Бывшие

– Пойдем со мной, – говорит он.
Я не терплю хамов. С детства. Поэтому, это лишь вопрос времени, когда самоуверенный тон и нахальная улыбка засранца выведут меня из себя. Чувствую прилив сил и на место безвольной амебы, роль которой я играла последние пару минут, возвращается воительница Мирослава.
– Не думаю, – отрезаю я, вздергивая подбородок. – Ты не в моем вкусе.
В ответ на это он лишь смеется! В его глазах зажигаются огоньки, на щеках появляются ямочки, делая его в тысячу, нет в сотню тысяч раз более привлекательным.
Придурок!
– Дай мне пройти! – бросаю я, отводя глаза, чтобы вновь не поддаться его чарам.
На этот раз он не протестует: спокойно отходит, освобождая мне путь. И я, не раздумывая ни секунды, пулей несусь к родителям, надеясь больше никогда в жизни не видеть этого самодовольного типа.
К сожалению, мои мольбы там наверху оставляют без внимания.
Замечаю его перед входом в банкетный зал. Сердце громыхает в груди, но папа и мама рядом – уж конечно, мне под силу невозмутимо пройти мимо придурка, который считает себя центром вселенной.
Он тоже не один. Вопреки моим ожиданиям, у него на руке не висит фантастическая красотка с губами и ресницами, готовая терпеть его «автоприключения» со всеми подряд. На сгибе его локтя покоится холеная рука Вероники Благовой, а рядом с ними идет великий и ужасный Сергей Благов.
Не может быть.
Еще до того, как глава семейства официально представляет своего сына, я понимаю, что такой тип мог родится только в этой семейке. Как в тумане наблюдаю, как Вероника, Сергей и Даниил (да-да, так зовут самовлюбленного засранца) приветствуют папу и маму. Общение холодное и натянутое, особенно со стороны отца, но это не мешает Благовым демонстрировать приторно-вежливое радушие. Я понимаю, что весь этот лживый обмен любезностями всего лишь часть светской игры – какие бы кровопролитные бои не шли между нашими семьями на поле бизнеса, вот на таких вот мероприятиях все всегда держались в рамках приличия.
Теперь, когда я знаю, с кем столкнулась в холле, все подчиняется законам логики. Наглое поведение Даниила – прямое отражение всего, что я когда-либо слышала о Благовых. Но даже эта правда не лечит меня от его губительного воздействия: когда он со словами «Дамы» поворачивается ко мне, и наши глаза вновь встречаются в молчаливом поединке, я перестаю дышать. Мои чертовы легкие просто отказывают насыщать кислородом тело. Я замираю, в попытке привести себя в чувство, словно со стороны наблюдая, как Даниил берет мои холодные пальцы в свою ладонь и сжимает.
Его прикосновение твердое, но нежное. И таит в себе столько скрытого смысла, который понятен лишь нам двоим, что мой мир вновь соскакивает со своей оси и плывет в космосе. Дыхание возвращается, но становится прерывистым и бурным, а утихшая было паника накрывает меня с новой силой.
Как одно прикосновение может сказать так много? Как оно может обещать? Завлекать? Ласкать? Утверждать?
Вздрагиваю, чувствуя, что на меня и Даниила направлено внимание обоих кланов, жар смущения покрывает мои щеки. Я торопливо отступаю назад, не сумев скрыть от внимательного взгляда мамы свою бурную реакцию.
На мое счастье, раздается голос ведущего, который приглашает присутствующих занять свои места.
– Нам пора, – произносит папа, беря меня под руку, что в данной ситуации очень кстати. Мои ноги налиты железом, и я бы не стала ручаться, что в состоянии пройти по прямой без поддержки даже несколько метров.
Но двигаясь с папой по проходу к нашим местам, проклиная свою слабость и любопытство, я все же не могу не обернуться, чтобы проверить, смотрит ли Даниил мне вслед.
О, он не обманывает моих ожиданий – наши глаза вновь встречаются и на этот раз, на этот раз в его взгляде нет тайн. В них сквозит такая откровенная похоть, что я вспыхиваю, но даже отведя глаза, еще долгое время не могу его забыть.
Остаток вечера проходит как в тумане. Представление на сцене я помню лишь обрывками, а сюжетная линия торжества теряется для меня еще до того, как поднимают занавес.
В моей сумочке вибрирует телефон, возвращая меня к реальности. Машинально достаю его и смотрю на экран.
Черт, черт, черт! Как, черт возьми, я умудрилась не вспоминать о своем классном парне-хоккеисте с той самой секунды, как впервые увидела порочные синие глаза Даниила Благова?
Сашкин звонок я игнорирую – не могу собраться с мыслями, чтобы поговорить.
Мне хочется сделать что-нибудь, чтобы отвлечься от странных ощущений, которые отодвинули на второй план все, что было важно раньше. Отношения с Сашей, родители, ВУЗ – все куда-то ушло, растворилось в пространстве. А в голове пульсирует лишь одна мысль и одно желание – избавиться от наваждения по имени Даниил Благов. И больше никогда, никогда с ним не встречаться.