Загадка верфей

Откуда же ты такой взялся, громила? Уж не сбежал ли из цирка? Кажется, не так давно в моду вошло засовывать голову в пасть крокодилам и учить медведей, чтобы они ездили на велосипеде. Нет, не может быть, в цирке учат вежливо общаться с публикой…
— Да вот всё жду, когда твои друзья появятся, — спокойно отреагировал, демонстративно зевнув.
— Кто? — удивился тугодум.
— Те двое, что следили за мной от самой Ласточки. Мне не совсем понятно, почему на «переговоры» ты явился один. Ну, так где твои подельники? — я стал оглядываться, подмечая, где могли спрятаться другие две тени.
— Со мной никого не было, — неуверенно соврал громила.
— Ага, а у меня благословение от самой Небесной Старицы, — сыронизировал я, памятуя, что обычно в храм богини, что располагается к юго-востоку от Лорнака, по весне паломничают юные девушки. Среди горожан считается, что только девственницы могут вступить на мрамор цвета морской пены и попросить благословения на рождение здорового малыша. Отдавая дань традициям, девушки отправляются в этот храм перед тем, как выйти замуж.
— Чего-о-о?! — возмутился было здоровяк, но в этот момент из темноты позади него шагнуло ещё двое людей.
Один, судя по всему, ещё совсем подросток. Худой, угловатый, с глубоко натянутым капюшоном. Второй — молодой человек лет двадцати пяти, не меньше, но вряд ли больше, в зауженных кожаных штанах и просторной рубашке. Далеко не такой мускулистый, как первый тип, скорее просто жилистый, с длинными светлыми волосами, стянутыми шнурком в высокий конский хвост.
— Успокойся, Череп. Этот тип нас заметил, только и всего. Ничего страшного, — произнёс блондин, кладя руку на плечо своему другу. — А что касается вас, — он окинул меня пристальным взглядом, — то повторю слова Черепа: пожалуйста, держитесь подальше от нашего шефа. Вы выглядите как джентльмен, и я уверен, что вам не нужны проблемы.
Ого-го-го! На «вы», «пожалуйста», «вам не нужны проблемы» вместо «ваш труп украсит эту сточную канаву или станет отличным кормом для оголодавших за зиму бесов»… Передо мной точно выходец рыбацкого квартала?
— А если ваш шеф меня сама позвала? — спросил, не пряча ухмылку.
Интересная, однако, троица.
— Среди ночи на свою Ласточку, куда допускает лишь доверенных лиц? Исключено, — уверенно заявил блондин.
Моё изумление продолжало нарастать, как туман в осенние месяцы над Лорнаком.
— А если я любовник Грейс?
При слове «любовник» блондин еле заметно дёрнулся, а вот громила и подросток остались стоять неподвижно.
— Исключено. За последний год у неё был лишь один мужчина — Кай Ксавье, — тут же возразил слишком воспитанный для вора собеседник. Однако мимика выдала его эмоции с головой. Ему было явно неприятно думать о том, что между мной и Грейс может быть что-то интимное. — Но он покинул королевство с важной королевской миссией на долгое время. Вон, даже родовой особняк свой продал. Вряд ли вернётся.
Я чуть было не поперхнулся от такой новости, чувствуя, как внутри меня начинает забавляться морской бес. Так это я ещё должен убеждать их, что, во-первых, никуда не уезжал, а, во-вторых, действительно общаюсь с Грейс по деловым вопросам?!
— Тем не менее, — продолжил мужчина, повернувшись ко мне так, что теперь я за его спиной увидел заряженный арбалет, — на вашем месте я бы не стал настаивать на том, что вы и есть тот самый Кай Ксавье.
На моём имени кулаки блондина еле заметно сжались, а голос непроизвольно понизился. Удивительно, неужели я успел ему когда-то насолить? Странно, не помню его лица, а память на людей у меня феноменальная…
— И почему же мне не стоит настаивать на том, что я и есть Кай Ксавье, редкий специалист по языку тела?
— Потому что среди наших ему давным-давно дали прозвище Король Лжи. Это профессиональный лжец и самый хладнокровный убийца, которого когда-либо видывал свет. Говорят, он убил своего отца, будучи несовершеннолетним, а потом виртуозно обвёл жандармерию вокруг пальца и, насобирав компромат на комиссара, сделал вид, что работает на королевство. Он продал свою душу самому Дьяволу.
— Если он вернётся из своего путешествия, то мы убьём его! — неожиданно поддакнул до сих пор молчавший подросток.
— Мелкий! — хором одёрнули его здоровяк и блондин.
— Кто же такое говорит? — не без изумления услышал я собственный чуть хрипловатый голос. — И как к вам, кстати, обращаться?
Не сказать, что я сильно любил отца или хотя бы простил его за многолетние избиения и шрамы, но что-что, а смерти ему не желал. Да и слухи про комиссара жандармерии, если честно, мне совсем не понравились.
— Неважно, кто такое говорит. — Молодой человек передёрнул плечами, словно вспомнил что-то неприятное. — Меня зовут просто Эльфом, а это Череп и Мелкий, — он махнул рукой в сторону приятелей.
— Эльф? — удержаться от усмешки было очень сложно.
Стоящий передо мной молодой человек действительно чем-то напоминал древних лесных магов. На изображениях их всегда рисовали худощавыми, светловолосыми, с бровями вразлёт и эдаким надменно-горделивым выражением лица. Да уж, в который раз поражаюсь, насколько метко преступники подбирают прозвища своим собратьям, а ведь именно благодаря банде Одноглазого я в своё время и стал Королём Лжи.
— Не из-за волос, — тут же хмуро ответил блондин, — из-за лука. Раньше я носил его, когда занимался охотой на оленей, но в городе он слишком заметен и вызывает недоумение на лицах жандармов. Пришлось сменить на арбалет.
Я хмыкнул. На месте жандармов я бы тоже заинтересовался молодым человеком с луком за плечами. В городе в принципе разрешено носить оружие, если это не картечные пистоли или редкие артефакты, что могут за одно мгновение положить сразу с десяток горожан, но лук… слишком специфично и оригинально.
Кажется, последнюю фразу я произнёс вслух.
— Зато честно. — Эльф гордо вскинул подбородок вверх. Я считаю нечестным охотиться на зверей с удлинёнными пороховыми пистолями. В отличие от нас, животные используют лишь когти и клыки — то, что дано им природой.
— А от пульсаров у них мясо становится невкусным! — вставил своё слово Мелкий, но мгновенно замолчал под перекрестием взглядом своих приятелей.
— И вот до чего доводит твоя наивная вера в честную охоту. — Я качнул головой в сторону громилы. — Неужели эти шрамы стоят твоей справедливости? Вон тот, что у сонной артерии и замаскирован татуировкой под птицу, мог привести к смерти, расположись он на дюйм выше.
Мелкий и Череп неожиданно переглянулись, а затем синхронно уставились на Эльфа. Пауза неожиданно затянулась.
— М-м-м-м, да… именно поэтому мы и решили бросить лесной промысел и перемеситься в город, — наконец произнёс блондин.
Так-так-так. Ни фунта правды в словах моего нового знакомого. И Мелкий с Черепом насупились так, будто их попросили проглотить вонючую каракатицу живьём.