Я вижу тебя

— Господи, Джулия, даже не думай о каком-нибудь безумном тройничке с моими соседями.
— Я не любительница целоваться с chicas. По этой части у нас Лонни.
— Мы можем это не обсуждать? — спросил Жозе. — Гадость какая-то. Фу. Не желаю думать о ком-то из вас и сексе одновременно.
Джулия нарочно стала причмокивать. Жозе швырнул в нее — слава богу, пустой — банкой из-под газировки. Она легко ее отбила и запустила в Жозе подушкой. И тем самым сбила несколько бумаг, лежавших на столике, на пол.
Мигель вздохнул. Близнецы всегда были сущим наказанием.
— Зачем вы пришли? Разве вам не хватает для уничтожения собственного общежития?
— Мигелито, нам нужна твоя помощь! Из-за мамы Жозе становится невменяемым.
Жозе нахмурился из-за слов сестры.
— Невменяемым? Пошла ты.
Мигель закрыл ноутбук.
— Что она делает?
Джулия захихикала. А Жозе еще сильнее нахмурился.
— Ну?
— Она все время пытается меня с кем-нибудь свести! — Жозе передразнил голос матери. — Я уверена, что продавец в «Уолгринс» гей, и, кажется, ничего такой. Может, пригласишь его на свидание?
Мигель расхохотался.
— Это чертовски смешно.
— Нет, ничего подобного. Это чертовски унизительно. Она раздает каким-то мужикам мой номер! Незнакомым мужикам!
— Парню, у которого она делает маникюр, — захихикала Джулия.
— А еще какой-то левый чувак-азиат продолжает слать мне фотки члена!
Джулия начала ржать.
— Нихрена смешного! — возмутился Жозе.
— А по-моему, очень, — ответила Джулия. — И тот азиатик симпатичный. И член у него для начинающих. Очко в его пользу, так ведь?
— Боже, как я тебя ненавижу. Я должен был сожрать тебя еще в утробе.
Джулия показала ему язык.
Жозе ответил ей средним пальцем.
— А от меня вы чего хотите? — спросил Мигель. — Я не стану встречаться ни с каким азиатом с маленьким членом, чтобы тот от тебя отвязался. Скажи ему, что не заинтересован. Заблокируй. Скажи, что тебе не нравятся парни со смешными членами. Выбери вариант и оставь меня в покое.
— Я видела его порно-подборку, — сказала Джулия. — Жозе определенно не нравятся парни с микро-членами.
— Заткнись, — крикнул Жозе сестре.
— Просто к слову пришлось, — ответила она, и не думая затыкаться.
— Поговоришь обо мне с mamá? — спросил Жозе. — Скажи ей, что я и сам справлюсь, не нужно искать мне парня.
— Скажи ей это сам.
— Мигелито, да я говорил! В тот же день, как пришла смс-ка от микро-члена.
— Ладно, я понял, но если она начнет и мой номер раздавать левым чувакам, всю ответственность я переложу на тебя, потому что моему парню это определенно не понравится. Вообще. Понятно?
— Да, — ответил Жозе. — Gracias
— De nada. Как жаль, что я не могу решать все проблемы так легко.
— А у кого они еще есть? — спросил Жозе.
— Что? А, у друга. У него тоже проблемы с нежелательным вниманием мужчин, и он попросил меня помочь.
Джулия слегка подпрыгнула на диване.
— Ой, кто это?
Мигель ничего плохого в этом не видел, поэтому ответил:
— Это Дев, парень с которым ты хочешь переспать...
Жозе изобразил рвотные позывы. Джулия бесстыже замурлыкала.
— Дева, который встречается с девушкой, которая за него тебя прирежет, Джулия, схватил за задницу его же преподаватель.
— Да ладно, — ахнула Джулия.
Жозе оживился:
— Не доктор Фри случайно? Это профессор с кафедры биологии, убийственно-красивый гей? А не другой чувак в бабочке.
— ¿Que? [51] —Мигель не был готов к такому.
— Чувак в бабочке охренительно сексуальный, но по слухам холодный, как сосулька. Живет один, жутковатый какой-то, и даже чуть-чуть оценку не завышает, даже если ты симпатичный. Фри же, как я слышал, очень нравится раздавать дополнительные баллы, если ты понимаешь, о чем я.
