Герои чужой войны (СИ)
— Кос, шевели ногами! Я уже на пятки тебе наступаю!
— Передохнуть бы, — пожаловался я.
— С Грэмом не получится. Будем идти до вечера, — успокоил меня товарищ.
— Знаю, поэтому при нем и не заикаюсь, — я подбросил рюкзак, кое-как поправил лямки, но идти стало легче.
Командир все же оказался не таким маньяком, дал нам передышку на короткое время, как только миновали болотину. Пока сипели и приводили в норму дыхание, нас нагнал Мавар. Хвост с тихим визгом подскочил сначала ко мне, потом поочередно обнюхал всю команду. Убедившись, что все в порядке, численность состава не уменьшилась, глэйв разлёгся на прелой хвое и решил подремать, пока Мавар делает доклад.
— По нашему следу идут орки, — сказал эльф, прикладываясь к фляжке с водой. Он сделал пару больших глотков, потом продолжил. — Видимо, отряды, которые шарились вблизи наших Баз, объединились, и теперь в количестве десяти особей перешли Тракт. Я специально пропустил их вперед, хотел проверить, куда они пойдут.
— Погоня? — помрачнел Грэм.
— Она самая, — кивнул Мавар.
— Как вооружены?
— У всех топоры, ножи, тесаки. Лучников не заметил. Одеты в доспехи. Если… — эльф покосился на Кели, — если наши лучники будут применять бронебойные стрелы — вполне возможно уменьшить численность преследователей.
— Предлагаешь устроить засаду? — Грэм сомневался, это было видно. В самом начале пути нежелательно было вступать в бой, иначе рискуем до самого портала отбиваться от погони. А кому охота к финишу прийти с языком до колен? Мне не хочется. И каждый из нашего отряда думает так же.
— Ты — главный, тебе и решать, — по лицу Мавара нельзя было ничего прочитать. То ли жаждет уложить орков из засады, то ли тихо раствориться в лесной глуши.
— Уходим, — решил Грэм.
Ближайшие два часа мы пытались оторваться от неумолимого преследования, которого еще в глаза не видели, но присутствие орков я чувствовал своим спинным мозгом. Вот так бывает: явственный холод, бегающий от шеи к копчику, какое-то противное покалывание, и ощущение чужого дыхания в загривок. Чувство странное, но оно вцепилось в меня уже давно, и не хотело исчезать. Бесчисленные тропки, которые мы то и дело пересекали, причудливо изгибались между деревьями, уходили в глубины зарослей ежевики, шиповника и молодого ельника, а потом неожиданно выныривали перед нами. Деревни тойонов были где-то рядом, судя по интенсивности ходьбы по лесным дорогам, и мы очень рисковали идти без предварительной разведки. Времени почти не оставалось. У меня не раз возникало запоздалое раскаяние, что мы не устроили засаду. С двумя луками при интенсивной стрельбе можно было завалить несколько орков. Это как в боксе: сбить дыхание противнику, чтобы снизить интенсивность его ударов и атак, а самому собраться с силами для окончательного удара. Ситуацию не хуже меня понимал и Грэм. Он все время делал короткие остановки, пропускал вперед группу, потом догонял, равнялся с Маваром и обменивался короткими фразами.
— Намечается грандиозный шухер, — прокомментировал я необычное поведение командира.
— Давно пора, — ворчал Фарин, топая впереди меня словно маленький боевой носорог, — мой топор уже затупился, пока мы бегаем от этих don ukath amar [18].
Грэм вздернул левую руку вверх и сжал ее в кулак. Остановка. Будем что-то выдумывать. Я быстро огляделся. Мы находились в распадке, и слабо различимая тропа вилась между подошвами двух холмов. Судя по лежащим на земле в хаотичном беспорядке деревьям, уже поросшими мхом, здесь редко кто ходил. Удачно забрели.
— Кели, сможешь забраться на то дерево? — Грэм ткнул пальцем в нависающую над тропой, раскорячившую толстые ветки в разные стороны, сосну. Видишь, там есть довольно неплохая площадка. Орки тебя не достанут. У них нет стрелков. А вот ты можешь спокойно их отстреливать.
— Не вопрос, командир, — Кели скинула свой мешок на землю, порылась в нем и вытащила моток веревки. Но не стала обвязываться, а просто закинула себе на шею. Посмотрела на меня. — Поможешь? И ты, Томак?
