Элирм

— Я любил тебя! Любил тебя больше, чем собственную мать! Это ты мой герой — не она. Ты! Боги! У меня от тебя мурашки!
— Заткнись! — генерал врезал игву по морде, и повернулся ко мне — Те двое испугались и покончили с собой, дабы не попасть в мои лапы. А этот не успел.
— И?
Гундахар внимательно посмотрел мне в глаза.
— Скажи Вайоми, ты убивал прежде?
— Странный вопрос.
— Я имею в виду по-настоящему. Разница колоссальная.
В ответ я материализовал иглу из божественной стали и ударом телекинеза отправил её психопату в глазницу.
Оставшаяся треть татуировки на культе Сакуал Хана посерела.
— Теперь да — я наклонился, снял с трупа адамантиевый протез и передал его дворфу — Господин Готэн, поздравляю, у вас появилась новая нога. При первой же возможности мы купим вторую, и вы снова сможете передвигаться по-старому.
Повисла тишина.
— Хм-м, не думал, что ты так легко это сделаешь — задумчиво произнес игв — В первый раз даже я сильнее колебался. Хотя, быть может, оно и к лучшему. Ты только что сделал Эль-Лир чище.
— Это точно.
— А теперь давайте ка свалим отсюда — предложил Герман — И поищем укрытие. На горизонте флот цеппелинов.
Да уж. Поганая новость. Теперь наши враги точно знают, где мы. И в покое ни за что не оставят. Будут гнать нас вперед до тех пор, пока мы не умрем от усталости. Стратегия Гундахара в Натолисе начала работать в обратную сторону.
— Да, уходим.
Вспышка!
Внимание! Вы получили задание: «Кровь и бензин»
Основное задание
1. Разыщите и уничтожьте главаря гильдии мусорщиков Сакуал Хана.
2. Разыщите и уничтожьте цитадель гильдии мусорщиков «Атом — 5».
3. Разыщите и уничтожьте боевой флагман гильдии мусорщиков Стальную Вопленицу.
Дополнительное задание
Разыщите и уничтожьте:
- «Драгстеры- наводчики» — 15 шт.;
- «Таранобой» — 5 шт.;
- «Ежи» — 20 шт.;
- «Прядильщики» — 10 шт.;
- «Репрессоры» — 5 шт.;
- «Захватчики» — 5 шт.;
- «Сотрясатель» — 1 шт.
Срок выполнения задания: 1 неделя.
Награда за выполнение задания: вариативно.
Принять: Да / Нет.
— Что за черт? — не понял Герман — Мы же и так уже всё выполнили? Одна только мелочь осталась.
— Система сбоит — помрачнел Гундахар — Работает с опозданием.
— Это плохо?
— Очень. Это говорит о том, что силы её на исходе. Я уже видел такое. Перед появлением планетарного разлома.
— А что произойдет, если система выйдет из строя?
— Ничего хорошего.
  
Глава 6
 
Умереть, но при этом не утратить ни единого предмета из экипировки. Пожалуй, лишь пара сотен избранных во всей империи обладали столь редкой привилегией. И первый заместитель главы Небесного Доминиона Эрдамон Белар был одним из таких.
Материализовавшись на ближайшей точке возрождения, граф предстал перед публикой в привычном для себя облачении. Затем вытащил из кармана крохотное зеркальце и внимательно посмотрел на своё отражение, подсвеченное пылающим «Атомом». Потеря уровня дорого ему обошлась. На лбу, в районе глаз и в уголках рта прибавилось по паре морщин, а возле висков начали появляться первые возрастные пятна. Складывалось ощущение, что выстрел бомбарды разом состарил его лет на десять.
— Повелитель? — обратился один из офицеров.
В ответ граф коротко взмахнул ладонью, словно попытался избавиться от назойливой мухи, и принялся осматривать шею. Догадаться, что означал этот жест, было не трудно. Вопрошавшему следовало заткнуться и как можно скорее убраться подальше.
— Проклятый игв… — мрачно прошептал эльф — Когда же ты сдохнешь…
Неожиданная вспышка боли прострелила ногу Белара от пятки до ягодицы, и тот инстинктивно принялся искать глазами опору. Казалось, будто бы его тело резко ослабло или потяжелело на несколько тонн. Он сразу же понял, в чем дело. В районе третьего поясничного позвонка у него появилась межпозвоночная грыжа, что защемила нервный корешок.
 
