Подарок для Повелителя. Ч. 1-3 (СИ)
Принц вздрогнул, и я почувствовал себя отомщенным: кто там говорил, что кошек не боится? Растерянно моргнув, он медленно присел и незрячим движением попытался найти котенка, а тот и рад стараться: тут же подставил голову под руку и довольно заурчал.
— Тебя каким ветром занесло сюда, малыш? — все же принц совсем еще ребенок: столько восторга из-за какого-то кошака! — Может, ты кушать хочешь?
Похоже, весь мир сговорился против меня. Надоело сотоварищам поддерживать невидимость на полосатом вредителе, и принц получил возможность воочию лицезреть котенка. Все бы ничего, только вот кофейно-молочная полоска среди кошачьих встречается ненамного чаще, чем у эльфов. А сходство, между прочим, даже больше чем я думал: добавьте к редкому окрасу торчащие ушки и повышенную лохматость и получите исчерпывающее описание обоих "детишек".
— Может быть, покажетесь уже? А то я Вашего кота в заложники возьму, — да я бы половину годового жалования отдал тому, кто освободил бы меня от царапающегося паразита! Только мучиться мне с ним теперь до конца жизни и никуда я от него не денусь…
— Ваше Высочество, — поклонился и замер, дожидаясь пока меня обнаружат. А Кирриэль пусть подавится.
— Это Ваш? — улыбнувшись, принц погладил мурчащего котенка. Мимолетный взгляд на меня, и в его глазах промелькнуло узнавание. Все же глупо было надеяться, что принц меня не узнает. — Это Вы…
— Сариэл, лейтенант Летучих Мышей.
— А его как зовут? — принц кивнул на разомлевшего котенка, тут же забыв про меня. Кажется, его Высочество сегодня не изволит гневаться.
— Фимаир, — покосившись на беззвучно смеющегося Кирриэля, нехотя пояснил, — Фимаир означает "нагоняющий ужас".
— Какой же это ужас? — принц недоуменно хмыкнул, — он же еще маленький.
— Вы правы, пока ужас маленький и совсем не страшный, зато когда он вырастет, я к нему уже привыкну… Потому что, как Вы правильно заметили, Летучие Мыши котов не боятся, вот я и тренируюсь, чтобы не позорить клан. — Оттарабанил на одном дыхании, словно перед командиром отчитался.
— Зачем Вы меня звали? — Что ж, раз отвлечь принца от обстоятельств нашей встречи не удалось, придется признаваться, что звал я вовсе не его. Пусть уж лучше знает правду, чем думает, что все те далеко не лестные эпитеты предназначались ему. — Тогда кого? — принц гневно воззрился на меня… Сам догадался, умный мальчик. — Его что ли?
Я кивнул, признавая, что столь высоким титулом величал котенка, и замер с опущенной головой. Удачная шутка, когда-то одним махом пресекшая все смешки за спиной, больше таковой не казалась. Не стоило задевать честь правящего рода, но как можно всерьез воспринимать всклокоченного пацаненка, мяукающего на крыше?
— Зачем Вы его зачаровали, если потом сами же найти не могли? — ледяной тон не оставлял сомнений — оскорбление без должного наказания не оставят.
— Вы правы, это была плохая идея.
Надо отдать принцу должное, ничего общего с тем пареньком с крыши, так похожим на взъерошенного кота, не осталось: властный голос, холодный взгляд, неестественно прямая спина — настоящий Наследник.
— Вот Ваш потеряшка, — принц вручил мне Фимку, — надеюсь, Вы больше не будете проводить над ним опыты.
Небрежный кивок, и Наследник оставил меня в компании радостно когтящего меня кота.
— Ваше Высочество! — догнать его не составило большого труда, — позвольте, я сам доложу Повелителю о своем… — на мгновение задумался, подбирая слово помягче, но… надо называть вещи своими именами, — о нанесенном Вам оскорблении.
Вот так по глупости в один день рушится карьера… Хотя, наверное, это была всего лишь отсрочка — после того как я сбросил принца с крыши, рассчитывать мне особо не на что, пусть я и отделался в тот раз строгим выговором и внеочередным дежурством. Еще одного "проступка" мне уже не простят. Но надо хотя бы уйти с честью…
— Вы, правда, думаете, что это может меня задеть? — принц дернул уголком рта. Чтобы он ни говорил, без всякой магии видно, что обиделся.