Мигель не знал, как правильно начать, кроме как выпалить:
— Чувак в бабочке — мой парень, cabrón.
— Ну ни хрена себе, — произнес Жозе.
— Да. И он не сосулька. Просто предпочитает не трахаться со всеми своими студентами.
— Только с одним, видимо, — с самодовольной улыбкой произнесла Джулия. — Ты трахаешься с собственным преподавателем. Это... очень впечатляет, на самом деле. Так держать, Мигелито. Ты прямо в омут с головой прыгнул.
Мигель показал сестре средний палец и обратился к брату.
— Жозе, доктор Фри lambón [52]. Держись от него подальше. От него одни неприятности.
Жозе пожал плечами.
— Я же не могу прогуливать его лекции. Не сейчас точно. И его занятия — мой профильный предмет. Возможно, облапанная задница стоит дополнительных баллов.
— Даже не начинай, hermanito.
— Да и вообще, как ему все сходит с рук? — спросила Джулия.
— Никто, как мне кажется, на него ни разу не жаловался, — сказал Жозе. — Скорее всего, потому что большинство хотят получить дополнительные баллы. Ну или что он там всем обещает. Или, может, он просто невероятен в постели. Это все ужасно сбивает с толку. И почему твой друг, Мигелито, просто на него не нажалуется?
Мигель провел рукой по своим волосам.
— Дев и нажаловался. Просто это не первый преподаватель, которого обвиняет Дев, и теперь администрация считает, что у того какие-то гомофобные предрассудки.
— Погоди. А сколько преподавателей-геев на кафедре биологии? — спросила Джулия.
— Насколько мне известно, двое, — ответил Жозе. — Доктор Фри и доктор «Бабочка». В смысле, доктор Кончиловски.
— Так, я не сильна, конечно, в математике... — начала Джулия.
— Вообще, — перебил ее Жозе.
— ... но это значит, что этот Дев в чем-то обвинял твоего парня, Мигелито?
Мигель вздохнул.
— В том, что тот шпионил за чуваком, который жил в этой квартире. Олдридж живет в доме напротив. Кроме того, Олдридж у того парня не преподавал, а у Дева не было никаких доказательств, поэтому это дело так никуда и не пошло.
— Это... правда, очень странно, — сказала Джулия. — Я вроде и хочу узнать подробности, а вроде и нет. Потому что будет как-то стремно, если вы поженитесь, и мы все соберемся на семейном ужине, а я только и буду представлять, как твой парень пялился на какого-то чувака... хотя секундочку.
— Что? — спросил Жозе.
— Ты не задергиваешь шторы. Никогда вообще. Даже если здесь спишь. И переодеваешься. Боже. Какой ты извращенец. — Джулия заржала, как чертова гиена.
— ¡Cállate! Оба!
Жозе присоединился к издевательскому смеху своей близняшки.
— Я не шучу, — произнес Мигель, но ему показалось, что ни один из близнецов его не слушал.
— Думаю, я бы тоже не задергивала шторы, если бы в доме напротив жил сексуальный профессор, — призналась Джулия.
— И натурал, — добавил Жозе.
— Да, определенно натурал, — согласилась Джулия.
— Но он же может оказаться би, — сказал Жозе. — И тогда мы оба сможем гулять перед окнами голыми.
— Можно подумать, кто-то хочет видеть твое голое тело. — Джулия закатила глаза.
— Я сексапильный. Правда же, Мигелито?
Мигель вскинул руки.
— Я от этого воздержусь. Разбирайтесь сами, Жозе.
— Ладно, ты сексуален, но согласилась я только потому, что ты мой близнец.
— Это логично. — Жозе улыбнулся сестре.
— Логично для близнецов.
Они ударили кулаками.
— Я вас обоих ненавижу, — признался Мигель. — Выметайтесь отсюда.
Они одновременно показали ему языки, но, к счастью, оставили в покое. Мигель подошел к окну и снял футболку. 
  
Глава 40
 
Олдридж снова теряет контроль
 
Среда, 22 января.
Крошечный кабинет Олдриджа.
Эванстон, штат Иллинойс.
— Пожалуйста, присаживайтесь, — Олдридж показал на два стула напротив стола.