Неприкаянные (СИ)

  
Глава 17
 
— У него нет мамы, Таисия. — Холодно произносит Феликс. — Нет, и никогда не было. Ты станешь его матерью.
Я пытаюсь улыбаться. Улыбаюсь мальчику, но он почти не смотрит на меня. Поглядываю на Феликса, но тот кормит сына со своей тарелки картофельным пюре и полностью игнорирует мое присутствие. Я снова чувствую себя провинившейся. Ужин не лезет мне в горло, но я боюсь разозлить ненароком Феликса и запихиваюсь едой. Ребенок вводит меня в ступор. Его глаза — они такого же цвета, как у Афинского. Кем была Дина моему боссу? Неужели девушкой? Тогда, получается, ребенок — не родной сын Феликса? Он сын Андрея? Кажется, я совсем запуталась.
После ужина Феликс приказывает мне подняться наверх и переодеться в платье, которое он для меня принес.
— Я пока отведу малыша к няне, Таисия. Постарайся собраться скорее. Мы едем на очень важное мероприятие.
— До свидания, Эрик, — я машу ребенку как можно дружелюбнее.
Поднимаюсь наверх. На постели лежит странное алое платье с золотистым тиснением и новый комплект кружевного белья ему в тон. Похоже, Феликс помешан на красном цвете.
Я сбрасываю с себя чужое платье, белье и запираюсь в ванной. Горло сдавливают спазмы. Кажется, меня сейчас вырвет.
Я только успеваю согнуться над унитазом, как желудок выворачивается наизнанку.
Меня всю трясет. Похоже, у меня началась настоящая истерика.
«Нельзя плакать! Нельзя!» — сжимая кулаки, злюсь на себя я. — «Надо успокоиться и собраться с силами. У меня будет один единственный шанс сбежать по дороге, если Феликс не усыпит меня вновь».
Принимаю освежающий душ. Расчесываю волосы и заплетаю их в косу — волосы не должны мне мешать. Думаю про маленького Эрика. Почему Феликс скрывает его ото всех? Ответов по-прежнему нет.
— Тася, ты в ванной? — слышится голос Феликса.
— Уже выхожу.
Я приоткрываю дверь и оказываюсь перед ним в полотенце.
— Ты готова к обряду, Тася?
— Да, конечно.
Нет смысла срываться на истерики. Надо просто попытаться сбежать.
Он протягивает мне коробку с новыми туфлями. Туфли тоже алые, под платье. Я молча беру их у него их рук. Подхватываю платье, белье и снова закрываюсь в ванной.
Мне начинает казаться, что я схожу с ума. Больше всего на свете хочется сорваться на истерику. Упасть на пол, и кричать, что я никуда не поеду с ненормальным фанатиком. Что ни за какие коврижки не пройду обряд, который позволит Феликсу прикасаться ко мне, как к женщине. Но рассудок твердит одно и то же — нельзя показывать свою слабость. Все, чего я добьюсь — это то, что меня привяжут к кровати или снова усыпят. И тогда мне не выбраться.
Собравшись с духом, я выхожу из ванной комнаты.
— Я готова, Феликс. Можем отправляться.
— Ты великолепна, Таисия… — заворожено шепчет мой будущий муж. Протягивает мне руку, и мы медленно спускаемся вниз по ступеням лестницы.
Мы выходим через парадный вход. У порога стоит черная «мазда». У нее нет номеров. Дом обнесен высоким металлическим забором.
«Феликс поменял машину?» — удивляюсь я.
Феликс открывает мне переднюю дверцу.
— Садись, Таисия.
Я с опаской сажусь на переднее сидение. Слежу за тем, как Феликс подходит к автоматическим воротам и открывает их.
— Прости, из соображений безопасности для моего сына я буду вынужден завязать тебе глаза, — усаживаясь рядом со мной, виновато улыбается он. — Это не страшно. Как только мы въедем в город, я их тебе развяжу.
Черт… Я молча терплю процедуру завязывания глаз каким-то плотным шарфом. Только бы он снова не решил меня усыпить.
Машина трогается с места.
Феликс со мной не говорит. Мне кажется, время тянется бесконечно. Когда у тебя завязаны глаза, очень сложно определить, как долго тебя везут и куда везут. Но вот я слышу шум других автомобилей. Это значит, что мы близко к городу.
— Можешь снять повязку, — слышится голос Феликса.
Я с облегчением выдыхаю и стягиваю шарф с глаз. Какое же это счастье — снова видеть нормальный город, машины и других людей! Сердце отчаянно стучит в висках, в голове шумит. Мы сворачиваем на знакомый мне перекресток. Машины притормаживают на светофоре.
 