— Ваше Высочество, я прошу у Вас прощения и разрешения самому… — не может же он мне отказать в такой просьбе?
— Отпустите лучше ужастика, — перебил меня принц. Я поставил на пол беспокойно копошащегося котенка и посмотрел на принца, ожидая его решения. — Если он принц, то кто, по-вашему, тогда я? Нет, не говорите, я сам угадаю… — принц рассмеялся так искренне и заразительно, что я с трудом сдержал улыбку. — Лейтенант, скажите, а Летучих Котов Мыши боятся? — озорно подмигнул мне и ушел, весело бросив мне на прощание, — я не разрешаю Вам портить шутку года жалобами на самого себя.
Ошарашено проводил его глазами: я ведь ни на секунду не усомнился, что он оскорбился, а принц всего лишь тонко пошутил надо мной. Словно почувствовав мой взгляд, младший Кхалед остановился и медленно обернулся.
— Это же Вы меня на лестнице поймали? — его улыбка разом поблекла, глаза больше не смеялись. Дождавшись моего кивка, он грустно улыбнулся, — Спасибо. Берегите своего ужастика.
Тот припадок игрой точно не был, не зря же с него до сих пор не сняли ограничительные браслеты. Не видел бы своими глазами, никогда бы не поверил, что в одном эльфе могут так тесно переплетаться детская непосредственность, безупречное владение собой и дикие, неконтролируемые истерики.
Кирриэля долго ждать не пришлось. Через час, сдав принца под присмотр Вариэля, он уже был на постоялом дворе, традиционно закрепленном за нашим кланом. Во время пребывания Повелителя в Сальтаре мы частенько здесь собирались, когда служба позволяла, конечно. Свое звучное имя трактир утратил уже давно, слишком уж прижилось в народе другое название. Хозяин недолго протестовал: не прошло и месяца, с тех пор как мы облюбовали это место, а над входом уже красовалась красочная вывеска "Мыши и Ко". С некоторых пор "Компанию" единолично сменил "Кот" — какой-то шутник дописал недостающую на его взгляд букву.
Встал, приветствуя подошедшего безопасника, неприлично долго задержал взгляд на коротко (выше плеч!) остриженных волосах, за что и поплатился: сбив меня с ног, Кирриэль со всей силы приложил меня об стенку. Скользнувший в руку кинжал через долю мгновения замер в опасной близости от шеи взбесившегося безопасника. Не обращая никакого внимания на лезвие, Кирриэль встряхнул меня и чуть слышно прошипел:
— Если ты еще хоть чем-то обидишь принца, месяц в лазарете проведешь. Тебе это ясно?
Потрясенно уставился на безопасника: угрожать мне здесь (пусть сейчас никого поблизости нет) — неосторожно; подозревать, что я могу попытаться причинить какой-то вред принцу — безумие… Откуда столько выставленных на показ эмоций? В какую игру играет Кирриэль и какая роль в ней отводится мне? И почему, в конце-то концов, он обрезал волосы, но при этом во дворце скрывает их за иллюзией?!
— Если Вы сейчас же не отпустите меня, у лорда Тиррелинира станет на одного бойца меньше.
Я не спешил убирать кинжал — мало ли что еще взбредет ему в голову? Кирриэль удивил меня еще раз.
— Лейтенант ар Сариэл, спасибо, что не позволили айши свернуть голову, — он церемонно поклонился, а потом, нарушив торжественность момента, хитро улыбнулся и напомнил, что за мной "должок". Я помню, мог бы не утруждаться. Гостеприимным жестом пригласил его пройти к дальнему столу. Смена Кирриэля уже закончилась, моя начнется только через два часа… Хватит, чтобы выведать у "коллеги", что же произошло за время отсутствия принца, что охранять его вызвался чуть ли не весь отряд ("повезло", правда, только Кирриэлю), а за косой взгляд в сторону его Высочества этот "везунчик" готов порвать всех, не взирая на род и звание.
Иллирэн.
Этот день вышел на удивление богатым на знакомства с Летучими Мышами: то на кошатника Сариэла в коридоре натолкнулся, то после обеда ко мне заявился ни много ни мало сам Мышиный командир, представившийся лордом Альевиром.
— Ваше Высочество, у нас не так много времени, поэтому позволю себе сразу перейти к делу. Повелителя интересует Ваша биография до попадания во дворец, и он поручил это дело мне.