Поиграем (ЛП)

— Вы все довольно большие парни.
— Тебе нравится регби?
— Честно говоря, я не знаю.
Колин улыбнулся.
— Мы можем поработать над этим. Заявляю тебе дорогая, к тому времени, как мы закончим с тобой, ты будешь фанаткой регби.
— К тому времени, как закончим со мной?
— Что ж, как только Эйдан убедит тебя простить его за то, что он полный мудак, мы ожидаем увидеть тебя снова. — Он одобрительно похлопал Эйдана по плечу, ловко взял три бокала и понес их своим друзьям.
Я сердито посмотрела на Эйдана.
— Ты рассказал им?
— Они хотели знать, почему моя дружба с Лэйной закончилась.
Понимая, что ее предательство далось ему гораздо сложнее чем мне, я сказала:
— Извини, Эйдан. Я знаю, что вы были давними друзьями.
— Ага, никто не может поверить в такое. — Он покачал головой. — Я не хочу зацикливаться на этом. Хочу двигаться дальше.
— Так сделай это.
— Нора! — Я на мгновение зажмурилась и повернулась в направлении крика. Киран посмотрел на меня с другого конца бара. — Может перестанешь флиртовать и поможешь нам?
Вспыхнув, я оттолкнулась от стойки.
— Долг зовет.
— Я буду там. — Эйдан схватил свой бокал и указал на стол.
Зная, что у меня нет слов, чтобы заставить его передумать, я кивнула и пошла обслуживать клиента.
Однако весь оставшийся вечер я чувствовала Эйдана, даже когда он общался со своими друзьями и не оглядывался на меня. Я чувствовала его. И не могла выбросить из своей головы печаль в его глазах.
Эйдан потерял так много за такое короткое время, и это нас связывало. Так что я понимала его, как никто другой.
Я слишком боялась потерять ту себя, кем стала — ту, кто мне нравился, ту, кого я уважала, — если начну отношения с мужчиной, который невольно заставил меня усомниться в собственной самооценке в отношении его привязанности. Но я также переживала за Эйдана. И подумала, а не нужно ли ему с кем-нибудь поговорить.
Меня все еще слишком сильно это заботило. 
  
