Связь Миров (СИ)

Чем сильнее я вглядывался в изображение, тем больше оно вытягивалось, позволяя рассмотреть не только то, что находилось на переднем плане. Будто бы оператор с камерой не стоял на месте, а уверенно двигался вглубь тоннеля, пока не упёрся в стену. Похоже, в том месте тёмный коридор сворачивал направо под девяносто градусов.
– Всё в порядке, – спустя несколько мгновений уверенно произнёс я. – Идёмте.
Я первым зашагал в сторону портала. Глозейск предупреждал, что долго его держать открытым он не сможет, так что не стоило тянуть время.
Ребята молча двигались следом. Не удержавшись, я глянул на них через плечо. Сосредоточены, серьёзны, напряжены. Точно не испуганы, хотя, как мне показалось, смотрят на портал с лёгким опасением. Особенно Кейн.
Поравнялся с Глозейском. Молча кивнул Богу Знаний – слова излишни, особенно после его странной речи.
– Не отставайте, – я улыбнулся своим друзьям и первым запрыгнул в портал.
Быстро сделал несколько шагов вперёд, смотрелся на предмет опасности, прислушался к ощущениям – спокойно. Обернулся и не смог сдержать ухмылки. Всё-таки для высокоуровневых бойцов не проблема запрыгнуть в «окно» портала, расположенное в метре над водой. Сальто Кейна смотрелось уж очень эффектно.
– Как-то иначе я представлял себе тоннель между мирами, – настороженно оглядываясь по сторонам, проговорил Берг.
– Глядите, бог умников нам ручкой машет! – воскликнула Мара, указав на портал, из которого мы появились.
Действительно, Глозейск с той стороны «зеркала» мило улыбался и махал. Должно быть, он прекратил поддерживать портал, потому как края межпространственного разлома устремились к его центру. Через миг на месте портала была тёмная стена.
– Свалил. Как и обещал, – констатировала зомби.
Я провёл ладонью по стене – холодная, слегка шершавая. Из какого материала сделана точно сказать не могу – вроде бы каменная, но местами немного мягкая, как хорошо надутый батут.
– Глозейск сказал, сперва идти прямо, – сказал Берг, взглянув влево – туда, куда уходил ещё один рукав коридора. Затем повернул голову, уставившись перед собой. – Идём?
– Идём, – решительно выговорил я. – Хватит время тянуть.
Тёмный, заваленный разным мусором тоннель на деле оказался самым настоящим лабиринтом. Перед каждой развилкой я тщательно сверялся с картой, любезно предоставленной нам Глозейском. В остальное же время с интересом разглядывал валяющийся под ногами хлам.
– Глядите! Металлический скелет какой-то неведомой твари! – восторженно воскликнула Мара, тыча пальцем в раму от мотоцикла.
– А здесь череп… хм… детёныша огроида? – удивлённо проговорил Берг. Я посмотрел, куда он указывает. Хм… для огроида мелковат. Хотя… может, правда детёныша? А может, какого-нибудь создания вроде орка? Не удивлюсь, если таковые существуют в других мирах.
– О, ещё один портал, – спустя минут двадцать Тиара вновь заметила свет, исходящий из стены в нескольких метрах от нас. Подойдя ближе, мы замерли напротив трёхметрового прямоугольного «экрана», за которым бушевала вьюга, заметая заледеневший замок. Я дотронулся до очередного портала. Как и раньше, мой палец упёрся в невидимую преграду. Да, просто так в другой мир не попасть. Всё что остаётся – лишь смотреть.
Двинулись дальше, продолжая петлять по лабиринту, огибая мусор и разглядывая порталы. Что можно сказать – «двери» в иные миры могут иметь различные формы, то они похожи на экран огромной плазмы, то на овальное зеркало, то идеально круглые, то квадратные. Попадались и треугольные, и даже восьмиугольные.
Но не формы важны, а миры, скрываемые за этими порталами. Я видел подводный храм, в котором плавал одинокий антропоморфный крокодил. Видел деревья, кажущиеся настолько огромными, что земные баобабы по сравнению с ними выглядят спичками, а секвойи – карликами. Видел и мир с вишнёвым небом, четверть которого занимало алое солнце.
– Сколько же… сколько же разных миров существует, – не скрывая удивления, покачала головой Тиара, когда мы остановились напротив портала, за которым простиралась чёрно-красная пустыня. – Это поразительно! Так странно осознавать то, что мы… лишь крохотная частица чего-то поистине огромного. И не просто осознавать, а своими глазами видеть доказательства.
– Согласен с вами, Госпожа Тёмная, – закивал Берг. – Сначала тебе кажется, что соседний город – какая-та неведомая даль, затем ты воспринимаешь соседнее графство как нечто обособленное и непостижимо далёкое. Начинаешь больше путешествовать, расширяешь горизонты, но всё равно остаётся бесконечно много мест, где ты никогда не был и никогда не будешь. Если продолжать размышлять, то становится грустно.
– Отчего же? – хмыкнула Мара.
– Ну… – неуверенно протянул лучник, – сама подумай. На фоне множества иных миров Тление и война с Последователями Рюгуса – бедствия, охватившие весь Зуртейн, могут показаться чем-то и не особо существенным… – произнёс он тихо, но, встрепенувшись, тут же добавил, – не для нас, естественно, а для всей… всего объединения миров? – сомневаясь, правильно ли подобрал слово, закончил он.
– Это объединение называется Вселенной, – подсказал я, про себя не переставая удивляться Бергу. Пусть его многое поражает, пусть из всей нашей пятёрки он меньше всех знал о тайнах мира и больше всех соответствовал определению «обычный человек», в способности учиться, размышлять и анализировать ему не откажешь.
– Тление с ней, этой твоей Вселенной, – махнула рукой зомби и хлопнула Берга по плечу. – Если любишь пошевелить мозгами, вот тебе ещё пища для ума. Может быть, в каком-то сверхшироком смысле проблемы нашего мира и кажутся вознёй жуков в навозе, но нам плевать на этот сверхширокий смысл. Мы живём в Зуртейне. Это наш дом и мне, например, другого не надо. Вот и всё. Важно это для Вселенной или нет… плевать. Как плевать и крестьянам, почём в ближайшем городе продают золото. Они, ребята из деревни, не заморачивают себе головы такой ерундой. Для них мир — это то, что они видят. А на то, что за горизонтом, им… правильно, плевать. Хм… вот что подумала – для этих ребят родная деревня и округа даже не мир, а как раз Вселенная.
– Но это крестьяне, – отозвалась Тиара. – Мы же должны мыслить шире. Хотя во многом я согласна с Марой. У нас много дел, и некогда долго любоваться иными мирами. Нам выпала прекрасная возможность взглянуть на них, пусть и через порталы, но наша основная цель в другом. Верно, муж мой?
– Верно. Больше никаких остановок без надобности.
И мы продолжили путь. И в самом деле перестали замирать перед порталами, будто перед картинами в галерее. Смотрели на них вскользь, фиксируя в памяти увиденное. Да, не каждый день ты прикасаешься к тайнам Вселенной, да, хочется потратить больше времени на созерцание… однако не всегда всё складывается так, как ты хочешь.
Цель превыше всего.
Кроме того, Глозейск упомянул, что в межпространственных коридорах бывает опасно. Конкретно в той его части, куда нас вывел портал из Зуртейна, раньше никаких нападений не было, однако ж сам факт подобной возможности заставляет быть собранным и помнить об осторожности.
Порой мне кажется, что мироздание… а может быть, сам ХАОС читает мои мысли и насмехается надо мной. Понимаю, что это бред… хотя кто знает, может быть, всё-таки все случайности не случайны? Иначе как объяснить то, что стоило мне пропустить через рельсы мозга паровозик, гружёный мыслями о потенциальной опасности, как в ближайшей куче мусора послышалось шебуршание? А затем, отшвырнув в сторону фанерный лист, на меня бросилась чёрная мохнатая тварь с рожками и хвостом, завершающимся острой костяной шишкой.
Распахнув все четыре лапы в стороны, зверёк из-за своего кожистого «парашюта» стал напоминать белку-летягу. Он приближался ко мне явно не с добрыми намерениями, так что я позволил инстинктам взять верх над разумом. В тыльной стороне ладони вмиг собралось небольшое количество энергии, короткий взмах и… тварь впечаталась в стену.
– Умер, – констатировал Берг и перевёл взгляд на меня. – Я думал, в этой части тоннелей не нападают.