Безымянная тропа (ЛП)

― Я решаю!
Он схватил мужчину за рубашку, и она порвалась, когда другой кулак врезался в лицо Фрэнки еще раз. Том отвел руку, чтобы осуществить последний удар.
― Том! ― закричала Хелен.
Он посмотрел вверх и увидел, что она стоит там. Парень даже не слышал, как ее машина подъехала к обочине дороги, и девушка вышла из нее.
― Остановись! Бога ради, остановись! Ты, черт возьми, убьешь его! ― кричала она ему.
Тогда Том остановился. Он посмотрел в безумные глаза Хелен, а затем бросил взгляд вниз на мужчину, которого он отмутузил. Френки Тернер находился в сознании, но его голова была наклонена, и он издавал неестественный клокочущий звук из-за крови в носу и рту. Его лицо было избито и окровавлено, и он ни за что бы не смог встать без помощи.
Том сделал шаг назад от Фрэнки и лицезрел работу своих рук, когда Хелен подошла ближе.
― Х*й с ним.
― Ты не можешь просто так оставить его на улице, ― сказала она ему. ― Ему нужна помощь!
― Если тебе он так важен, сама ему помогай! ― огрызнулся он и, прежде чем она могла ответить, повернулся к ней спиной, уходя.
***
К тому времени, как Хелен нашла его снова, Том уже сидел в углу «Красного льва», держа в руках наполовину выпитую пинту, но все еще раскрасневшегося от драки с Фрэнки Тернером. Хелен запыхалась от усилий догнать его, что она только что и сделала, сразу же после того, как убедилась, что Фрэнки Тернер не в критическом состоянии. Он просто зарычал на нее и, шатаясь, встал на ноги. Парень выругался и отпихнул ее с дороги, прежде чем поковылял с места. Она была поражена, что тот вообще может ходить после такого жестокого избиения, и наблюдала за ним, пока тот не исчез за углом, считая, что тот может упасть в любой момент.
― Тебе очень повезет, если он не выдвинет обвинений! ― ее голос был достаточно громким, чтобы привлечь внимание людей в баре, которые имели достаточно мозгов, чтобы не спрашивать Тома, почему у него руки в крови.
― Выдвинуть обвинения? ― усмехнулся Том. ― Фрэнки Тернер? Это последняя вещь, которую он сделает. Придурок знает, что полиция пожмет мне руку за то, что я отметелил этого козла.
Хелен увидела, что кожа на его костяшках содрана и кровоточит.
― Это он пришел за мной. Это была драка, и он, бл*ть. проиграл. Я дал ему больше шансов, чем он дал мне прошлой ночью, и Френки поступил бы хуже, если бы я не напал на него первым.
Он видел, что та не верит.
― Я не хочу говорить об этом, Хелен, ― сказал он твердо. ― Я вообще ни о чем не хочу говорить.
― Ну, это будет сложно, так как нам полагается работать вместе. Кукситься не поможет.
― Я не куксюсь.
Она посмотрела на него так, словно говоря, что он, определенно, куксился.
― Нам нужно встретиться с Мэри Кольер, ― напомнила она ему.
― Просто дай мне минутку, Бога ради, ― и, когда она ничего не ответила, продолжил: ― Я что, не могу побыть минутку наедине, чтобы ты не стояла над душой, смотря на меня так!
Он опустошил залпом пиво из своего стакана.
― Как?
― Как будто я выполз из-под скалы. У нас что, не может быть однодневного выходного от всего этого?
Теперь он хмурился, и она была поражена его свирепым выражением лица.
― У тебя столько минут, сколько тебе потребуется, ― спокойно сказала ему Хелен и ушла от него, оставляя Тома смотреть на дно своего стакана.
  