Я и Томак встали лицом друг к другу, сцепили руки, чуть присели, чтобы эльфийка забросила ногу на импровизированную подставку, потом резко подпрыгнула, получив от нас хорошее ускорение. Удачно зацепившись за ветку, девушка уже без труда забралась наверх.
— Как видишь тропу? — спросил Грэм, задрав голову.
— Отлично, — голос Кели был спокоен, — как на ладони. Какой план?
— Когда появятся орки — старайся бить в середину, — подсказал Мавар, — так мы их расчленим на мелкие группы. Потом действуй по обстановке. Главное — не упустить ни одного.
Грэм тем временем расставил нас вдоль тропы. Я и Фарин оказались вместе за громадной сосной, упавшей года два-три назад от мощной бури. Комель впечатлял своими размерами, а яма, оставшаяся от вывороченных корней, вполне могла спрятать в своих недрах до взвода солдат. Часть развесистых веток зацепилась за стоящие рядом деревья, и поэтому упавший ствол верхней своей частью до земли не доставал, образуя великолепную нишу для контроля над тропой. Отсюда, кстати, можно было стрелять, как из лука, так и из «слонобоя» Фарина.
Гном поступил иначе. Он аккуратно прислонил ружье к стволу, отцепил от пояса топор, провел по идеально ровной и острой кромке толстой сарделькой пальца, удовлетворенно хмыкнул.
— А говорил, что топор затупился, — напомнил я.
— Когда говорил? — изумился Фарин. — Да чтобы у гнома был тупой топор? За такое пренебрежение шкуру драть будут, и еще «спасибо» скажешь за науку!
— Да ладно! — хмыкнул я. — Не будешь из ружья стрелять?
— Шуметь нельзя, — вздохнул гном, — а то бы я пальнул от души. Ты за моим «кабанчиком» присмотри, пока я этим земляным червякам бошки рубить буду.
Он ласково похлопал по деревянному ложу и стал устраиваться поудобнее на хвое, густо усыпавшей место падения лесного гиганта.
— Спать собрался? — покосился я на гнома.
— Четвертинку похраплю, — признался Фарин. — Орки — они никогда не торопятся, когда по следу идут. Скрадывать умеют. Только я знаю другую причину их медлительности.
— Какую?
— Они не торопятся, потому что знают: быстро идешь — в могилу шагнешь! Гхы-гхы!
— Гномья пословица? Смешная, да….
Мы замолчали. Я внимательно вглядывался в верхний край тропы, на которой должны были показаться преследователи, а Фарин на самом деле тонко засвистел носом. Даже завидки взяли. Тут сеча кровавая намечается, а он спит, даже губами сладко причмокивает. Железная нервная система! Мне бы так! Или для храбрости остограммиться, да где же хорошее спиртное возьму в походе? Я еще на Базе намекал Грэму, чтобы он взял фляжку самогона, да только командир меня совершенно не понял, для чего. Ничего, в следующий раз я продавлю такой значимый для воина вопрос в свою пользу. В следующий раз… ха-ха!
Первые орки показались на тропе минут через тридцать. Их было трое. Все коренастые, косолапые, с отвратительными рожами, больше похожими на раздутые жабьи морды. Руки неестественно длинные, словно их растягивали для опоры на землю при ходьбе, но впечатляющей мощи. Мускулистые, цепкие — любо дорого посмотреть на такого врага, тьфу на них! Глазки бегают из-под низко надвинутых на самую переносицу шлемов. Доспехи из нескольких слоев кожи, прикрывают лишь жизненно важные органы. Нет, один в железной кирасе. Видимо, стянул со своей жертвы. Военный трофей, так сказать. Одеты орки были очень даже неплохо. Хорошие плотные куртки, кожаные штаны, а на ногах добротные сапоги с металлическими вставками в носках.
Я жадно всматривался в эти создания, чей мейнстримовый фэнтезийный образ ввел в литературу господин Толкиен, и не мог с ним согласиться. Все-таки отличия были, и в первую очередь в физиономиях. Никакие это не монголоидные зверские рожи, какими их сделал писатель, а, скорее, южноазиатский тип: округлый, с вполне нормальным разрезом глаз, чуть уже европейского, со смуглой кожей и узкими носами. А по фигуристости — да, приземистые, и от этого еще более опасные. Таких простым ударом кулака в челюсть не сшибешь на землю.