Мэн (СИ)
Прямо у парадной двери её уже ждал Элтон с коляской.
— Миссис Дексен, где вы задержались? Ребёнка пора кормить. Вы же его так без материнского молока оставите. Хотите мальчику проблем с иммунитетом?
— Разумеется, нет, — захлопнула дверцу машины нерадивая мамаша. — Сейчас пойдём наверх, и я его покормлю.
— Ваш рабочий день закончился тридцать… — мистер Уизервилль пальцем отодвинул манжет идеально отглаженной рубашки, — четыре минуты назад! Где вы были всё это время? Вы явно не спешите к сыну, мадам.
— Спешу! — улыбалась во весь рот Констанция. Она подошла к коляске и заглянула. — Привет, — кивнула Дексену-младшему. Тот задрыгал ручками и ножками в нетерпении, готовый вот-вот излить душу слезами — мамы долго нет, катать толком не катают, спасть невозможно, кормить не кормят, Гугла с Присциллой не показывают — как жить?!
— Иди ко мне, — вытащила страдальца Тэсс и понесла в Белую спальню, в которой белый цвет на самом деле уже рассеялся между пёстрыми игрушками и одёжками.
Там, немного приведя себя в порядок, она улеглась на диван и дала сыну грудь. А как только он начал засыпать, глядя на его умиротворённую любимую мордашку, тоже закрыла глаза и провалилась в сон.
Ей снился океан цвета глаз любимого мужчины. Наверное, примерно такой же там, на Марианских островах, куда везёт Льдинку в свадебное путешествие её социопат. В жару, зной и тропическую влажность. Она оценила его личный подвиг и обещала, что он не пожалеет.
Девушка в забытьи нежилась в ультрамариновом мареве, пока её не разбудили чьи-то губы. Нет, не чьи-то. ЕГО!
Сначала она почувствовала их на своём лице — на щеке и лбу, потом Андрей прикоснулся к её рту и что называется «пригубил». Он нежно слизывал сладость с мягкости, пощипывал и немного придавливал, дразня и заигрывая. Большие, сильные мужские ладони забирались куда-то под домашнюю кофту и стискивали там женственные изгибы и грациозную спинку. Поэтому, ОН быстро не выдержал, ворвался ей в рот грубо и по-хозяйски, начал присасываться, хватаясь за неё губами и сражаясь с её язычком своим.
Тэсс с готовностью ответила и руками на ощупь потянулась к его лицу. Провела ладошками по любимым чертам, как слепая для узнавания, любуясь ими кожей, а не глазами, и тут же забралась в знакомые вихры со лба.
Открыла глаза, только когда они насытились и отстранились.
— Привет, — негромко сказал Андрей, загадочно улыбаясь. Из его красивых синих глаз лилась радость от встречи, и любовь от Бога. — Я скучал.
конец.