 Глава 51 
 
Мэри Кольер тем полуднем была одна, но она не пригласила Хелен внутрь.
― Что в этот раз, мисс Нортон?
Хелен все еще была зла после своей стычки с Томом и не в настроении для болтовни.
― Мы ездили встретиться с Сэмом Армстронгом, ― сообщила она Мэри, ― и он рассказал нам все о вас и Шоне Доннеллане.
Тогда на лице пожилой леди появилось выражение смирения, и она открыла дверь шире, чтобы впустить ее.
В этот раз Мэри налила два бокала шерри и передала один Хелен, которая взяла его из дрожащей руки пожилой леди и села напротив нее.
― Где Том? ― спросила Мэри, ― у вас двоих произошла размолвка?
Она посмотрела Хелен прямо в глаза.
― Ты спишь с ним? ― спросила она, застав Хелен врасплох.
Мэри улыбнулась, но в этой улыбке не было теплоты.
― Я вижу, что он испытывает к тебе интерес, ― объяснила она. ― Все в порядке, ― добавила она, ― это обязанность каждого поколения шокировать предыдущее? Однако вам придется сделать что-то совсем непристойное, чтобы шокировать поколение, идущее следом за моим.
Хелен удивил свой выбор слов.
― С кем я сплю не ваше дело.
― Несомненно, ― согласилась Мэри, ― тем не менее, кажется, вы полагаете, что весь мир может быть заинтересован в том, с кем сплю я.
― Да, ― ответила Хелен, ― потому что ваш бойфренд был убит.
Мэри испустила звук, средний между вздохом и удивленным смешком, а затем собралась с самообладанием.
― Мой бойфренд? Он был парнем, на самом деле, мужчиной, двадцати двух лет, когда приехал сюда такой молодой, но каким-то образом, казался таким искушенным и утонченным. Конечно же, вы хотите знать все о нас, будто мы внезапно стали общественным достоянием.
― Я просто хочу знать, что с ним случилось, вот и все.
― Зачем? ― резко спросила Мэри. ― Так это сделает вам имя, положит начало вашей гламурной карьере в качестве журналиста? Поэтому?
― Может быть, ― уступила Хелен, ― это то, чем мы занимаемся. Мы узнаем, что произошло, и пишем об этом. И да, если я смогу написать хороший материал об этом, тогда это не принесет мне вреда, но дело не только в этом.
― Тогда в чем?
Хелен ощущала, как растет ее гнев на эту старуху, которая, казалось, больше заботилась о своей репутации, чем о правде.
― Молодой мужчина приехал в эту деревню и так и не покинул ее. Что-то произошло здесь, и он был убит из-за этого, а его тело похоронили на болотистом поле, без надгробного камня, без похорон и оплакивающих людей. У него, вероятно, были мать, отец, сестры, братья, друзья, которые беспокоились о нем. Они больше не видели Шона. Если кто-либо из них еще жив, думаю, заслуживали узнать, что с ним случилось. Полагаю, этот секрет преследовал вас годами, и вам нужно рассказать нам правду.
― Что заставляет вас быть так уверенной в этом?
Хелен открыла рот, чтобы сказать что-то, но была прервана.
― Потому что вы умираете, ― мужской голос раздался у порога позади нее, и она повернулась.
― Дверь была не заперта, ― объяснил Том, ― так что я позволил себе войти.
Взгляд на его лице сказал Хелен, что ему тоже надоели обычные тонкости. Томом овладела мрачная решимость. ― Я собирался позвонить, но услышал голоса и, да, я подслушивал на пороге. Вы можете попросить меня уйти, если хотите.
― А почему мне не стоит этого делать? ― бросила ему вызов Мэри.
― Потому что Хелен права: вы хотите рассказать нам, что произошло.
Он сел напротив нее.
― Моя бабушка страдала ревматоидным артритом годами, и у нее не было и десятой части всех тех приемов у врача или визитов в госпиталь, что у вас. Я думал поначалу, что то была некая необычная частная схема лечения, но, тогда вас вчера посетил Грэхем Хит, ― его тон был жестким, непреклонным. ― Я полагаю, наш местный нотариус вносил изменение в ваше завещание?
Мэри повернулась к Хелен.
― Ох, он славный, ― она произнесла это так, будто была очень впечатлена молодым протеже, ― очень хороший. Такой смышленый, что однажды погубит сам себя. Я бы присмотрелась к нему, если бы была вами, молодая Хелен. Вы двое далеко бы пошли вместе.
― Так, значит это правда? ― спросила Хелен. ― Вы больны?
― Мелкоклеточный рак легких, ― ответила Мэри, ― звучит почти безобидно, верно? Но эти мелкие клеточки убивают меня. Он неоперабельный, по крайней мере, в моем возрасте, ― она покачала головой, желая сменить тему. ― Все курили в мои дни. Мы не знали ничего толком, и к тому времени как узнали, было уже поздно.