Истинная для Мира
Смерила его взглядом и равнодушно обернулась к лифту.
– Отвезете меня домой?
Он не снизошел до ответа, просто молча шагнул за мной в лифт. По дороге я попросила остановиться у первой попавшейся аптеки. Столь небезопасная интимная связь с оборотнем меня не устраивала, и я совершенно спокойно приняла решение озаботиться проблемой сама, раз Карельскому плевать.
Первой я выпила таблетку экстренной контрацепции там же в аптеке, вторым делом купила упаковку противозачаточных. Проблема оставалась в интервале: таблетки начинают пить только с первого дня цикла, экстренная пилюля не спасет до его начала.
– Плохо себя чувствуете? – поинтересовался водитель, стоило вернуться в машину.
– Нет, – холодно бросила я. – Теперь ко мне домой…
Чувствовала я себя на удивление очень хорошо. В теле лениво блуждала какая-то незнакомая, но безумно приятная энергия, словно ожидая часа прорваться наружу, как тогда, в страхе перед действиями Мирослава.
Я уселась на кухне, помешивая чай и размышляя…
Более непонятного мужчину я не встречала в жизни. Зверь в человечьей шкуре, холодный, жесткий, расчетливый и равнодушный. Прикоснуться к нему страшно, сказать что-то не то – немыслимо, встретиться с его взглядом – сродни провалиться в зимний бочаг и захлебнуться жидким льдом. Он взрывался не пойми от чего и словно перевоплощался в настоящее животное, готовое перегрызть глотку. Я помнила его рык «Беги, тварь …» – такое сложно забыть. Только за что? А потом вдруг резкое приятие ситуации… Боялся своей смерти? И на самом ли деле ему грозила смерть также, как и мне? Неужели я реально стоила того, с чем он ради меня расстался? Сомнительно… А ведь мог попробовать распутать узел этого колдовства и принуждения!
Я встрепенулась, неосознанно вскакивая с кресла и вглядываясь в окно. То, что ему это было не нужно, ничего не значило! А что, если найти ту нить, потянув за которую, колдовство развяжется? Теоретически это было возможно.
Любые заклятья делались на крови…
Вдруг голова немного закружилась, а перед глазами всплыло странное видение – звериный след в снегу, в центре которого алой бусиной лежала капля крови… Подсознание подкидывало версии? Я где-то видела эту картинку или придумала сама? Если Мир был в звере, значит, его кровь могли взять только в звериной ипостаси. Но главное – как умудрились приплести меня? У меня не брали кровь! Я две недели жила у Варвары…
Брови сдвинулись на переносице: Варвара…
Могла ли она предать? Если заставили, то да… Могли заставить? Вполне. Только кто? Кому это понадобилось? Зулу? Как еще объяснить, что не успела я добраться до офиса, а он уже тыкал Мирослава носом в контракт? Хотя будучи мастером управления временем, он мог просто оперативно получить информацию и извлечь из ситуации пользу.
И?! Что может рядовой психик против Магистра «энд ко»?
Ни черта!
Рычать, шипеть и огрызаться, сидя на поводке у Карельского.
Я прошла к шкафу, выбрала обтягивающее черное платье в пол – самое то для траура, но, пока записывалась в любимый салон красоты, передумала. Почему – не знаю, но рука потянулась к серебристому, расшитому мелкими камнями. Я надевала его лишь в магазине, и так и не решилась никуда в нем выйти – очень дорогое платье, казалось, затмевало меня – то, что нужно, чтобы отвести от себя взгляды на сегодняшнем вечере.
Вечер… Кто там будет? Зачем это все? Игрались бы сами в свои мужские игры! Мне как никогда хотелось прикинуться «предметом договора» и пересидеть дома, но я, в очередной раз взяв себя в руки, выскочила к машине с платьем и туфлями в пакете, изо всех сил стараясь не думать, когда теперь вернусь.
Улицы уже утонули в сумерках и пробках, когда я вышла из салона на морозный воздух. Платье обнимало, словно коконом изо льда, не грея. Но мне неожиданно понравилось это морозное прикосновение. Постояв немного под крыльцом, я нехотя направилась к авто.
– Мирослав ждет, – заметил водитель с раздражением, будто ни для зверя, ни для него это недопустимо в принципе.
Я промолчала.
Как я и думала, Магистр собрал всех в своем излюбленном месте – ресторане «Другие небеса». Все по самому высшему разряду: сверкающие дорожки, пресса у входа и полный состав института в качестве приглашенных. Я только успела сбросить с плеч пуховик на сиденье и подхватить клатч, как машина замерла у дорожки и дверь тут же открылась. Мирослав наклонился, подхватил мою ледяную ладонь, и я оказалась в его руках. Зверю было плевать на десятки устремленных на нас глаз. Он рывком прижал меня к себе, скользнул носом по шее, шумно втягивая воздух. Замер на секунду, выпрямился и повел меня внутрь, не говоря ни слова.
– Что это было? – мне надоело ни черта не понимать в его поведении.
Ожидаемо даже не удостоил взгляда, но снизошел до ответа:
– Питер забивает меня таким количеством отвратных запахов, что хочется блевать… Твой облегчает… состояние.
Сбоку от меня вдруг откуда-то взялся Кирилл:
– Впечатляет, – только и сказал он, красноречиво осматриваясь, а Мирослав лишь недобро усмехнулся.
В присутствии Кирилла хотелось сжиматься. Я прильнула к Мирославу, стараясь не смотреть на его брата, но все же чувствовала его внимание. Его оценивающий взгляд прошелся по мне, задержавшись на грани дозволенного, и нехотя соскользнул. Он пугал меня, пожалуй, даже больше Мира.
В здания нас встретил хостес и провел к полукругу лифтов в центре роскошного холла.
– Что захотел Зул в обмен на меня? – спросила я, едва створки лифта захлопнулись.
Я видела, как уставился на меня в изумлении Кирилл, но Мирослав воспринял вопрос удивительно спокойно.
– Мою лояльность…
Я одарила зверя непонимающим взглядом.
– Наш с Киром отец недавно скончался, – продолжил Мирослав, расслабленно глядя на меня. – Зул боялся моей агрессии…
– Твоей? – я непроизвольно глянула на Кирилла, и тут же пожалела об этом. Оборотень не спускал с меня жгучего взгляда, и сложно было понять, что за ним кроется…
– Моей, – хищно оскалился Мир. – Я бы прижал ведов так, что ни одного бы не осталось на моей территории.
Взгляд Кирилла метнулся к брату, глаза недобро блеснули.
– А теперь, получается, не прижмешь? – пытливо глянула в глаза Мирослава, чувствуя, что ступаю по тонкому льду, и тот уже хрустит под ногами.
– Отчаянная, – усмехнулся Кирилл, качая головой.
Взгляд Мирослава вдруг изменился. Он словно резаком вошел им в меня, и, будто снимая корочку, потянул его вниз… Под ним, казалось, затрещала ткань платья, послышался звон осыпающихся дорогих бусин, и лед подо мной хрустнул… Но Мир вдруг сам же меня и поймал, притягивая ближе: