Поколения (СИ)

Я видел это, я помню, я плачу всей своей сутью. Она была частью меня, моим будущим, той кто дал бы жизнь нашим детям, все это я потерял.
Тогда я смог унять свою боль, связаться с главой службы безопасности арталом Ярком и все ему рассказать. Он почему-то поверил сразу, видимо что-то знал, подозревал и, собрав своих людей, отправился в лабораторию презренных имперцев, дабы остановить это безумие, но опоздал. Его люди бились отважно, но их было слишком мало, а имеющееся оружие оказалось почти не эффективно, тем не менее, они почти на час задержали распространение кристаллоидов, после чего пришло время смертей. Погибли многие и мы должны возблагодарить судьбу за то, что среди нас оказались посланники Консалидариума, а в особенности тот которого его соотечественники звали странным именем Фридрих. Именно он с двумя своими друзьями смог понять, как бороться с инопланетными тварями и, собрав отряд добровольцев, остановить бойню. К сожалению, он сам погиб в той схватке, но послужил для остальных вдохновляющим примером. Надеюсь, бесконечные поля иного мира благосклонно примут его сущность, как и сущность моей жены и так же надеюсь, что судьба дарует мне случай поквитаться с теми, кто виноват в случившемся, дабы доказать, что в моем сердце больше не осталось и капли страха.
Двадцать восьмые сутки. О древние боги Варлона, неужели это случилось! Буквально полчаса назад я как всегда ковырялся с системой дальней связи как по ближней с нами связался торкленский спасательный корабль. Не знаю, как им удалось открыть проход так быстро, так как по нашим расчетам нужно было ждать еще почти полгода. В любом случае они только что вышли из шлюза и через несколько часов будут у нас, попросили обрисовать обстановку. Я им сразу же рассказал о кристаллоидах и о том, что они обосновались в ангаре. Что интересно они не слишком удивились этой новости, а просто сказали, что примут к сведению. Странно конечно, но главное, что нас наконец вытащат из этой дыры или хотя бы отстреляют этих шипастых тварей и помогут навести здесь порядок.
Шарзым, этот Сквич исчиркал половину журнала своими каракулями, конечно я понимаю, что он так пишет, но двадцать листов....
Тридцать вторые сутки. Кажется, я совсем не понимаю, что тут сейчас происходит. Торкленццы отстреляли большинство кристаллоидов, а оставшиеся попрятались по самым темным дырам и стараются не показывать оттуда кончики своих шипов. Это конечно хорошо, даже замечательно, но спасательная команда вместо того чтобы будить остальной экипаж и начинать эвакуацию почему-то занята демонтажем оборудования в разрушенной лаборатории и упаковкой останков убитых тварей. Я, конечно, спросил у их командира, когда они начнут вывозить людей, но внятного ответа не получил. Мало того, нас со Сквичем ограничили в передвижении, практически заперев в рубке, аргументировав это тем, что зачистка еще не закончена. Впрочем, скорей всего так оно и есть, ибо буквально пару часов назад один из спасателей наткнулся на живого кристаллоида и тот мало того, что превратил его в решето из мяса и костей, так еще и умудрился сбежать от группы зачистки. Так что я лучше посижу тут и подожду... вот только Сквич куда-то запропал, на связь не выходит.... Ну и гравлич с ним, никуда не денется. Сегодня отдохну, а завтра вновь попытаюсь поговорить с командиром спасателей, надоело уже сидеть в неизвестности.
Тавровский захлопнул журнал и протянул его Баркеру.
- И это все?
- Да, это была последняя запись, - хмурясь, подтвердил профессор и, повернувшись к Максиму, спросил: - Какое сегодня число?
Крамов назвал.
- Черт, больше года, - покачал головой ученый. - Не знаете, что случилось с вахтовыми?
- Воркл мертв - пристрелен, что со вторым не в курсе.
-Эээ, стоп, стоп, - воздел руки вверх Баркер. - Ребят, вы о чем? Что тут вообще творится?
- А разве не понятно. - Тавровский присел на край пульта и, достав из нагрудного кармана комбинезона мятую темно-зеленую пачку, вытащил из нее белую палочку сигареты, вызвав у Максима удивление, ибо курящего человека он видел только в исторических вирт-сериалах. - Торкленцы облажались со своими опытами, узнали об этом и прислали команду зачистки. Но видя вас здесь, надо понимать, что у них опять что-то пошло не так.
Николай сунул сигарету в рот и, вытащив откуда-то цилиндрик зажигалки, вопросительно посмотрел на Максима.
- Их корабль болтается неподалеку со здоровенной дырой в борту и что с ними случилось одной вселенной ведомо.
Тавровский молча кивнул, щелкнул зажигалкой, затянулся и, скривив губы, выпустил в сторону тонкую струйку дыма.
- Так, Андреевич, погоди секундочку, - Дейв взъерошил свою и без того растрепанную шевелюру. - Если я все правильно понял из вашей беседы и этой писульки, - он постучал указательным пальцем по обложке журнала, - то у нас тут твориться очередная хрень.
- А когда она тут у нас не творилась? - переспросил в ответ тот, выпуская в воздух очередную струйку дыма, но заметив непонимающе-вопрошающий взгляд Максима, хмыкнул. - Не берите в голову, капитан, хотя если вкратце.... Вся эта станция..., - он сделал перед собой круг рукой, - ...была найдена торкленцами и приспособлена ими для своих нужд. Это уже потом под давлением Совета сюда сперва пустили представителей других рас Конфедерации, а затем и нашу группу. Формально эта станция принадлежала Конфедерации, а на самом деле большую ее часть контролировали имперцы, установив свои порядки и ограничивая остальных, в чем только возможно. Например, все находки сперва проверялись группой их экспертов, а уж затем они решали отдать их на дальнейшее исследование или забрать себе "во славу (так сказать) империи". Для того чтобы взять исследовательский шаттл запрос нужно было подавать за две недели, да и то не факт что выделят. Однажды вообще чуть до прямого столкновения не дошло. Дело в том, что официальный глава службы безопасности станции подчинялся напрямую Совету, но у торкленцев тут была своя СБ. Не знаю из-за чего, но как-то раз они серьезно сцепились друг с дружкой, причем вплоть до стрельбы.
Тавровский криво усмехнулся.
- Что интересно, после этого инцидента жить стало даже полегче. Имперцы поумерили свой пыл и наконец перестали совать свои носы в дела остальных, а уж после того как аграски доставили сюда пару челноков мы наконец-то смогли кое-что пощупать своими руками.
- Угусь, вот только рай недолго длился, - пробурчал Баркер. - С другой стороны, результат-то вполне ожидаемый. Эти идиоты тащили к себе все такое, на чем разве только надписи метровыми буквами не хватало "Не трогай меня, я неведомо-опасная фигня!". И ладно бы просто тащили, так они еще и пытались это с ходу разобрать - суицидники хреновы.
- А что командор Карс?
Тавровский отмахнулся.
-Торкленский прихвостень, делал все, что они ему говорили и на все закрывал глаза, его тут особо никто никогда не любил. Кстати, он же вроде должен будить остальных, но что-то я этого не наблюдаю, а мы тут уже с час болтаем.
Он указал глазами на явно в спешке сделанную панель с двумя рядами синих светодиодов, которая просто валялась на полу у ног Баркера, красуясь торчащими пучками тонких проводков, кое-где смотанных меж собой липкой зеленой лентой.
- Возможно где-то что-то с датчиками они ведь на открытие срабатывают, - сказал Дейв, поднимая панель и пощелкивая по ней пальцем. - Хотя вроде показывает верно. Шесть капсул в отключке: моя, Николаевича, Карса и видимо этих двух. - Он постучал рукой по журналу. - Капитан, с ним же вроде ваши люди пошли, можете с ними связаться?
- Попробую, зависит от расстояния, у этого скафа система связи не очень дружит с аграсковой, но если что через "Андромеду".
Максим несколько раз попытался связаться с десантниками, но те не отвечали ни на его вызовы, ни на вызовы с космолета.