Боль была адской. Однако с колоссальным усилием воли граф выпрямился и встал ровно. Вокруг него сновали десятки подчиненных, и он не должен демонстрировать слабость. Иначе эти же пираньи его и сожрут. В бесконечной гонке за власть подобное непростительно.
Тем не менее, вспышки боли не отступали и продолжали пульсировать, накрывая всё тело волнами жара. Роскошная мантия стала влажной от пота и прилипла к телу. Странно. В отличие от людей эльфы потеют вполовину меньше, поэтому в данную минуту Эрдамон выглядел как самый обычный человек, что сильно его раздражало. Для него быть похожим на них — все равно, что переспать со свиньей. Люди и в особенности «двадцать первые» — грязные животные. Их следует препарировать и вычеркнуть из анналов истории как досадное недоразумение, а их тела и души пустить в расход, дабы использовать по назначению. Для более важных вещей.
Размышляя об этом, Белар требовательно вытянул руку.
В то же мгновение один из подчиненных вложил в его ладонь фиолетовое зелье. Не самое дорогое из существующих, и уж точно не божественный Тальтном, но в текущей парадигме обстоятельств, граф тратил на них целое состояние. Растолченная в пыль сердцевина Зервана, мифический Айлирн, сайлендра, корень цитриса и главное — эссенция человеческих душ. Двух-трех вполне достаточно, чтобы помолодеть на столько же лет.
Как показала практика, время — это наиважнейший и при этом самый затратный ресурс. А Эрдамон планировал жить долго. По крайней мере, ровно до тех пор, пока не достигнет тысячного уровня, и проблема не решится естественным образом. Над обитателями Пантеона «Печать Хроноса» не властна. И раз у того же Диониссимо получилось сперва расплескать свои поганые гены, а уже затем стать небожителем вопреки «Проклятию Времени» — получится и у него.
Но, к сожалению, потеря семьсот пятьдесят четвертого уровня — это колоссальный шаг назад. Не говоря о том, как именно это произошло. Такого позора граф не испытывал даже тогда, когда фотография его сына появилась на обложке большинства новостных хроник. С криолитовым колом в заднице. А это было то еще испытание, сильно ударившее по репутации и имиджу целого дома. Ибо поражение в битве — это одно, а вот гадкие насмешки, ухмылки и пародирующие сценки со стороны жителей города — совсем другое. Тогда Белар сразу понял, что эту кашу придётся расхлебывать долгие годы, и ему пришлось приложить немало усилий, чтобы воздержаться от обнуления всех причастных в этот же день. Мудрые политики так не поступают. Импульсивность — удел слабых и крайне недальновидных.
Разумеется, в обозримом будущем все эти журналисты умрут. Как и те, кто посмел унизить его наследника и смеялся громче остальных. Но это произойдет не сразу. Кто-то погибнет через год, другие — через десять, а третьих уничтожат лет через пятьдесят. К слову, Эрдамон уже выбрал орудие казни. Им будет крайне редкий и запрещенный на Элирме яд «Инсептус», что был изготовлен еще во времена изначальных и, по сути, имел относительно безобидный эффект. Он не убивал своих жертв, а отнимал у них по уровню каждые двенадцать часов. И так вплоть до первого, после чего действие яда заканчивалось. Хочешь — прокачивайся заново или пытайся спрятаться в самой глубокой норе. Не важно. К этому моменту страх уже полностью сожрет тебя с потрохами. А уничтожить сломленного противника не составляет большого труда.
 
— Где мой сын?
— Господин Фройлин возродится через тринадцать с половиной минут, повелитель — ответил один из помощников.
Граф тяжело вздохнул и прикрыл глаза. Судя по всему, его отпрыск потерпел очередное фиаско. Сперва на Площади Порталов и в Туллиануме, затем в Натолисе, а теперь еще и прямо посреди чертова поля.