«Сейчас или никогда», — стучит пульс в моей голове.
Я группируюсь и резко кидаюсь к дверце. Распахиваю ее как раз в тот миг, когда светофор перестраивается, и машины спешат проскочить на желанный зеленый свет. Это очень неудачный момент, но я понимаю — стоит мне отказаться от своей затеи, и я стану следующей девушкой Феликса, которая исчезла навсегда.
Я выпрыгиваю в поток машин. Неудачно приземляюсь под колеса несущейся по соседней полосе иномарке, и чувствую очень болезненный удар в бок. Я падаю на обочину, бьюсь о бордюр и ощущаю жгучую боль в боку, коленях и локтях. Мои туфли слетают со ступней, и их отбрасывает в разные стороны.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Скрежет тормозов, столкновения выстроившихся в ряд и не ожидавших моего появления автомобилей. Нечеловеческий крик Феликса.
— Та-и-сия!
«Поднимись! Поднимись и беги, если хочешь жить!» — приказываю я себе. В следующую секунду подскакиваю с перемазанного кровью асфальта и со всех ног несусь в сторону многоэтажных домов.
— Таисия! — ревет Феликс где-то позади меня.
Я знаю, что ранена. Знаю, что он физически очень хорошо натренирован и догонит меня в два счета, только потому, что я босиком, а он в удобных туфлях.
— Остановись, Таисия… ради Бога, остановись…
Слышу, как его голос хрипит где-то близко, и всем телом ощущаю отчаянное желание спастись.
Ныряю в проулок и несусь с такой скоростью, что деревья, машины и окна домов мелькают перед глазами.
Поворот, еще один пролет, и я понимаю, что вынырнула на проспекте. Вижу дом, в котором, по идее, должен жить Афинский. В душе загорается отчаянная надежда на спасение. Я бросаюсь к подъезду.
Женщина у двери набирает код.
— Подождите! — кричу я во все горло. — Подождите, пожалуйста…
Она вздрагивает, оборачивается и со страхом смотрит на меня.
Я бегу к ней со всех ног, так быстро, как только могу. На мое счастье, она ждет.
— Пожалуйста, закройте скорее дверь… — чуть не падая, цепляюсь ей в руку я.
Она испуганно пропускает меня вперед и подъездная дверь захлопывается.
Я с ужасом смотрю в узенькое окошко рядом с дверью. Мечущийся по проспекту Феликс с обезумевшими глазами ищет меня. Прижимаюсь к стене и судорожно сглатываю.
— Вам куда, девушка?
— Пятнадцатый этаж, квартира семьсот пять… — шепчу я.
Она вызывает лифт. Я с опаской смотрю на входную дверь. Если лифт приедет позже, чем сюда доберется Феликс, мне конец.
— У вас кровь на руках.
— Что? — я вздрагиваю. Перевожу взгляд на женщину.
— Кровь. У вас течет кровь.
— Ничего страшного. Я просто неудачно упала…
Стальные двери лифта распахиваются, и я первой вваливаюсь внутрь. Мысленно я молю Бога, чтобы Афинский оказался дома. Потому что если его не будет дома, мне вряд ли удастся спастись. Феликс ни за что не даст мне уйти.
Лифт медленно ползет вверх.
— Может, вам помочь дойти до квартиры? — подает голос женщина.
— Спасибо, я сама.
— Я могу скорую вызвать, если нужно. И полицию.
— В этом нет никакой необходимости.
Больница меня не спасет, а полиция не поверит. Мне поможет только один человек — Андрей Афинский. И я продолжаю молиться, чтобы он оказался дома.
  
Глава 18
 
Лифт медленно ползет вверх. На девятом этаже моя попутчица выходит.
 
Я прислоняюсь спиной к стене.
Десять. Одиннадцать. Двенадцать. Как же медленно он ползет! Сейчас Феликс догадается, что я нырнула в подъезд и отправится наверх пешком. А у меня почти нет сил звать на помощь. Горло пересохло. Бок от удара стальным бампером сильно ноет. А еще, кажется, я поранила ступни, когда бежала босиком, потому что мне больно ступать.