Вознесенная грехом

 
 
 
 
 
Марселла
 
 
 
 
 
Мама с беспокойством смотрела на меня, когда мы сидели за обеденным столом. Мэддокса отпустили утром, а Маттео даже дал ему свой мотоцикл, потому что Мэддоксу нужно было выполнить несколько дел. Я подозревала, что он отправился на поиски своего брата и матери, чтобы убедиться, что с ними все в порядке. И все же я надеялась, что он придумает способ связаться со мной.
 
 
— Маттео не следовало отдавать ему свой байк. Я просил его об этом несколько месяцев, а он просто подарил его нашему врагу, — пробормотал Амо.
 
 
— Это был не подарок. Он должен его, пока он не вернет его по возвращению, — твердо сказала я.
 
 
Амо покачал головой.
 
 
—
Верно
.
 
 
— Марселла, — начал папа, явно пытаясь нанести удар как можно мягче.
 
 
Я знала, о чем они все думали.
 
 
— Мэддокс не сбежал. Он позаботится о нескольких делах, а затем вернется в Нью-Йорк, чтобы проявить себя.
 
 
Папа посмотрел на маму.
 
 
— Марселла знает его лучше, чем мы, — сказала она в своей обычной дипломатической манере. — Если она доверяет ему, уверена, что у нее есть на то свои причины.
 
 
— Спасибо, мама.
 
 
— Но я действительно хочу встретиться с ним лично как можно скорее.
 
 
Я подавила улыбку, услышав внезапную сталь в ее голосе.
 
 
— Я представлю его тебе.
 
 
Я не пропустила настороженное выражение на лице папы. Он, вероятно, стоял бы на страже каждую секунду, пока мама встречалась с Мэддоксом. Это странно. Несмотря на его радиомолчание и сомнения моей семьи в его возвращении, я верила, что он вернется. После того, чем он рисковал, чтобы спасти меня, я уверена в его чувствах ко мне.
 
 
 
 
 
***
 
 
 
 
 
Когда на следующее утро не было ни слова о Мэддоксе, я действительно начала нервничать. Но я не хотела тратить время на беспокойство. Мэддокс вернется, а если он этого не сделает... тогда он никогда не заслуживал меня с самого начала. И все же при мысли об этом у меня болело сердце.
 
 
Я решила отвлечься тем, что собиралась сделать уже пару дней. Я позвонила Гроулу и спросила, может ли он забрать меня и отвезти в приют, который он построил вместе с Карой, помогая подвергшимся насилию бойцовским собакам. Папа упоминал, что они отвезли туда ротвейлеров.
 
 
Тридцать минут спустя он остановился перед нашим особняком. Два телохранителя ждали перед дверью, когда я вышла на улицу. Они проводили меня до машины Гроула, затем сели во вторую машину и последовали за нами.
 
 
— Спасибо, что приехал так быстро, — сказала я.
 
 
— Я удивился, что ты хочешь увидеть собак.
 
 
— Сначала я боялась их, но потом как-то привязалась к собаке, которая находилась рядом с моей клеткой. Ее зовут Сатана, но она была тяжело ранена. Ты не знаешь, выжила ли она?
 
 
— Я не знаю их имен. Мне все еще нужно дать им имена.
 
 
— Пожалуйста, не называй ее Сатаной.
 
 
Гроул кивнул.
 
 
— Должна признать, что снова увидеть собак не единственная причина, по которой я попросила тебя забрать меня.
 
 
— Я понял, — прохрипел Гроул. — Твой отец сказал мне, что ты присоединишься к бизнесу.
 
 
— Я хочу возглавить нашу команду Головорезов, координировать атаки на МотоКлубы, которые доставляют нам проблемы, а также найти оставшихся байкеров Тартар, представляющие опасность.
 
 
Гроул просто кивнул, но я действительно хотела, чтобы он что-нибудь сказал.
 
 
— Я хочу знать, возникнут ли у нас проблемы из-за того, что я девушка, или из-за того, что ты хотел возглавить команду Головорезов.
 
 
— У меня нет проблем с тем, чтобы служить тебе, и я никогда не горел желанием никем управлять. Я доволен работой, которую выполняю на ежедневной основе.
 
 
— А что насчет других Головорезов? Они тебе что-то говорили?
 
 
— Большинство из них знают, что лучше не ругать тебя.
 
 
Они боялись моего отца, но не уважали меня. Я бы сделала все возможное, чтобы изменить это. Почти через час мы прибыли к зданию приюта с несколькими огромными огороженными участками. Мы вышли, и к нам подошёл долговязый парень лет двадцати.
 
 
— Трудные подростки управляют приютом под твоим руководством, верно?
 
 
— Это дает им и собакам новый дом.
 
 
Гроул привел меня на меньшую площадь, где в общей сложности содержалось десять ротвейлеров.
 
 
— Они еще не ладят с другими собаками, поэтому мы должны держать их отдельно.
 
 
Не
потребовалось много времени, чтобы заметить Сатану, и облегчение нахлынуло на меня. Ее бок был перевязан, и она вынуждена была находиться в конусе, чтобы не зализывать рану, но в остальном она выглядела хорошо.
 
 
— Она одна в клетке, потому что другие собаки не приняли бы ее, пока она ранена.