Глава 29
 
Забыв, что на дворе апрель, я приняла глупое решение, поверив солнцу и весеннему, теплому не по сезону вечеру. Просидев полдня в университетской библиотеке с домашним заданием, я отправилась в театр в балетках, летнем платье и кардигане. Покинув библиотеку, вышла на Медоуз (Прим.: The Meadows — (Заливной луг, Луга) Открытый парк в Эдинбурге, популярное место для отдыха и физической активности) и увидела, как над головой предупреждающе заклубились темные тучи.
— Пожалуйста, только не дождь, — пробормотала я себе под нос.
Но мои просьбы не были услышаны.
Дождь внезапно обрушился сплошным ливнем, и мгновенно промочил волосы и одежду до нитки. Когда под ливень попали и посетители парка, разразились крики. Я подняла сумку, чтобы прикрыть голову и побежала к Гилмор-Плейс.
Ноги в балетках скользили по мокрому тротуару, и я выругалась, когда чудом удалось избежать встречи лица с асфальтом. Остановившись на светофоре, на углу улиц Левен и Хоум-стрит, я проигнорировала сочувствующую улыбку женщины за рулем и улюлюканье парней на следующей проезжающей машине.
Я посмотрела на себя и покраснела, обнаружив облепляющую тело одежду.
Прекрасно.
Бесполезно надеяться, что Эйдана не будет на репетиции, и он не увидит меня такой. Хотя он не появился в пабе в мою последнюю смену, но накануне пообещал встретиться на репетиции в понедельник, и он был там. Флиртовал со мной. Очаровывал. И вообще разозлил Квентина и Аманду, — которая особенно была не в восторге из-за внимания Эйдана не к ней. Хотя это немного раздражало, другая половина меня, как мы все знаем, была слаба и любила его внимание.
В конце концов, я пересекла улицу и побежала вперед по Гилмор-Плейс, забрызгивая грязной водой луж свои голые ноги.
Я толкнула двери в здание, ожидая, что они распахнутся, и хмыкнула, когда этого не произошло. Взялась за огромные дверные ручки, снова толкнула.
Ничего.
Я потрясла ими.
Ноль.
Что за хрень...
Дрожа, я нырнула под крошечный выступ здания и посмотрела влево-вправо по улице в поисках признаков моих коллег по труппе.
Никого.
Вздохнув от раздражения, я порылась в сумке, копаясь в бумагах и книгах, и нашла свой телефон. Пролистала сообщения, ища объяснения, почему двери театра заперты, когда уже время начинать треклятые репетиции. Ничего.
Выругавшись, я нажала на вызов номера Квентина.
— Что? — рявкнул он на третьем гудке.
— Где все? — спросила я без предисловий. — Двери в театр заперты.
— Ты на репетиции? — спросил он, звуча так же раздраженно, как и я. — Теренс, ты должен был написать всем!
— Я и написал всем! — услышала я отдаленный вопль Теренса.
— Да? Ты не писал Норе, паршивец!
— Я написал Норе!
— Он не писал мне. — Мои зубы начали стучать. — В чем дело?
— Я вчера, к чертям, сломал ногу.
Беспокойство отвлекло меня от холода.
— Как?
— Теренс оставил ботинок на лестнице. Хочу сказать, что теперь он мой личный мальчик-на-побегушках. И так как нога немного болит, я перенес репетиции на субботний полдень, к большому разочарованию каждого. Очень любезно с их стороны. Я имею в виду наш актерский состав и техническую группу. Они очень расстроены… Нора, это был сарказм — на самом деле они лицемеры и злодеи, ну, большинство из них.
— Надеюсь, вы в порядке.
— Конечно, Нора, милая. Извини, Теренс иногда полный и абсолютный придурок. Надеюсь, ты не попала под ливень.
— Нет, я в порядке, — соврала я. — Выздоравливайте. Увидимся в субботу.
Мы отключились, и я обняла себя, молясь, чтобы мимо проехало такси и мне больше не пришлось вбегать в потоп. Я дрожала и тряслась как мокрая собака, чувствуя себя несчастной и жалкой, когда темно-зеленый «Рендж Ровер» свернул на улицу и остановился возле здания.
Окно с пассажирской стороны опустилось и в нем появилось лицо Эйдана.
— Залазь! — закричал он сквозь дождь.
Впав в шок от его внезапного появления, мое сердце так сильно заколотилось в груди, что я не могла пошевелиться.
— Нора, быстрее! — На этот раз Эйдан говорил с раздражением, и это вывело меня из ступора.
То ли решила, что лучше быть в компании Эйдана, чем подхватить грипп, то ли нашла предлог побыть рядом с ним и не чувствовать, что предаю себя.
Крепко сжав сумку, я полетела вниз по ступенькам к внедорожнику.
Тепло охватило меня сразу, едва села на пассажирское сиденье и закрыла дверь. Эйдан включил отопление на всю катушку.
— А как же сидение, — предупредила я, избегая его взгляда.
— Как будто прямо сейчас меня заботит это сидение. Ты вымокла до нитки.
— Немного. — Мои зубы стучали. — Или много.
Ругаясь себе под нос, Эйдан влился в поток машин.
— Ты не получила сообщение, что репетиция перенесена?
— Очевидно, я была единственной.
— Ну, слава богу, я возвращался домой из студии и решил заскочить на случай, если кто-то не получил сообщение.
— Да, хорошо решил. — Я все еще не могла смотреть на него. — Новая машина?
— Да.
Я тихо сидела, дрожа, когда он ехал по Фонтан-Бридж.
— Не мог бы ты высадить меня у моего дома?
— К тому времени, как доберемся туда, ты можешь заболеть, — сказал он нетерпеливо.
К тому времени, когда мужчина припарковался в гараже под своим зданием, выпрыгнул из машины, и начал обходить ее, беспокойство вовсю грызло меня.
— Эйдан, я в порядке, — сказала, когда он открыл дверь и протянул руку.
Эйдан отказался уйти с дороги, и у меня не осталось выбора, кроме как принять его руку.
Громкий резкий вздох, заставил поднять голову.
Взгляд Эйдана был прикован к моему телу, ткань платья так прилипла, что оставляла мало места для воображения.
Я покраснела, и попыталась застегнуть кардиган.
Эйдан схватил меня за руку и отвел взгляд, но я заметила, как его щеки вспыхнули.
Мои соски уже были твердыми от холода и влаги, и теперь еще и грудь казалась набухшей, потяжелевшей и тугой.