблясь бросились за младшим Витиелло, оставив своего Капо наедине со мной.
 
— Беги, — крикнул я Грею, когда использовал этот единственный в жизни момент и бросился вперед.
 
Витиелло отреагировал слишком поздно, и я налетел на него, отчего мы оба полетели на пол. Он схватил меня за горло, перекрыв доступ воздуха, но я только крепче сжал нож и вонзил его ему в ногу, единственное место, до которого я мог дотянуться. Ублюдок едва поморщился, но его хватка на моем горле ослабла достаточно, чтобы я сделал глубокий вдох. В его глазах я увидел ту же ненависть, что и почувствовал.