Бесконечный коридор

Пол закрыл дверь. Он не доверял собственному голосу. Обняв уже в открытую плакавшую Лорну, он повел её в гостиную, а, проходя мимо Дженни тихонько пробормотал: 
- На то были свои причины. 
В гостиной он усадил плачущую девочку на диван, а сам уселся рядом и начал снова гладить её по волосам, приговаривая: 
- Ну не плачь, моя родненькая. Успокойся, пожалуйста. 
- Боже мой, папочка, как это страшно! И почему все так вышло? - Она подняла к нему замурзанное личико. - Что же нам делать, папочка? 
- Да, малышка, это ужасно. Даже не знаю, что тебе сказать. Постой-ка, ты даже пальто не сняла. 
Взяв Лорну за руку, он помог ей встать и подвел к камину и придвинул кресло. 
- Вот, садись, а то до костей промерзла. Совсем в ледышку превратилась. Когда же вы выехали? 
- Сегодня утром, в десять часов. 
- А как... вы узнали? 
Лорна не ответила, повернув заплаканное лицо к Дженни, которая вошла и остановилась в дверях. Однако Дженни ответила не сразу. Она подошла к дивану, уселась на самый краешек, а потом, глядя на Пола, заговорила безжизненным голосом: 
- Мы уже шли на завтрак, когда повстречали семью Тернбулла бухгалтера. Они приехали только поздно вечером накануне. Увидев нас, они страшно удивились и выразили Лорне сочувствие по поводу смерти матери. 
Пол опустил глаза и склонил голову. 
- Извините, но я поступил так, как думал лучше. 
Дженни вздохнула, но когда потом заговорила, голос её звучал чуть оживленнее: 
- Я так и думала. И все же, мне кажется, было бы лучше, если бы ты позвонил. - Она снова вздохнула. Потом, повернувшись к Лорне, сказала: - Ты не сможешь сварить нам кофе, Лорна? 
Пола эта просьба удивила, тем более учитывая, в каком состоянии находилась девочка. Он сразу предложил: 
- Нет, нет, Лорна, посиди, я сам сделаю кофе. 
Однако Дженни его остановила: 
- Пожалуйста, Пол, позволь Лорне этим заняться. 
Лорна посмотрела на Пола, затем перевела вопросительный взгляд на Дженни. Та кивнула: 
- Разлей его по чашкам и принеси сюда, хорошо? 
- Да, тетя Дженни, - смиренно произнесла Лорна. Она поняла, что тетя хочет поговорить с Полом, и догадалась - почему. 
Не успела дверь за ней закрыться, как Дженни вскочила, подошла к камину и, опершись на него, спросила: 
- Скажи мне теперь, как это случилось. 
Пол беспомощно молчал. Он даже не знал, с чего начать. Дженни казалась совсем чужой. Он по-разному представлял себе встречу с ней, но такой холодности не ожидал. 
- Не знаю, сказали тебе или нет, - заговорил наконец он, - но она покончила с собой. 
- Да, они нам сказали. Миссис Тернбулл, по-моему, получает садистское удовольствие, сообщая неподготовленным людям страшные новости. Поначалу я даже ей не поверила. Если бы не Лорна: бедняжка сразу разрыдалась и с тех пор никак не может успокоиться. Представляешь, она винит себя в смерти Бетт! 
- Господи, какая чушь! 
- Нет, Пол, с её точки зрения,это вполне серьезно. Она без конца вспоминает, какие проклятья сыпала на голову матери в последнее время. Мне самой стало страшно, когда я услышала её признания. 
- Она тебе все это рассказала? 
- Да. Всю дорогу мы только это и обсуждали. 
- Что ж, - пожал плечами Пол, - в конце концов, это не столь уж необычно для обиженных детей. 
- Но она уже не ребенок, Пол. Или ты этого не замечаешь? Она уже давно не ребенок. Более того, она даже взрослее многих своих сверстников... - Ее рука взлетела к волосам. - Господи, и почему только ты решил не говорить нам? 
- Мне казалось, что Лорна не перенесет ещё одного удара. Две страшных новости подряд... Да потом ещё и столь длительная обратная дорога. 
- Ты и правда предпочел бы, чтобы мы прожили там целый месяц, так ничего и не зная. И даже мне не собирался сказать? Не понимаю. 
- Да, это трудно понять, - согласился Пол. 
Дженни пристально посмотрела ему в глаза, затем отошла от камина и села в кресло. 
- Кто её нашел? - спросила она. 
- Мэгги. 
- По словам миссис Тернбулл, она выпила целый пузырек снотворного. Это так? 
- Да. Около полуночи она спустилась и зашла в приемную, где хранятся все медикаменты. Ей это было не сложно - она знала, где я держу ключи. 
- Будь здесь я, этого не случилось бы. 
Пол быстро вздернул голову. 
- Что! И ты туда же? Не говори глупости, Джинни! 
- Это вовсе не глупости. Я абсолютно уверена: не оставь я её в эту страшную минуту, она не пошла бы на такое. Я просто печенкой чувствовала, что не должна уезжать. Все во мне этому противилось. 
- Ты это сделала ради Лорны, - напомнил Пол. - По моему настоянию. 
Он шагнул было к ней, но в это мгновение послышались шаги и в гостиную вошла Лорна. Поставив на столик поднос, она взяла чашку и молча подала Дженни. Другую чашку она вручила отцу, а затем, взяв оставшуюся, села на диван и стала молча помешивать кофе. 
Они сидели и молчали, как трое незнакомцев. Все испытывали неловкость, словно дожидаясь сигнала, чтобы уйти. Когда молчание стало вконец невыносимым, Пол наклонился к Лорне и произнес: 
- Ты, наверное, совсем устала, малышка. 
- Да, - кивнула Лорна, не поднимая глаз. 
- Ложись спать пораньше. Утро вечера мудренее. 
И снова она кивнула. 
- Мы все сегодня ляжем пораньше. Пойду включу обогреватели. 
Он поставил недопитую чашку на стол, когда Дженни сказала: 
- Я поеду домой, Пол. 
Не успел он раскрыть рот, чтобы возразить, как вмешалась Лорна: 
- О нет, тетя Дженни! Не уезжайте! 
- Нет, Лорна, мне лучше уехать, но завтра утром я вернусь. 
Беспомощно глядя на повернутое в профиль лицо Дженни, Пол почувствовал происшедшую в ней перемену. Он понял, что ему предстоит нешуточный бой за то, чтобы восстановить их прежние отношения, причем выиграть этот бой ему будет даже сложнее, чем вернуть любовь Лорны. А ведь ещё час назад он мог только мечтать об их возвращении. Увы, реальность не только оказалась суровой, но и поставила его перед лицом новых, почти непреодолимых трудностей. А что он ждал от Джинни? Пол прекрасно понимал, что она будет расстроена, но даже представить себе не мог, что и она станет винить себя за смерть Бетт... Брайан, потом Лорна, Джинни, да и он сам - все мучились угрызениями совести. А ведь Бетт вовсе того не стоила, вдруг с горечью подумал он. Мало того, что за всю жизнь она не совершила ни одного доброго поступка, так и после смерти продолжала отравлять существование стольким людям! Пол понимал, что мысли его кощунственны, что о мертвых даже думать плохо нельзя, но ничего не мог с собой поделать. Он слишком любил Лорну и Джинни, и не мог без боли смотреть на их страдания. Джинни! Он должен во что бы то ни стало поговорить с ней. Вдруг это показалось Полу самым важным из всего, что его заботило. Но только сделать это надо осторожно и с умом.